Михаил, Меч Господа. Книга пятая. ЧВК Всевышнего - Гай Юлий Орловский

Озлившись, начал сосредотачиваться, наконец в ладони с трудом оформился шар размером с яблоко, он с силой бросил в прежнюю цель…

Взрыв тряхнул все подземелье. Со свода посыпались камешки, а воздух заполнился удушливой гарью.

Сам испуганный своей неожиданной мощью, со всех ног ринулся обратно. Сзади бабахало, дважды догоняла волна жаркого воздуха, оба раза с трудом удерживался на ногах.

Когда выскочил в главный туннель, где ждет Обизат, последний взрыв за спиной с такой силой ударил в спину, что споткнулся и растянулся прямо под ноги той, для которой он бехем рыкающий, что грозен и нещаден, а также красив и величественен, как нильский крокодил, чей рев подобен грому.

Она в сильнейшем испуге подхватила его под руку и с силой, которую он от нее не ожидал, вздернула на ноги.

– Мой повелитель! – вскрикнула она. – Ты ранен?..

– Еще чего, – ответил он оскорбленно, – это чужая кровь!

– Но на тебе нет крови, – наивно сказала она.

– Вот видишь, – сказал он, – даже чужой нет!.. Давай глянем еще в ту нору и пойдем наверх.

В правом проходе сразу ощутил вдали в темноте и за поворотом большое скопление живых существ, торопливо взял в ладонь гранату, в другой руке пистолет, и хотя против толпы лучше бы автомат, но старые привычки Макрона твердят, что патроны нельзя так расточительно, а вот пистолет каждую пулю позволяет класть туда, куда хочет. Тем более, при его метаболизме, который можно ускорять еще больше.

– Многовато, – сказал он трезво.

Она сказала с готовностью:

– Позволь мне пойти впереди!

Он сказал с сомнением:

– Там целое гнездо. Закусают. Даже если там не воины, а простая обслуга. Такой портал требует мощной подпитки… Канал антисфироты далековато, приходится собирать по каплям…

Она посмотрела с уважением.

– Ты знаешь… или чувствуешь?

Он только начал открывать рот для ответа, как первый демон выскочил навстречу со всей стремительностью, несвойственной такой громадной туше.

Михаил только и успел увидеть косматую и лохматую фигуру с длинной неопрятной шерстью, то ли своей, то ли с накинутой на плечи шкуры, нажал на курок и пока тот, запрокинув голову, медленно падал, быстро выдернул чеку и с силой швырнул поверх его головы гранату.

Она ударилась о стену под углом, как и рассчитал, исчезла за поворотом, откуда выскочил еще один, то ли самый отважный, то ли самый глупый.

Раздался взрыв, мощный и смертоносный в тесном пространстве, Обизат за его спиной радостно вскрикнула, там за углом закричали в ужасе и от боли множество то ли отдыхающих, то ли засевших в засаде.

Возможно, подумал Михаил, там либо стражи портала, либо накапливающийся десант для переброски в мир людей.

Он чувствовал, что ищет оправдания своей безжалостности, бросил еще гранату, точно высчитывая угол падения-отражения.

Та исчезла за выступом стены, а когда раздался взрыв, он сказал настороженно:

– Если хочешь, посмотри там… Ты же любишь обшаривать карманы.

– Это обычай, – возразила она обиженно. – Полагается что-то приносить как доказательство!

– А как же слово чести? – буркнул он. – Неужели и в Аду его остается все меньше… Куда мир катится.

Обизат исчезла за углом, он остался на месте, всматриваясь и вслушиваясь. Новые чувства, все еще непривычные, говорят, что может увидеть даже сквозь не слишком толстые стены, зато здесь на время станет слеп и беспомощен, а такие эксперименты пока лучше отложить на потом.

Обизат возилась недолго, вернулась, вытирая лезвия клинков, сообщила в ответ на его испытующий взгляд:

– Живучие. Двое были из клана Черной Лавы. Их знали как могучих бойцов.

– Хорошая добыча? – спросил он.

– Ничего не взяла, – сообщила она. – Ты же говоришь, что это нехорошо?

Он кивнул, сказал с неловкостью:

– Это мои тараканы. Тебе не обязательно меня копировать.

– Обязательно, – заявила она твердо. – Ты самый лучший! А я буду носить в чреве…

– Да-да, – прервал он. – Пойдем отсюда!

Она послушно стучала за спиной каблучками, как молодая коза копытцами, он поднимался быстро, шагая через ступеньку, в какой-то момент ощутил близкое присутствие чужака, пахнуло опасностью.

Развернулся, с пистолетом в руке, из темной ниши, которую в прошлый раз почти не заметил, потому что казалась пустой, быстро вытянулись, будто их выстрелило, две костлявые руки и ухватили Обизат за горло.

Он выстрелили в нишу трижды, руки разомкнулись, рассерженная Обизат сбросила их с себя, лицо ее полыхнуло негодованием.

– Что ты меня оберегаешь, – вскрикнула она. – Что ты меня оберегаешь? Это я тебя должна…

– Оберегай, – разрешил он. – Как только кто-то начнет заходить со спины, того и бей. Тоже в спину.

– В спину бить нехорошо, – сказала она, – но я буду. Все, как скажешь, мой повелитель!

Ему почудилась ирония, а то даже издевка, но она смотрит чистейшими, как изумруды, глазами, в них полнейшая преданность и доверие, а еще ликование, что целиком принадлежит такому великому воину.

– Да, – сказал он с неловкостью, – это же война… В общем, берегись, если в самом деле собираешься носить под сердцем ребенка.

– Твоего ребенка, – уточнила она с гордостью. – Но я начну беречь себя, когда почую его в чреве.

Он кивнул, но не ответил, ибо на выходе распахнулся настолько багровый и страшный мир Шеола, похожий на горящую в огне исполинскую гробницу, что ощутил ком в горле и дрожь во всем теле.

Азазель и Сатан уже продвинулись вперед на шаг, то ли защита прогибается и отступает под их натиском, то ли крушат слой за слоем.

От обоих пахнуло жаром и злостью, черные как у ворона волосы Азазеля прилипли ко лбу, капли пота стекают по щекам и быстро испаряются в жарком сухом воздухе.

Бианакит, заслышав шаги Михаила и Обизат, быстро развернулся в их сторону, опустил ствол автоматической винтовки.

– Как там?

– Зачистили, – ответил Михаил.

– Много было?

– Пустяки, – ответил Михаил небрежно, но Обизат сказала обиженно:

– Много, очень много!.. Но мой господин и повелитель всех их… изъял. Удалил. В общем, их не стало.

Бианакит усмехнулся, кивнул в сторону Азазеля и Сатана.

– Доламывают, – сообщил он. – Там трещит, вот-вот… а мы не знаем, что за последним слоем.

– Будем готовы, – ответил Михаил. – Оби?

Она продемонстрировала пистолеты, готовые к бою, а в этот момент со стороны Азазеля и Сатана раздался настолько оглушительный треск, что Обизат в испуге присела.