Андрогин - Юрий Иванович

Жармин осторожно пощупала пальцами угощение и поразилась: большой, натуральный бублик! Ещё и пахнет сладко и заманчиво. И зрительно он представился очень ярко. Точно такой же подбрасывал Юрий Никулин в кинофильме «Кавказская пленница».

Попробовала откусить кусок. В самом деле сухой, как камень. Но молодые зубы справились, и первый кусок, смоченный обильной слюной, оказался вкусным, хоть и совершенно пресным. Видимо, соли забыли добавить при готовке. Но в любом случае хорошая добавка к здешнему рациону не помешает. Ибо с вечера ужинать рабыням не положено, а в таком положении не может быть и речи о соблюдении фигуры. Надо есть много, чтобы иметь силы для побега.

«Если представится возможность, – размышляла пленница, прислушиваясь к стихающему в лагере шуму. – Как бы нож раздобыть? Или что-то острое. Потому что верёвки эти не порвать … Что там старейшины общины на Юге рассказывали о паранормальных умениях чуть ли не каждого третьего? Огонёк могут из пальца выпускать? Хм! И чего я, спрашивается, не попросил мне такое чудо показать? Ещё лучше, следовало попросить и меня научить. Вдруг и мне подобное подвластно?..»

Надежда, вкупе с логикой и здравым смыслом, стали утверждать: раз вокруг чудес полно, то почему бы и не попытаться сотворить ещё одно чудо? Ну, там напрячься как-то, настроить себя должным образом, войти в транс – и всё-таки выдавить у себя из пальца язычок пламени.

Желание есть, время тоже. И пленница приступила к попыткам.

Ничего не вышло. Зато съела бублик, и за стенками чума рассвело окончательно. Внутри тоже повис кое-как просматриваемый сумрак. Тут же в отдалении раздался голос того самого старика с палкой:

– Пошла, пошла, соня! Пора за работу! – Это он отводил одну из рабынь к столу.

Жармин испугалась за свой талисман и стала дёргаться, будя его и приговаривая:

– Аффак! Тебе надо спрятаться! Сюда идёт чужой, очень плохой человек!

Ящер поднял голову, лизнул хозяйку в нос своим длинным языком и нехотя стал сползать по шее, а напоследок, видимо в порыве ласки и особого расположения, аккуратно куснул женщину за мочку уха. Затем проворно метнулся к горе шкур, и скрылся между ними.

И только после этого Черновой в голову ударило озарение:

«Зубы! Какие у него острые зубы! Да Аффак шутя перегрызёт эту проклятую шелковую верёвку! Почему же я раньше не сообразила-то? Или он бы меня не понял? У-у-у-у! Пока вновь не попробую с ним говорить, не узнаю!..»

А шаги надсмотрщика уже раздавались рядом с чумом. Потом и полог резко распахнулся, и старик попытался ткнуть палкой в шкуры на теле пленницы:

– Вставая, сучка! – Но она зряче сместила тело в сторону, и он рассмеялся: – А-а, не спишь уже? По работе соскучилась? И почему не кричишь, по нужде не просишься? Если прямо здесь нагадила, то я тебя…

Но, сдёрнув шкуры и не заметив ничего предосудительного, сразу успокоился. Проделал манипуляции с верёвками и повёл пленницу вначале «до ветру».

Затем старикан отвёл ее к столу, где уже от утреннего озноба содрогалась резко увеличившаяся компания женщин. Новенькими оказались сразу три молодые женщины из клана Рьяного Кабана. Того самого, который враждовал с родным для Зордевана и Сержа кланом Чёрного Сольера.

Сестра по клану смотрела на чужачек с подозрением и знакомиться с ними не спешила. Пришлось Жармин брать управление их маленьким коллективом в свои руки:

– Беда пришла на наши земли, и мы должны вновь стать единой семьёй! Иначе врага не уничтожить! Поэтому забываем обо всех распрях и даже кровных обидах и думаем, как отсюда сбежать! Но попутно ещё и навредить болотным шакалам. Вот, берите…

И она выложила на стол две полные горсти собранного возле отхожего места мха. Старик в тот момент на пленницу не смотрел, так что она не только в горсти мха насобирала, но и в карманы своей дохи напихала, и в голенища чуней. Потому что возле стола мха уже и не осталось толком. Вчера использовали, что достали, а остальной оказался безжалостно вытоптан ногами кочевников.

– Вы тоже все, как в сторонку отходить будете, старайтесь незаметно мха насобирать, – внушала она и остальным женщинам.

– А у меня пятна на руках в самом деле меньше стали, – не столько обрадовалась, как констатировала одна из женщин.

– И у меня! – вторило ей сразу несколько.

– Вот видите! И в этом нам польза…

Опять старались работать интенсивно и качественно. Благо, что исходного материала хватало, а заботливые тюремщики сразу два жбана поставили под готовые фильчики.

Но что заметил в себе Арис – всё-таки в теле женщины он до сих пор осознавал именно себя как мужчина – так это двукратно возросшее желание убивать. А то и троекратно! Теперь он только и думал, как быстрей убить деда с палкой, как ему той же палкой удачно проткнуть гортань вместе с мозгом. Это привело к мысли, что мужское сознание всё-таки более решительное, нахрапистое, прямолинейное и жаждущее лидерства.

Например, сегодня, в женской компании все его слушали крайне внимательно, сразу со всем соглашались, и буквально через час разговора готовы были к самым решительным действиям. Даже женщины из неприятельского клана соглашались на всё. Вплоть до того, чтобы ценой собственной жизни уничтожить старика, а там и всех остальных. Плохо было только одно: стол с навесом находился в пределах видимости одного из дозорных. И тому достаточно было только крикнуть своим товарищам, чтобы все они бросились на помощь надсмотрщику. Да и ошейники с цепями мешали невероятно.

Старик, пользуясь длиной цепей, не подходил слишком близко ко всей группе. Так что схватить его, придержать, а там и быстро нанести смертельный удар все посчитали невероятно сложным действом. И можно сказать, что в восемь голосов уговаривали Жармин не рисковать, пока не появится хоть какая-то уверенность или удобный случай.

Поэтому второй час работы, предшествующей завтраку, Жармин, используя уже знания двух аватаров, которые те получили в сумме за десять суток, попыталась выяснить всё о магии. И о той магии, которая им могла быть подвластна:

– Кто-нибудь из вас умеет извлекать из себя огонь?

Увы, никто не мог! Хотя две женщины могли с помощью телекинеза передвигать по столу совсем легкие предметы. Одна передвигала и даже приподнимала чуток фасолину, а вторая даже могла катить по столу две фильчики, то есть гораздо более утяжелённые фасолины. А пользы с этого какова? Так сообща и не смогли ничего придумать.

Ещё одна подруга по несчастью, из новеньких, обладала невероятно острым слухом. Именно она и определила место ворочающегося иногда дозорного, который просматривал стол с навесом. Она слышала каждое движение старика с палкой и шамана-колобка, улавливала почти все их разговоры. Как раз она и называлась слуховицей.

С этого могла быть только одна польза:

– Постарайся прислушиваться к каждому слову наших надсмотрщиков. Желательно выяснить всё о сегодняшних действиях банды и когда они вернутся. Попутно постарайся выяснить, чем силён этот уродливый шаман. Как бы он ни оказался нашей главной помехой к побегу. Тогда как мы сами, чтобы тебе не мешать в прослушивании, переходим на тихий шёпот. А если что особо интересным покажется, просто положи руку на стол. Это для нас всех знак «молчать!».