Весы Лингамены - Роман Орлов

Кгхм, н-да… Но что-то я размечтался, а вопросов у нас пока много больше, чем ответов. Вот как может сделать кого-то счастливым человек, который сам не понимает даже природу истинного счастья? А стало быть, который и сам несчастлив? А если и счастлив, то не истинно, а иллюзорно, преходяще?

Но я не теряю надежду. Вот моя подруга Дарима, к моей вящей радости — одна из немногих, кто умеет быть по-настоящему счастливым. Она выполняет древние дхармические практики и упорно двигается к освобождению сознания. Дарима происходит из бурят, живших в Восточной Сибири и, в отличие от меня, сохранила родовую фамилию — Дашинимаева (как и её племянница Галсан, присутствующая в Зале). И к слову, вот ещё немного об устройстве нашего общества.

Формальные отношения давно ушли в прошлое — семьи, браки и сложная иерархия соответствовавших всему этому обязанностей. Всё это было нужно, чтобы составлять всяческие документы, регулирующие права имущественного наследования, имевшие большое значение для людей прошлых эпох. А показатели родственной близости, вероятно, не давали человеку спутать, кого из родственников полагается любить чуть сильнее как более близкого по крови. Люди нашего века любят любого другого человека Земли так же, как и своих собственных сыновей и матерей, отцов и бабушек, братьев, сестёр и любых прочих родственников — как дальних, так и близких. Степени родства ныне вообще утратили свой многотысячелетний смысл. Сейчас воспитывать чужого ребёнка может любой человек, как, например, и ухаживать за пожилыми людьми, приглашать жить их в свой дом или проживать у них. Для этого больше не требуется никаких официальных документов. В нашем мире их просто нет! А собственнические чувства тоже остались далеко в минувшем. Так трансформировалась и сердечная привязанность между мужчинами и женщинами: никто больше не считает другого своей собственностью и предоставляет партнёру полную свободу; никто более не расписывает на бумаге с печатями «права и обязанности сторон»; всё происходит исключительно по велению сердец, и никакие «документы» не принуждают более выполнять неведомый современному человеку «супружеский долг».

(Смейтесь, смейтесь! Можно подумать, у вас в Змееносце его не было!)

В эпоху кристалловизоров люди вообще перестали использовать какие-либо документы, в частности, исчезли т.н. «паспорта», бывшие когда-то главными удостоверениями личности. Человек более не привязан не только к популярным в древности личным номерам — медицинским, пенсионным, налоговым, военным. Люди больше не связывают себя и с постоянным местом жительства. В любой момент можно уехать хоть на другой край земли и создать себе дом или занять свободный — места хватает на всех. Селиться можно практически везде кроме специальных заповедных зон — царств флоры и фауны, ныне заботливо опекаемых человеком. Города — большие и малые — всё ещё существуют, но не играют той роли, что тысячи лет назад. Просто кто-то любит быть в гуще событий, среди многочисленных собратьев, а кто-то желает уединиться и строит дом в отдалении, например, близ Пояса Лесов. При этом за тысячу лет так и не изменилась тяга людей общаться с себе подобными — обмениваться мыслями, делиться радостью, а зачастую и печалью, ведь, как уже упоминалось, далеко не все в нашем мире смогли обрести счастье, многих беспокоит пустотность сытого существования, отсутствие наполненности и осмысленности бытия.

Что ж, для первого раза я достаточно рассказал вам об устройстве нашего мира, научных достижениях и дальнейших путях развития человеческой цивилизации, не забыв описать и наиболее значимые проблемы.

Сообщаю вам всё это в надежде, что в случае попадания материала этой лекции к молодой цивилизации, не достигшей ещё уровня развития земной, полученные отсюда знания не принесут ей преждевременного разочарования. Вы совсем не обязательно пойдёте по земному пути развития. Быть может, подобно пятой части землян, вы будете испытывать полное удовлетворение при достижении нашего уровня, и ваш сытый век не станет земным веком пресыщения…

Произношу это, но в голове, будто мощной поступью по полированной брусчатке современности неистовым набатом громыхают смятенные сапоги обречённости, увесисто чеканящие, выбивающие из-под железных подошв строки, которые часто повторял Сумеречный Варвар: «познание умножает скорбь».

Всё, собратья-гуманоиды, на этом скучная теоретическая часть нашего повествования и заканчивается, все на перемену!