World of WarCraft. Traveler. Извилистый путь - Грег Вайсман

Мавзоль подарил Араму экземпляр «Пернатых обитателей Азерота», и мальчик крепко прижал книгу к груди – к компасу, одно сокровище к другому. В предрассветных сумерках они с Макасой помчались назад, к своему пансиону. На бегу Макаса приглядывала за тем, чтобы не попасться никому на глаза, но мысли Арама были заняты другими заботами.

– Жаль, у нас нет способа связаться с дядей Сильверлейном, – сказал он. – Ставлю что угодно: он-то знает об осколках кристалла все. И ставлю что угодно: он мог бы нам помочь.

– Я не держу пари, – откликнулась Макаса, – но согласна: еще один Торн был бы нам очень полезен.

Они подошли к двери дома Винифред, и Винифред распахнула дверь еще до того, как оба успели остановиться.

– Входите, – шепнула она. – У нас гости.

Макаса потянулась за саблей, но Винифред шлепнула ее по руке:

– Желанные гости!

Она проводила их в комнату, где обнаружился Газлоу, а с ним – высокая, поразительной красоты ночная эльфийка с серебряными волосами, голубой, словно лед, кожей, роскошными оленьими рогами и глазами, сияющими золотом.

– Арамар Торн, я полагаю? – сказала она.

Ее голос… Казалось, в нем не один, а два тона – иначе его было не описать. Первый из них достигал ушей, другой же проникал глубоко в душу.

Арам молча кивнул. От ее красоты и явного сходства с дорогим покойным другом Талиссом просто захватывало дух.

– Я – Фейрин Весенняя Песнь, друид-хранительница из Круга Кенария.

– А-а… ага.

Арам крепко зажмурился и снова открыл глаза, стараясь хоть немного привыкнуть к голосу гостьи и не выглядеть так глупо, как сейчас.

Он оглядел комнату. Клок с Мурчалем с широкими рассеянными улыбками на лицах глазели на эльфийку во все глаза. Дрелла с весьма самодовольным видом улыбнулась Араму.

Мальчик гулко сглотнул, собрался с силами и заговорил:

– Я… прошу прощения, что мы заставили тебя ждать. Мы не ожидали тебя так скоро. Но я рад, что ты дождалась нас. Было бы очень жаль расстаться с Дреллой, не попрощавшись.

– Расстаться? – со смехом сказала Дрелла. – Куда же я пойду? И с кем? С ней?

Она вновь рассмеялась. Глядя на нее, Весенняя Песнь снисходительно улыбнулась.

– Боюсь, здесь некоторое недоразумение. Я была бы готова принять от вас Семя Талисса Серого Дуба. И с радостью взяла бы на себя это бремя. Но взять к себе Тариндреллу я не могу. Слишком поздно.

– Но… Но мы спешили сюда, как только могли.

– Боюсь, я недостаточно ясно выразилась, – вздохнула эльфийка. – Когда Тариндрелла расцвела из желудя, в ее сознании запечатлелось первое увиденное ею существо. Теперь она связана с ним.

Вприпрыжку подскакав к Араму, Дрелла схватила его за плечо.

– То есть, с тобой, глупый! Я же говорила, что ты не будешь скучать по мне. И что я не буду скучать по тебе. И что мы не будем скучать друг по другу. Потому что я не могу уйти от тебя.

Арам окинул дриаду взглядом, полным изумления.

– Погоди, так ты знала это с самого начала?

– Конечно. Я многое знаю. Я очень умна и образованна. Особенно если учесть, что сейчас еще весна.

– Ты постоянно это твердишь, но сейчас почти осень!

Арам и сам не мог бы сказать, злится ли на Дреллу за то, что она так долго держала все это в тайне, или втайне радуется тому, что ее не заберут от него.

– Она имеет в виду, – пояснила Фейрин, – что сейчас весна ее жизненного цикла. Она молода. Очень молода.

– И очень красива, – заявила Дрелла, поворачиваясь кругом, чтобы все смогли взглянуть на нее и восхититься.

Арам захохотал.

– И все же дело серьезное, – сказала друид-хранительница. – Чтобы овладеть всеми своими силами, полностью раскрыть свой потенциал, дочери Кенария нужно пройти обучение у того, с кем она связана. Поскольку это не я, я не могу обучать ее. Ты же не можешь обучать ее, потому что ты… откровенно говоря, ты – просто невежественный человеческий мальчишка.

Арам вновь захохотал.

– Прости. Прости, – совершенно чистосердечно сказал он.

Однако Арам был просто огорошен кучей сюрпризов и откровений, обрушившейся на него за последние несколько часов, и смех неудержимо рвался наружу, будто пар из предохранительного клапана гоночной лодки.

– Это ты прости меня, – сказала эльфийка. – Я вовсе не хотела тебя обидеть. А ты ни в чем не виноват. Талиссу следовало предупредить вас всех, что Семя нужно беречь от влаги.