Зов Атлантиды - А. Дж. Риддл

– Что?

Лизнув подушечку большого пальца, женщина потерла ему лоб.

– Ты пишешь на собственном лбу.

Пол швырнул ручку на стол.

– А‑а… Спасибо. – И обратил взгляд к экрану. – Значит, готов.

– Как это действует? – поинтересовалась Мэри.

– Входишь в медицинскую капсулу, и «Бета» проводит терапию. Точно так же, как другой отсек оперировал Кейт. Если что-нибудь пойдет не так, она постарается спасти тебя.

– А ты не пройдешь терапию? – спросила Мэри.

– Нет. Ну… не планировал. Это твое открытие. Я думал, ты захочешь быть первой.

– Хотела – пару дней назад. Я бы ухватилась за такую возможность обеими руками. Первый контакт, кульминация всех моих трудов. Но я кое-что поняла. Я ринулась в работу после того, как мы… пошли разными дорогами. Я была одержима работой, потому что больше ничего у меня не осталось. Я искала чего-то, и это что-то не имело ровным счетом никакого отношения ни к инопланетянам, ни к сигналам радиотелескопов.

– Я прекрасно понимаю, о чем ты. Но если Кейт не проснется в этом своем сосуде, это наш единственный способ выбраться отсюда. В противном случае мы застряли.

– Знаю. А ты что думаешь? Поговори со мною, Пол. Что тебе подсказывает чутье?

Бреннер отвел взгляд.

– Я знаю, сколько этот сигнал значит для тебя, Мэри, скольким ты пожертвовала за годы своей карьеры. Если спрашиваешь, что чует мое нутро, то я просто не верю в дружелюбных инопланетян, транслирующих ретровирусы в космос. Я знаю, что варианты у нас исчерпаны, но считаю, что надо обождать.

Мэри улыбнулась. Она чувствовала безмерную усталость, страх до потери пульса и, как ни странно, такое счастье, какого не ощущала давным-давно.

– Согласна. А уж если я хочу ждать, то ни с кем, кроме тебя.

– Та же история. – Пол встретился с ней взглядом.

– Мы наверняка найдем чем заняться, пока ждем.

* * *

Пол не знал, долго ли они с Мэри пробыли у себя в комнате, да и не интересовался. Он разобрался, как запереть дверь и выключить свет, а ничего другого и не требовалось.

Мэри спала рядом под наполовину сползшей простыней. Пол смотрел в потолок. Его обычно напряженно работающее сознание было заполнено пустотой и полнейшим удовлетворением.

В темноте эхом раскатился стук в металлическую дверь, и Бреннер сел. Мэри проснулась через несколько секунд. Оба торопливо оделись и открыли дверь. На пороге стоял Мило.

– Доктор Кейт пришла в себя. Она больна.

В адаптивной исследовательской лаборатории доктор Уорнер снова лежала на твердом столе, выдвинутом из овальной медицинской капсулы. Экран на соседней стене отображал показатели ее жизнедеятельности.

Времени у нее осталось всего ничего. Пол пробежал взглядом журнал хирургии. Мило поместил ее в капсулу по окончании последнего сеанса в резервуаре. Корабль сделал все, что мог, но ситуация безнадежна. У нее в запасе не больше часа.

– Пол… – едва слышно прошелестел ее голос.

Бреннер склонился к ложу.

– Ретровирус…

– Что это?

– Змеиный вирус.

Мэри и Пол обменялись взглядами, говорившими: «Мы были на волосок».

Кейт закрыла глаза, и данные на экране сменились журналом связи. Она отправила сообщение на какую-то планету – вероятно, воспользовавшись своей нейросвязью с кораблем. Пол предположил, что ее местоположение Кейт узнала в симуляциях памяти.

– Изгнанники, – промолвила доктор Уорнер. – Они – наша единственная надежда. Я могу их спасти.

«Изгнанники?» Пол уже хотел было спросить, о чем речь, но Кейт быстро все объяснила – по-прежнему чуть слышным шепотом. Описала раскол цивилизации атлантов, произведенные Изидой генетические изменения Изгнанников, сделавшие их мишенью антизмеиной программы «стражей».

– Скоро они будут здесь, – сказала Кейт. – Надеюсь. Если я умру, ты должен завершить мою работу, Пол.

Бреннер посмотрел на цепочки ДНК на экране, пытаясь ухватить суть.

– Кейт, я… это безнадежно. Я не понимаю и половины всего этого.

Корабль вдруг тряхнуло, и экран переключился на внешний обзор. На орбите зависла добрая сотня сторожевых сфер, стрелявших по планете. По посадочному модулю «Бета».