Рыночные силы - Ричард Морган

Ощущение было странное.

Две недели – и приехал омбудсмен.

Трульс Васвик не понравился Крису с первого взгляда.

Отчасти причиной послужил его норвежский характер – он излучал ту раздражающую ауру непринужденности и компетентности, свойственную людям, которые много времени проводят на природе. Нечто подобное он замечал за многими друзьями Карлы, когда они бывали в Тромсё. Но куда больше его бесил наряд Васвика. Перед ним стоял профессионал, который, по словам Карлы, зарабатывал не меньше Криса, только Крис обычно оставлял у парикмахера больше денег, чем стоил весь костюм Трульса. Серый шерстяной свитер растянулся и пошел катышками, неприметные брюки вытянулись на коленях, походные ботинки стоптались под ноги Васвика. Пальто выглядело так, будто он в нем спал. Образ не повзрослевшего подростка-антиглобалиста дополняли небрежно зачесанные назад, в хвостик, седеющие волосы.

– Спасибо, что приехали, – настороженно сказал Крис.

Васвик пожал плечами:

– Это я должен вас благодарить. Вы идете на гораздо больший риск, чем я.

– Правда? – Крис постарался не обращать внимания на то, как скрутило спазмом живот после этих слов омбудсмена. Назойливый голос в сознании гадал, не пытается ли Васвик нарочно вывести его из себя. – Я думал, что нас обоих быстренько загребут в участок, если мы попадемся.

– Да. Только вашему правительству придется отпустить меня целым и невредимым. Я еще обладаю подобными привилегиями. Полицейские, возможно, попытаются меня обработать, но едва ли встреча с ними окажется хуже переплетов, в которых мне довелось побывать.

– Суровый мужчина, да?

Трульс в очередной раз повел плечами. Васвик оглядел мастерскую и приметил старый стальной барный стул у двери. Крис подавил раздражение и стал ждать, пока норвежец ответит. Он снова не мог понять, молчит тот намеренно или нет. У него не получалось проникнуть за стену спокойствия и отстраненности, окружавшую омбудсмена.

В автомастерской Мэла повсюду скрипели и жужжали инструменты. Найти безопасное место для встречи оказалось нелегко – Крис до сих пор думал, могут ли они доверять начальнику Карлы.

– Что ж, – Васвик выдернул стул из-под днища «Ауди», которую Мэл оставил на подъемнике, и сел. – Поговорим об эвакуации?

– Чуть погодя, – Крис прошелся под «Ауди».

Эвакуация. Слово повисло в воздухе. Сама мысль об этом потрясла Криса – все равно что подойти на ежеквартальном собрании к Луизе Хьювитт и предложить ей трахнуться.

– Я еще не свыкся с мыслью. Вдруг меня надо убедить.

– Тогда мы зря теряем время. Я здесь не для того, чтобы тебя уговаривать, Фолкнер. Мы в ЮНЭТ запросто обойдемся без тебя.

Крис уставился на него:

– Карла сказала…

– Ты не безразличен Карле Нюквист. А мне на тебя наплевать. Лично мне по барабану, что с тобой станет, Фолкнер. Я думаю, ты отребье. Но ребята из этической торговли с радостью тебя послушают. Вот для чего я здесь. Однако я не продажник. Чтобы получить проект, мне не нужно переманивать тебя, и, если честно, у меня найдутся более важные дела. Ты присоединяешься либо нет. Выбор за тобой. Только не трать мое время.

Крис покраснел.

– Мне говорили, – ровным тоном начал он, – что ЮНЭТ нанимает людей, отребье вроде меня, и делает их омбудсменами. Это важно, потому что мне нужна работа. Сейчас. Или меня дезинформировали?

– Нет, все верно.

– Получается, мы можем оказаться коллегами.

Васвик холодно взглянул на него:

– Все люди разные.

– Должно быть, непросто, – поддразнил его Крис, – работать с людьми, которых презираешь. Мириться с морально разложившимися субъектами. Жить в этой вони.

Час назад зал в мастерской Мэла, который тот предоставил в их распоряжение, проверили на жучки, а в соседних помещениях велись работы по металлу, так что снаружи просканировать площадку было невозможно. Тем не менее, когда между фразами Васвика повисла пауза, родилось ощущение, что аудитория ждет. Крис сжал кулаки.

– Ты хоть знаешь, с кем, блядь, говоришь? – сказал он.

Второй мужчина ухмыльнулся, демонстрируя зубы и бросая вызов:

– Так просвети меня.

– Я к тебе отнесся уважительно…

– А у тебя, мать твою, нет выбора, Фолкнер. Я твой аварийный люк. И я прям чую, как ты хочешь выбраться. Твоя маленькая сморщенная душонка, в конце концов, устала от того, чем ты зарабатываешь на жизнь, и теперь ты страждешь искупления, при этом не потеряв в зарплате. Я твоя единственная надежда.

– Едва ли у вас платят столько, сколько я привык зарабатывать.

– Сомневайся сколько влезет.

– Да? Давай, вали все на одежду, – Крис ткнул пальцем в норвежца. – Знаю я людей вроде тебя, Васвик. Ты вырос в уютной маленькой скандинавской стране, где государство вас опекает, а потом вдруг узнал, что остальной мир не в состоянии следовать тем же экономическим стандартам, что и ваша детсадовская группа с ее искусственной соцсредой. Так что теперь ты ворчишь и истеришь, попрекаешь всех моралью, и все потому что мир не живет так, как тебе хочется…

Васвик пристально рассматривал ладонь одной руки.

– Да, зато мне не пришлось наблюдать за тем, как моя мама умирает от болезни, которую вполне можно излечить, а…

– Эй…

– …а после работать на людей, из-за которых это произошло.

Словно молния ударила. В один миг медленно закипающий гнев вырвался яростной вспышкой – Крис бросился в атаку, пытаясь окончательно не потерять контроль. Удар из карате в висок, который убил бы Васвика, если бы достиг цели. Барный стул покачнулся и упал набок. Взметнулись полы черного пальто, и руки Васвика потянулись в сторону. Крис ощутил прикосновение к запястью, которое необычным образом вывернули. В следующий момент инерция собственного удара швырнула его в другой конец помещения.

Он врезался в скамью, пытаясь упереться руками и сохранить равновесие. Позади раздался звук – лодыжки Криса подцепили и дернули. Он ударился лицом о скамью, усыпанную сверлами и болтами. Щеку оцарапало. Он ощутил вес Васвика на себе и попытался лягнуть. Норвежец скрутил ему руку и задрал к затылку, затем схватил за волосы и снова впечатал лицом в кромку скамьи.

– Ошибка, – прорычал Трульс сквозь стиснутые зубы Крису на ухо. – А теперь ты ведешь себя как следует, либо я сломаю тебе руку.

Крис еще раз попытался скинуть противника, но рывок оказался бесполезным. Он повалился на скамью. Васвик резко его отпустил. Крис услышал, как позади него норвежец поднял барный стул. Когда он встал и обернулся, Васвик уже сидел. На бледном лбу блестели несколько капелек пота, но в целом Трульс выглядел так, будто драки не было.

– Прости, сплоховал, – тихо сказал он, не глядя на Криса. – Нельзя было подпускать тебя так близко. Где-нибудь в промышленной зоне в Камбодже мне бы уже пуля прилетела в затылок, начни я играть в поддавки.