Человек из будущего - Юрий Никитин

Она подумала, сказала деловито:

– Я не знаю, какая у тебя роль в этом деле… но ты, возможно, спас мне жизнь. Хотя, уверена, и сама бы справилась, но все-таки… Не думаю, что это было подстроено, чтобы войти ко мне в доверие. Правда, в нашей работе возможно все…

– Ну спасибо, – сказал с сарказмом.

Она вскинула брови.

– А-а, удивляешься? Еще одна песчинка на чашу весов, что не профессионал. Но очень удачливый, признаю, любитель.

– Какой любитель? – сказал я с отвращением. – Как можно любить такое непотребство и питекантропство, когда у меня CRISPR на лабораторном столе? Вот там загадки, вот там приключения и великие тайны!

Она кивнула с сочувствием.

– Ну тогда аматор, если не нравится слово любитель. Но, хоть и с трудом, все же смутно понимаю. Я же сказала, родители у меня очень консервативные… Нет, не ортодоксы, а… правильные, что ли. И родня такая же. Есть даже два магистра, трое работают в институтах… Так что иногда краем уха слышала обрывки разговоров, суть которых ты бы одобрил. Но сейчас я о другом. Если что-то еще знаешь… чисто случайно, конечно, то поделись, если это не раскроет ужасных тайн вашего КГБ.

– КГБ, – сказал я, – мирная бюрократическая организация. В отличие от боевого и весьма энергичного Моссада. В КГБ и хотелось бы убивать направо и налево, как делаете вы, но инструкции связывают по рукам и ногам. Так что, увы, вам только завидуют.

– Когда это мы убивали направо и налево?

– Всегда! – заявил я безапелляционно.

– Ну хоть один факт?

– Еще чего, – ответил я оскорбленно. – Я не настолько невысокого мнения о вашей скрытности. Потому общество и не знает, как убиваете направо-налево…

– Ты не увиливай, – сказала она, – совсем заувиливался. Какая твоя роль, не скажешь? Тогда другой вопрос, помочь чем-то нам твое начальство разрешит?

– Спинку почешешь? – спросил я.

– Что, – спросила она, – в таком случае начальство разрешит?

– Если не расстреляют, – ответил я лихо. – Как у нас, не помню, с Израилем отношения еще не разорваны?

– Напротив, – сказала она, – какие-то общие договоренности по ИГИЛу… То ли против него, то ли вместе с ним против Америки…

– Если общие, – ответил я, – тогда помогу. За спинку.

– Почешу, – пообещала она. – Ради Израиля на какие только жертвы не идем!.. Так что?

– Мы же едем, – ответил я. – Какой тебе еще ответ?

– Ты как еврей, – упрекнула она. – На вопрос вопросом.

– Ага, – сказал я, – не ндравится, когда и мы евреим! Или еврействуем. Ваше еврейство нам всем в печенках! Но терпим. За старые заслуги.

– Какие еще старые?

– За семь заповедей, – сообщил я. – Или это вы у египтян сперли вместе с их золотом?

Она нахмурилась и замолчала, явно сочла ниже своего достоинства отвечать на такие инсвинуации.

Город остался за спиной, по обе стороны идеально ровного шоссе раскинулась и начала медленно сдвигаться за спину сверкающая золотым песком барханная пустыня.

Арабские Эмираты едва ли не самое богатое государство даже в пересчете на каждого жителя, но это в среднем, а в реале в этом регионе народ живет не только в дикости, здесь и сами эмиры дикие, но и в странной бедности, когда ходят в лохмотьях, но ездят на дорогих авто, и почти у каждого на плече новенький штатовский автомат, из которого так любят стрелять в воздух, а у меня сердце кровью обливается от такого расточительства.

Может быть, потому и пишется в отчетах, что на убийство одного человека затрачивают двести пятьдесят тысяч патронов, когда считают и таких вот стрелков?

– Останови вон там, – сказал я, – хорошее место… и для перевалки контрабанды… и вообще. Теперь посиди, я поговорю с… местными.

Она покачала головой.

– Уверен, что не зарежут сразу?

– Сразу нет, – ответил я серьезно. – Не зарежут.

– А потом?

– А меня за что? – изумился я. – Я им расскажу, что Израиль – это кленовый листок на спине арабского слона! И стряхнуть его – раз плюнуть.

Она зло стиснула челюсти.

– Надеюсь, они тебя не зарежут, потому что сама хочу придушить. Медленно и сладострастно.

– Снова? – спросил я. – Ну да, ладно…

И пошел к группе арабов, что пьют кофе под навесом прямо на улице. Я чувствовал, как Эсфирь следит за моими перемещениями непонимающими глазами, с ее точки зрения нет никакой логики в том, что заговариваю с одними кочевниками и пропускаю других, более важных и значительных с виду.

– В самом деле, – сообщил я по возвращении, – есть информация, ненадежная, но достоверная, что сегодня всего пару часов тому здесь провезли некий груз. Тайно и под большой охраной. Совпадения, конечно, могут быть…

Она спросила жадно:

– А куда повезли?

Я сдвинул плечами.

– Все держалось в тайне. Впрочем, как и всегда.

Она посмотрела с подозрением.

– А эти сведения у тебя откуда? Вот так просто поговорил с незнакомцами и все узнал?

– Не все, – напомнил я. – Куда заряды повезли, не знаем. Если то вообще заряды. А если просто большой груз героина?

– А кто сообщил про доставку?

Я посмотрел с сочувствием.

– Тебе нужны имена информаторов? А как насчет ключей от квартиры, где деньги лежат?.. Может быть, ты тайный агент Моссада, что работает теперь на КГБ, а может, женщина, желающая отомстить любовнику… Важно то, что груз сейчас в Эль-Дхаиде.