Возрождение ковчегов - Дженнифер Броуди

Моди неторопливо отпила из кружки.

– Но тебя не это заботит в первую очередь, да?

– А вдруг… – Он умолк, не в силах заставить себя сказать это вслух.

– …им ничего не удалось? – подсказала Моди.

Джона даже не пытался ничего отрицать.

– Да… именно так.

Моди уперла руки в бока и посмотрела на него сверху вниз.

– Ты мне это брось, Джона Джексон! Сколько тебя знаю – а знаю я тебя давненько, – ты никогда не опускал рук. Даже когда потерял Тессу. Даже когда патрульные бросили тебя в Тень. Даже когда отец Флавий пытал тебя и раскрыл правду о том, как убил твою жену. Сейчас мы как никогда близки к заветной мечте. Разве можно сдаваться?

– Да, да, ты права, – произнес Джона, однако сомнения никуда не делись. Они были как масляное пятно на комбинезоне, которое никак не выведешь.

Моди все поняла по лицу Джоны.

– Майра, Возиус и остальные ребята куда сильнее и находчивее самых ушлых изгоев. Попомни мое слово, они выжили и выбрались на Поверхность. И они найдут способ связаться с нами. Ну, за это выпьешь?

Сомнения все еще терзали Джону, однако он взял в руки кружку и отхлебнул из нее: за успех Майры и ее друзей выпить можно и даже нужно. Это было меньшее, что он мог сделать.

– За Майру Джексон, – сказала Моди, и они чокнулись.

* * *

Голова спьяну кружилась, и Джона кое-как забрался на свою среднюю койку. Давненько он не спал на ней: то в Доках пропадал, то в Больнице – навещая Рикарда. Но даже устроившись на мягком матрасе и положив голову на подушку – как же не хватало этих удобств! – Джона уснул не сразу. Кругом храпели подъемыши, которые после долгого веселья провалились в глубокий сон.

Джона и сам не знал, сколько пролежал так, не смыкая глаз, глядя на пружины койки сверху, когда зазвучало внезапное «би-ип!».

Джона резко сел. В секторе было темно, но он не сомневался: это прогудел сканер входной двери. Мятежники больше не пользовались коридорами, когда перемещались из сектора в сектор. А значит, добра не жди. Вслед за гудком послышалось шипение, а после – крики:

– Налет! – орал Прэтт. – Патрульные! Красные Плащи!

Патрульные ворвались в Инженерную, размахивая дубинками; тьму пронзали лучи их фонариков. Джона выбрался из постели и рухнул на пол, больно ударившись коленями. Кругом творилась полнейшая неразбериха, и первая мысль, промелькнувшая в голове, была: «Рикард».

Не обращая внимания на боль и лавируя между объятыми ужасом мятежниками, Джона бросился в сторону Больницы. Рикард лежал на койке, свернувшись калачиком, и стонал:

– Отец Флавий. – Взгляд его метался по сторонам. – Он пришел за мной.

– Да… но мы тебя не отдадим.

Джона закинул его руку себе на плечо и выдернул из постели. Обуянный страхом, Рикард повис на нем мертвым грузом.

– Слушай, мне нужна твоя помощь, – пропыхтел Джона. – Один я тебя не утащу. Ты слишком тяжелый.

Повисев еще немного на плечах Джоны, Рикард наконец встал на ноги. Доктор Вандер в сопровождении Моди металась по палатам, помогая пациентам.

– В чем дело? – тихо спросил Джона. – Как они сюда попали? Программисты же сменили коды.

– Ингрид и Лонни след простыл, – ответила Моди. – Должно быть, улизнули, пока мы праздновали. Бьюсь об заклад, это они нас предали.

– Говорил же, кодописцам нельзя верить.

Рикард застонал:

– Отец Флавий… дети демоса… их арестовали, пытали… программисты…

– Ну, значит, не по собственной воле предали, – кисло заметила Моди. – Наверное, отец Флавий арестовал детишек и мучил их, чтобы добраться до Ингрид и Лонни. А те не могли закрыть глаза на страдания коллег. Всякий цех – это прочные узы, тебе ли не знать.

Гнев Джоны немного унялся: он подумал о верных ему людях. Что, если бы Синод схватил и пытал инженерских детей? Как бы он сам тогда поступил?

Зазвенели дубинки – это Грили со своими Громилами встретил патрульных. В лучах фонариков замелькали багряные мантии: отец Флавий и его Красные Плащи прошествовали в Инженерную. На плечах они несли похоронные носилки. Едва заметив Моди, отец Флавий сделал жест своим подчиненным, и те перевернули их – на пол окровавленной грудой упало тело еще одного жреца. Побоями его лицо было изуродовано до неузнаваемости.

– Узрите, что бывает с еретиками вроде отца Терония, согрешившего против Морского Оракула! – прогремел отец Флавий. – Патрульные, пленных не брать!

Моди еле сдерживала слезы.

– Подъемыши, эвакуация! – закричала она мятежникам. – Уходим налегке, бросайте пожитки! Помогайте детям и старикам! Все за мной!

Затем она шепнула Джоне:

– Скорее, нужно пробираться в Доки. Грили со своим отрядом сдержат патрульных, но это не надолго. Врагов слишком много.

Они бросились в дальний конец сектора, где Стелла и Джинджер уже открыли люк в шахту вентиляции.

– Бегите в Доки, – шептала Джинджер мятежникам, когда те забирались в трубы. Больше всех перепугались самые младшие из детей. – Не бойтесь, малыши. Вспомните уроки экстренной эвакуации, мы же с вами все проходили.

– Тайные пути Майры Джексон укроют нас, – добавила Стелла, помогая маленькому мальчику, сынишке советника Сиболда. – Быстрее, беги в Доки.

Моди, проследив, как уходят ее люди, обнажила дубинку. Между патрульными и мятежниками завязался жестокий бой, однако повстанцы проигрывали. Вот Грили получил удар по голове и рухнул. С пола он так и не поднялся.

– Шеф, ты что? – Джона схватил Моди за руку. – Опасно! Тебе надо бежать, скорее. Ты же слышала: отец Флавий велел пленных не брать.

– Ни за что, – решительно ответила Моди. – Я своих в драке с этими скотами не брошу. Не побегу как трусиха.

Джона стиснул зубы и сам обнажил дубинку.

– Тогда и я останусь.

– Нет, ты пойдешь в Доки! Ты – единственный, кто знает об операции «Подъем» во всех деталях. Проследи, чтобы наши люди спаслись.

– Я хочу сражаться. Эти сволочи убили мою жену…

– Это приказ, – перебила Моди. – Ты слишком важен.

– Понял, шеф, – скрепя сердце сдался Джона.

Моди вскинула дубинку и побежала в гущу боя.

– За Поверхность! – прокричала она, кидаясь на патрульных. Одним ударом свалила сразу двоих: поверженные, они рухнули и задергались в конвульсиях. – Топи́ настоящих грешников!

Она прорубилась к Грили и помогла ему подняться: изгой встал на колени, из раны на лбу у него струилась кровь. Джона хотел остаться и посмотреть, чем кончится дело, но в голове у него снова прозвучал приказ: «Ты пойдешь в Доки… проследи, чтобы наши люди спаслись…»