Михаил, Меч Господа. Книга пятая. ЧВК Всевышнего - Гай Юлий Орловский

Именно такими рисовали эллины соперников своих богов, прекрасно сложенный, с развитой мускулатурой, с мужественным лицом, прямой и с горящими гневным весельем глазами.

Сатан вскрикнул в яростном недоверии:

– Брулефер!.. Как ты можешь быть с ними?

Гигант, не отвечая, оглянулся. Вслед за ним выскочили, тоже пригибая головы, с десяток крупных и рослых воинов, все с круглыми щитами из черной бронзы, в таких же панцирях, с цельнометаллическими шлемами на головах, где оставлены только прорези для глаз, а в руках короткие копья с длинными лезвиями.

Брулефер повернулся к Сатану, лицо его оставалось прекрасным и мужественным в своем спокойном величии.

– Да, – ответил он медленно и без тени испуга, – я с ними. Но я не против твоей власти, Сатан. Однако портал в мир людей позволит нам быстро…

Сатан прервал резко:

– Вы знали, что буду против!.. И все-таки посмели! Что это, как не мятеж? Склонись предо мной, и я, возможно, пощажу…

Брулефер покачал головой, воины справа и слева закрылись щитами и приготовились к бою.

Азазель шепнул быстро:

– Всем заменить на бронебойные!..

Михаил начал не глядя менять обойму в автомате и пистолетах, поглядывал на Брулефера, а тот ответил Сатану почти с сожалением:

– Сатан… ты устарел. Даже не представляешь, какие силы стоят за нами. Лучше встань с нами…

– Так одолей старика! – заорал Сатан.

Он в бешенстве прыгнул навстречу, черный меч возник в его руках, и когда ноги Сатана ударились о землю, он уже нанес удар.

Брулефер легко отпрыгнул, Михаил охнул, меч Князя Ада появился так же из ниоткуда, огромный и сверкающий черными искрами. Сатан успел парировать своим, два черных лезвия ударились в воздухе одно о другое с оглушающим звоном.

Михаил опомнился, когда справа и слева оглушительно громко застучали автоматы. Он вскинул пистолет и начал быстро-быстро всаживать пули в бросившихся на них воинов.

К счастью, Азазель предупредил вовремя, обычные пули не пробили бы массивные щиты, но усиленные, с урановыми наконечниками, просаживают насквозь и поражают укрывшихся за ними.

Там вскрикивали и падали, ломая строй, но кто-то продолжал идти, держа равнение, хотя сейчас самой разумной тактикой было бы не идти, а ринуться на врага со всей возможной скоростью.

Михаил стрелял скупо, берег патроны. Чутье позволяет бить точно в головы даже сквозь щиты. Рядом Обизат закусила губу и стреляет сразу из двух пистолетов, подражает господину и повелителю, однако автомат не у ног, а в боевой готовности висит на ремне.

Азазель, как успел заметить Михаил, дерется мало, больше присматривает за остальными, все еще чувствует себя командиром отряда, хотя для Сатана никто на свете не командир, а здесь как бы снисходительно оказывает им в своих владениях покровительство и помощь…

Телохранители Брулефера даже не поняли, что их убило, только один успел приблизиться на шаг к Бианакиту, на что тот, не моргнув глазом, выстрелил поверх края щита в закрытую черным шлемом голову.

Удар был такой силы, что голова воина едва не отломилась. Упал на спину уже с огромной дырой, кровь мгновенно растеклась щедрой лужей, но тут же начала быстро испаряться, а следом уже неспешно распадалось тело.

Бианакит, опустив пистолет, смотрел на битву двух князей Ада, где молодой и сильный Брулефер не уступает Сатану в схватке, и меч его даже длиннее и шире, чем у властелина преисподней, оглушающий звон, лязг, а еще и снопы черных искр при каждом столкновении лезвий.

Брулефер, как помнил Михаил по рассказам Азазеля, часто участвовал в межклановых битвах, в отличие от занятого управлением Сатана, проявил себя как опытный боец и военачальник, потому сейчас встретил бешеный натиск Сатана, как опытный воин выстраивает защиту против атаки молодого и разгоряченного бойца, подготавливая смертельный удар.

– Сатан, – произнес Бианакит озадаченно, – что-то он как-то…

– Увлекся, – согласился Азазель, – Статус Верховного Властелина не позволяет ему участвовать в местных войнах, подзабыл, как это – драться с сильным противником…

Он бросил косой взгляд на Михаила, тот нахмурился, ожидая очередную шпильку, но Азазель снова обратил взор на сражающихся гигантов.

Михаил буркнул:

– А почему нам не помочь Сатану?

Бианакит взглянул с удивлением, Обизат промолчала, только Азазель сказал буднично:

– Больше такого даже не говори. Это опозорило бы Сатана. А он, если станет врагом, то навсегда.

Михаил со вздохом опустил пистолет. Две-три пули с наконечниками из обедненного урана наверняка пробьют череп любого Князя Ада, хотя, конечно, может и не умереть от такого ранения, зато удар Сатана был бы решающим.

– Молчу, – сказал он. – Это была шутка. В твоем духе.

Азазель промолчал, Сатан и Брулефер резко взмыли в воздух, черные крылья с когтями тоже вступили в схватку. Одно время дрались под самым каменным сводом, часто и со скрежетом задевая когтями торчащие сверху камни.

Михаил зябко передернул плечами, черные мечи князей Ада сшибаются с таким страшным лязгом, что звон отдается в черепе. Шипящие искры абсолютного мрака летят во все стороны, бросая на их могучие фигуры мерцающие тени.

Внезапно крылья Брулефера затрепетали вразнобой, он с грохотом рухнул на землю. Сатан тут же сложил крылья и настолько стремительно опустился, что Брулефер только и успел перевернуться на спину и взглянуть в грозное лицо властелина преисподней.

Сатан наступил ногой ему на грудь и с силой всадил острие меча в горло.

– Ты был, но ты не будешь!..

Михаилу почудилось, что это заклинание уже слышал от Азазеля, но сказать ничего не успел, внезапный ужас пронзил от макушки до пят. Внутри все сжалось от стремительного приближения чего-то огромного и ужасного, а сердце затрепетало, как мелкая птичка в кошачьих лапах.

Брулефер задергал ногами и затих, а мир дрогнул и стал иным, появились камни, которых Михаил не видел, все стало резче и ярче, а от его ног впервые протянулась тень.

И почти сразу увидел пылающую дыру в каменной стене, куда можно ворваться на колеснице. Воздух дрожит, портал выглядит слишком огромным, только что был втрое меньше, но Брулефер мертв, и мощь его магии больше не дает порталу скрывать размеры.

Он с ужасом ощутил, что исчезла только половина защиты, додумать не успел, издали донесся крик Азазеля:

– Сатан, берегись!

Михаил торопливо развернулся, оцепенел. Под каменным сводом возникла излучающая свет фигура ангела с пылающим мечом Первого Дня Творения в красиво воздетой руке. Широко раскинутые белоснежные крылья несут его легко и красиво, а когда он чуть наклонился, то пошел к земле стремительно и свободно.