Рыцарь Шестопер. Новый дом - Федор Соколовский

Беднягу Коннеша унесли с площадки в госпиталь, подняться на ноги он так и не сумел. Правда, целитель заявил:

– Ему здорово досталось, но вечером за общим столом он наверняка будет. Разве что кричать громко не сможет и песни петь. Сломанное ребро так быстро не заживет.

По сути, если дуэль и делала окончательно поединщиков врагами, то показывать это считалось дурным тоном в рыцарской среде. Выяснили отношения? Надавали друг дружке по мордасам? Вот и хватит! Нечего ближайшую седмицу друг на друга дуться. А коль и потом злоба не иссякла, можешь опять вызвать своего оппонента на бой. Но не раньше. Да если это станет делать кто-то повторно, то причины должны быть весьма веские. Тогда уже бой может вестись на смерть.

Пока Грин одевался, стоящий возле него Айзек не умолкал:

– Тебя немедленно ждет в своей башне старикан Гонта. Он забыл тебе передать твои вещи, которые остались у нас после твоего ареста возле столицы.

– Сейчас пойду.

– Ну и тот факт, что сегодня за одним столом с тобой будут Коннеш Найт и лечащий его сейчас целитель, тебя не смущает?

– Нисколько. Зла на них не держу. А если продолжат коситься или, не дай боги, плохие слова говорить, прямо на месте им физиономии попорчу.

– О! Вот это правильно! – похвалил коллега. – Баннерет имеет полное право так поступать.

– Кстати, не скажешь, с чего это мне такие отличия? Другие рыцари и в сорок лет такого не получают.

– Старикан тебе и расскажет, коль сочтет нужным, – заулыбался Айзек. Но тут же понизил голос до максимума и пробормотал: – Могу только сказать, что больше всех за это звание для тебя ратовала матушка князя.

Входя в башню, Василий усиленно размышлял на тему, хорошо это или плохо оказаться на особом счету у такой дамы, как Рагнара. Этот вопрос он задал и волхву.

– Ну сейчас-то она умная стала, взвешенно мыслит, не спешит с выводами, – пустился в объяснения старик. – А вот в молодости была… не приведи Перун у нее на глазах примелькаться или на слуху оказаться. Требования предъявляла, что к любимцам, что к нарушителям, врагу не пожелаешь. Так что ее благосклонность можешь считать благом.

– А где письмо? – заволновался Грин, не отыскав в своих вещах послания, которое он заготовил для Зареславы. – Куда делось?

– Отдал адресату, – пожал плечами Гонта. – Там ведь четко указывалось, кому отдать лично в руки. А что не так?

– Ну… даже не знаю… Может, оно и к лучшему. Там было восхваление Зареславы и описание моих чувств к ней. Причем написанные ею собственноручно.

– Как только умудрился такое провернуть?

– Сам удивляюсь… Но теперь она знает о моих чувствах.

– Это и без письма было понятно, – сощурился в усмешке старик. – А уж как она меня вопросами о тебе после прочтения письма извела, не передать словами. Так что, парень, чувства у вас взаимные. Хе-хе! И будь у тебя сейчас второе колечко «Дар Макоши», была бы сейчас между вами ментальная связь почти на любом расстоянии.

Закрепляющий на себе наручи рыцарь замер в глубокой задумчивости и через несколько мгновений полез в свои самые потаенные карманы. Достал одно из трех колечек, реквизированное из вещей убитого колдуна Чередыша, и протянул изумленному волхву:

– Есть! Как устроить связь?

Тот вначале взял кольцо, рассмотрел его внимательно, замычал в еще большем изумлении и только потом забормотал:

– Надо же, как тебе везет! И где только находишь такие сокровища?.. Не иначе как сама Макошь тебе помогает! И кольца… и одежды черного власнеча… и редчайший оберег чорзань… Может, ты еще чего ценного имеешь? А? Признавайся, пока я на тебя окончательно не обиделся!

– Признаюсь. Есть еще кое-что. Об одной своей находке расскажу чуть позже, и мы решим вместе, как с ней быть. А вот о другой… Только не надо обижаться: про одну уникальную вещицу поведаю чуть позже, когда поговорю с Зареславой. Так что чем быстрей мы пообщаемся, тем быстрей ты, уважаемый Гонта, соприкоснешься с очередной легендарной тайной.

– О как! Еще и легендарной? – отчего-то не поверил хозяин башни. – Но сразу ставишь условие? Видимо, не уверен, что с твоей ведьмой все в порядке?

Рыцарь ничего не ответил, но по его мимике видно было, что его гложут сомнения. Он закончил цеплять на себя самые ценные части экипировки и одежды и повернулся к зеркалу.

Что-то ему не понравилось:

– Не слишком ли я стал… э-э-э… нафаршированный?

– Нормально! – успокоил его опекун. – Зато вкупе с оберегом ты теперь защищен от всяких случайностей. И мне спокойнее будет.

– Случайностей? Ха! Да я в таком виде смело могу с сотней врагов справиться!

– Эк ты загнул, хвастунишка! Разве что говоришь о разбойниках, вооруженных косами да цепами. Но вот два десятка себе подобных рыцарей, если будешь сражаться на пределе, может, и одолеешь. – Говоря это, волхв оставил колечко на столе и заметался по первому этажу, собирая по шкафам некие скляночки и тоже водружая их на стол. – А вот связь устроить через «Дар Макоши» – дело непростое. Может и на двое суток волшба растянуться. Будь оба кольца здесь – проще вопрос решился бы. А то и вообще бывали случаи, когда дело без пособничества власнеча обходилось. Только и следовало парочке, надев кольца, любовью заняться.

Грин приблизился к столу, внимательно присматриваясь к манипуляциям старика.

– Но ведь оно даже для моего мизинца маловато…

– Решаемо. И весьма просто.

– А вот насчет любовной забавы… – И так тяжело вздохнул, что Гонта не выдержал и рассмеялся:

– Ух как тебя желание-то прихватывает!

– А что в этом смешного? Дело молодое, правильное… Жаль, что неосуществимое…

Волхв закончил приготовления, велел рыцарю сесть на стул и левую руку положить в глубокую миску из фаянса. Затем аккуратно надел кольцо на кончик его безымянного пальца и принялся засыпать ладонь разными порошками.

– Первая проверка истинности колец от самой богини: их умение подстраиваться под любой размер. Сейчас мы капнем вот этим раствором… Теперь вот этим… Не дергайся, словно женщина! Оно и должно немножко жечь. Но бояться нечего, мясо не сварится… Теперь сам, на ощупь, пробуй надеть колечко полностью… О! Видишь, как здорово получилось!.. Не вынимай руку из жижи!

Далее он не только продолжил сыпать-сливать всякую вонючую гадость в миску, но и вернулся к прерванному разговору:

– А по поводу утех любовных, так не все с тобой и с ведьмой-вампиром однозначно. Почитал я ту тетрадку, что она тебе дала. Где некий тип описывает свое сожительство с вампиром. И несколько интересных мелочей приметил. Если приплюсовать к ним твое особенное, отличное от других людей состояние и тот факт, что ты выжил однажды после ее ответного, нечаянного прикосновения, появляется уникальная возможность. Уж не знаю, как оно у вас получится в натуральном виде, но имеются у тебя шансы не только прикасаться к Зареславе, но и ответные ласки получать без опасения умереть. Причем довольно неплохие шансы, как я удостоверился после дополнительного прочтения одного старинного трактата.