Ограбление Харон - Юрий Иванович

– Хотя это и не тайна вроде… – Подхватив очередной кусок шоколада, болтун стал говорить тише: – Поэтому пару слов скажу… Роман Ландер, он ведь и дальше в конторе глубокого бурения продолжает работать. Хотя все уверены, что его давно оттуда выгнали в отставку. Так что… сами понимаете!

И заговорщически подмигнул.

Нервно барабаня пальчиками по столешнице, Элла Витальевна с благодарностью кивнула и задумалась:

«Ну хоть что-то начало проясняться. По правде говоря, связи и знакомства Деда меня и раньше поражали, но в свете новых данных проявляются совсем уж нереальные нюансы. Хотя почему нереальные? Скорей как раз в стройную систему все выстраивается. Только при мощной, всемерной поддержке силовых структур Шенгаут мог подстроить свою смерть, избавиться от неугодных и уйти при этом в тотальное подполье. И уже оттуда устраивать собственную жизнь, спокойную пенсию и надлежащий надзор за «Логотрансом». Да-а, он такой, он мог и не такое устроить…»

В эту версию вполне укладывалась и небывалая, казавшаяся поначалу совсем неуместной видеосъемка во время оглашения завещания. Кто-то очень хотел посмотреть на вытянувшиеся лица прикормленных в компании трутней, которые останутся без ожидаемого наследства. А там не только вытянувшиеся лица удалось отменно зафиксировать, но и скандалы с истериками. А кому, спрашивается, это больше всего понравится? Да только одному человеку, тому, кто и составлял завещание!

И где сейчас этот человек? Ведь не на том же свете он просматривает веселенькие кадры! Для этого надо как минимум устроиться в божественную канцелярию. И куда ушли снятые на видео материалы? Как утверждали нотариусы: по защищенному каналу в адрес заинтересованных наследников. Тогда Элла на подобные объяснения только презрительно фыркнула, а вот сейчас, в свете новых догадок, непроизвольно заулыбалась. Чувствовалось! Просматривалась крепкая рука только одного, больше всех заинтересованного родственника: Никиты Трофимовича Шенгаута.

Сделанные выводы открыли дорогу последующим догадкам. И проверить их руководителю, умеющему работать с людьми, труда не составило.

– Георгий Сергеевич, – она впервые обратилась к собеседнику полным именем и по отчеству, выказывая ему полное уважение. – Ну а вы хоть справляетесь с написанием отчетов? Может, мне помочь? И какие-нибудь свои статистические данные надо добавить?

– Да ничего, Эллочка, все под контролем! – пафосно заверил Шалавин. – Меня заверили, что постоянной, ежедневно поступающей информации вполне хватает. А вот некоторые укоры в мой адрес таки поступили…

Яровая сочувственно кивнула, призывая к дальнейшей откровенности, тогда как мысленно воскликнула:

«Угадала! Старик продолжает пользоваться внутренней системой видеонаблюдения! Плюс наверняка и некоторые потоки информации отслеживает. Недаром ведь он в свое время лично занимался системами контроля, утверждая, что это дело следует вести в строжайшей секретности. Вот же ушлый жучара!..»

– …Мне попеняли, – продолжал тем временем Жора, опять похлопывая ладонью по карману с письмом, – что я не совсем продуктивно работаю. То есть не с полной отдачей и должным рвением отдаюсь работе.

– Ну что вы, Георгий! – старалась не рассмеяться Яровая. – Если бы все работали с усердием, которое присуще вам, то и моего руководства не требовалось бы.

– Правда? – расплылся временный работник в счастливой улыбке. – Я старался…

– Конечно, правда! – не могла удержаться от небольшого ерничества наследница «Логотранса». – По большому счету вы и меня смогли бы заменить при необходимости. Уверена!

Сказала и поразилась реакции собеседника: тот серьезно задумался!

«Вот это самомнение у человека! Простой, как танк! И уверен, что любые овраги ему по плечу! Или он туповатый, как танк? И на полном серьезе думает, что справится?..»

Но до такой наглости Шалавин не скатился. Вначале тяжело вздохнул и только потом признался:

– Нет, Элла Витальевна, никак не получится вас подменить. Вы уж извините…

– А что так? – Она изобразила еще большее участие, стараясь ерничать тонко и незаметно. – Здоровье не позволяет? Или мама против?

– Да нет, мама даже не знает, что я сейчас в Москве, – чисто по-детски признался Жора. Еще и носом смешно воздух втянул. – Да и здоровье у меня отменное. Хотя… я даже не догадывался, что к руководящему составу компании выдвигаются такие жесткие требования по отсутствию заболеваний.

– Как это не догадывался? А если подумать?

– Мм?.. Ну да… Прежнего генерального директора, узнав, что он псих, довольно быстро и ловко устранили.

Яровая в недоумении нахмурилась:

«Это кто над кем ерничает?» – но и дальше попыталась улыбаться:

– Ладно, забудем про разных психов. А вот почему не получится заместить меня, хотя бы на некоторое время?

– Не нравится мне в Москве! – последовало неожиданное заявление прожженного провинциала. – У нас в поселке намного лучше. И люди более душевные.

Что вызвало у Эллы непроизвольное, плохо скрываемое раздражение:

– Не нравится?.. Тогда идите и качественно работайте последнюю неделю! Я вас больше не задерживаю, до свидания!

Несмотря на жесткий, даже сердитый тон последних фраз, Шалавин вскочил на ноги довольный, подхватил последнюю шоколадку с тарелочки и с улыбкой заверил:

– Но если что, зовите, я всегда где-то рядом!

С тем и ушел, вызывая своим видом и поведением новые вопросы в голове Эллы Витальевны.