Раб из нашего времени. Книга тринадцатая. Запоздалое прозрение - Игорь Минаков

После обеда в приказном порядке сам себя (да и всех под шумок) лишил адмиральского часа. Некогда дрыхнуть, надо опускаться в подземный завод и торить дорогу в город. Зато повоевать пришлось сразу на поверхности и со всеми. Буквально все горели желанием побывать внизу и оказать там посильную помощь в исследованиях. Разве что осознавали свою никчёмность инвалиды да раненый пират с поломанными ногами. Даже капитан нашего экипажа пытался меня заверить:

– У нас дел-то с ремонтом осталось – сущий пустяк. И не спешим мы никуда.

– Я тоже никуда не спешу, – заверил я всех своих помощников. – Поэтому вначале попробую убедиться, что для вас там будет безопасно находиться, и только потом вы мне поможете по остальным вопросам.

– То есть сегодня товарный трубопровод испытывать не будем? – разочарованно покусывала свои губки Вайлиада.

– Скорей всего, нет. Вначале мне надо перегородить тоннели герметичными перемычками, потом всё-таки выяснить, куда подевались клопы-попрыгунчики, где они обитают и не появятся ли они снова, и только потом наведаемся вниз всей компанией. Ну… кроме вахтенных.

Вот и пришлось экипажу продолжать ремонт. Карапузам – стоять на вахте и заниматься готовкой ужина. Магистру с арбалетом – отправиться на охоту по соседним оврагам, вылавливая как можно больше кроликов, мышей и прочей живности. Намечались эксперименты с тушёнкой. Ну а оставшимся членам нашей команды (в том числе и пленному царевичу) предстояло заниматься подстраховкой моего спуска и оставаться со мной на связи.

А я вновь с подрёмывающим Алмазом за пазухой отправился в подземелье. Правда, я сомневался в мальце: спать ему надо много и регулярно, а он после нашего удачного эксперимента с иммуногенератором настолько возбудился, что израсходовал последние крохи своего детского задора. Однако на своём участии в спуске настоял. Устроился у меня за пазухой и бессовестно заснул.

Дети – они все одинаковые. Их надо жалеть и беречь, баловать. В меру загружать работой и прочими обязанностями. Наверное… Потому что я наверняка не умею правильно обращаться с детьми. Карапузов даже поколачивал одно время, пока они не признали во мне главного. И сейчас ящерёнка разбудил без зазрения совести, как только мне его помощь понадобилась.

– Вставай, малой, на пенсии отоспишься! – тормошил я его без всякого пиетета к его гениальности и уникальности. – Не то хвост нечаянно оторву! – ещё и вывалил его на крышку массивной тумбы, относящейся к управлению всем комплексом.

– Плохой у меня Лайд, противный! – лишившись уютного, нагретого гнёздышка, малой вздрагивал всем тельцем от недосыпания.

– Теперь не плачься! Сам настаивал на своей помощи, да и мне одному здесь не справиться.

За собой я принёс складную лесенку метровой высоты и уже пытался рассмотреть главную панель управления. Обозначения там имелись под каждым тумблером, да ещё и весьма подробные, в несколько строк. Сохранились они прекрасно, только вот все эти значки, чёрточки и закорючки для меня выглядели как филькина грамота – ничего не понимал. Недалеко от меня ушёл и мой ученик:

– Странная письменность, совершенно на письменность нашей цивилизации не похожа… И слишком мелкая. А ведь убитая тобой хранительница и глаз-то не имела, после мутации всё слухом да обонянием работала. Но в любом случае, и для неё буковки мелковаты…

– Значит, будем пробовать методом тыка, – последовало распоряжение с моей стороны. – Ты лети в тоннель и зависай там на повороте. Как только перемычка начнёт опускаться вниз, ты мне пискни.