Вирусапиенс - Сергей Гатаулин

«Может, прав Илья, и я действительно притягиваю неприятности?» – подумал, ощущая толчок в бок.

– Имитируют! – натужно улыбнулся генерал, изо всех сил стараясь демонстрировать спокойствие.

Звонок тренькнул ещё раз и заверещал, не переставая. Девушка, испуганно встрепенулась, бросилась из комнаты.

– Ей сообщать новости будем? – быстро спросил Медведев.

– У меня от неё никогда не было секретов! – нисколько не смущаясь, слукавил Юрий Николаевич. – Хотя какие тут секреты?

– Дмитрий! – донесся радостный крик из далёкой прихожей.

Предводители «великого заговора» вздрогнули, удивленно переглянулись и дружно устремились на счастливый голос.

– Ещё не вечер! – выдохнул Медведев на ходу.

– Согласен! – поддержал генерал, не отставая.

Волна горячего воздуха встретила спешащих заговорщиков на полпути. В длинном коридоре уже никого не было.

– Опоздали! – разочарованно произнёс Юрий Николаевич.

– Пока добежишь до двери – состаришься! – возмутился Медведев. – Скромнее нужно жить!

– Вас послушаешь, так лучше жить в однокомнатной квартире, – все рядом, все под рукой, – парировал генерал.

* * *

– Ну не обязательно впадать в крайности, – возмутился Жора, встряхивая друга за плечи. – Сколько можно слушать себя? Все! Я звоню профессору!

Бейрут безразлично пожал плечами и вновь отключился.

Уже сутки он лежал на диване, глядя в потолок. Впрочем, с таким же успехом он мог лицезреть бесконечность, скрывающуюся за бетонными перегородками многоэтажного дома: отсутствующий взгляд ничего не выражал.

– Нужно послушать себя! – заявил он, когда друзья вернулись от профессора домой. Сказал – и тут же провалился взглядом внутрь себя.

Оно и понятно, после бегства из жуткой лаборатории Жора тоже хотел поразмыслить: шутка ли, не каждый день удается побывать на столе патологоанатома и уйти на своих двоих.

Бейрут долго слушал организм, экспериментировал, привыкая к его новым возможностям: меняя химический состав, увеличивал скорость протекающих в теле процессов. Изменяя частоту сердечных сокращений, менял цикл кровообращения и температуру тела. Экспериментируя понял, что привычные человеческие рамки расширились в его нынешнем состоянии до такой степени… Впрочем, он так и не смог понять, до какой – не хватало духу дойти до предела. Что-то останавливало, не давая полностью реализовать все возможности.

Энергия бушевала повсюду – как вокруг него, так и внутри организма. Колоссальные запасы! Он видел её цвет, ощущал запах, пробовал на вкус, но как только пытался подчинить своей воле, она взбрыкивала, превращая маленькое человеческое тело в перегретый паровой котёл.

Он полностью перестроил органы восприятия. Цвет, температура, электромагнитные излучения, радиоволны, рентгеновские лучи – пожалуйста! Всё вижу, всё слышу и даже обоняю. Вывернул глаза наизнанку и попытался заглянуть внутрь себя – пожалуйста, опять получилось.

Когда увидел, как потоки крови мчатся к ухающему на весь организм насосу-сердцу, громко шурша о стенки кровеносных сосудов, – удивился.

Когда разглядел, как смешиваются химические элементы, обеспечивающие организм энергией и строительным материалом, как рождаются электрические импульсы, идущие от нервных окончаний в мозг и обратно, – успокоился.

Присмотревшись к работе системы в целом, понял, что человеческие органы функционально несовершенны и механически хрупки. «Неэффективно и примитивно! – подумал, но в тот же миг его озарила неожиданная мысль. – Стоп! Это же резервная система питания! Аварийное освещение!»

Всё как будто в полумраке. Везде идёт работа, направленная на элементарное поддержание жизнедеятельности. Как в телевизоре в режиме ожидания. Минимум процессов. Минимум энергии.

«И чего, интересно, ждём? Какой команды? – спросил себя Бейрут, продолжая фантастическое путешествие по организму. – Что это? Чёрт возьми! Сотни тысяч градусов в таком крошечном объёме! Зачем? И откуда энергия? Не могут химические же реакции создать такое?»

Внутри недовольно шевельнулся зверь, тело напряглось в ожидании удара. Завибрировало, превращаясь в сплошной комок боли.

– Не мешай, родимый, – попросил Бейрут. Представляя ворочающегося внутри котёнка, он ласково потрепал его за ухо и почесал шею под мордочкой.

– Ты, значит, и есть мой вирус. Хотя пока ещё и не сапиенс…

Недовольный зверь успокоился, болезненные ощущения отступили. При этом Бейрут внимательно следивший за всем организмом сразу и за каждым его органом в отдельности, зафиксировал произошедшие изменения до клетки – благо теперь ресурсов мозга хватало с запасом. Теперь он знал, где находится механизм отключения боли, понял принцип его работы.

Конечно, то, что он видел, трудно было назвать живым существом, однако представить одну из функций вируса в человеческом организме в виде зверя было нетрудно. Он обволакивал своим телом непонятный орган, назначения которого Бейрут не мог понять, не отодвинув в сторону несговорчивого охранника.

Темное пятно недовольно зашевелилось, как только хакер попытался рассмотреть маленькую область между спинным и головным мозгом. Едва заметная горящая точка призывно подмигивала, переливаясь всеми цветами радуги. Микроскопический насос сиял как звезда в ночи, перекачивая гигантские объемы энергии. Вот только откуда она берется и куда исчезает, он, как ни старался, понять не мог. И почему организм довольствуется крохами её, когда рядом бушует целый океан? Попробуй разберись!

«Набор химических элементов, – подумал Бейрут, разглядывая ворочающегося симбионта. – И это только часть вируса, внешняя оболочка – надстройка. Внутренняя, базовая структура должна быть в клетке, где-то на уровне ДНК. Может, даже в ней самой?» Забыв о времени, он разглядывал чужеродную биологическую организацию. В том, что она чужая, он не уже сомневался. Слишком велик запас прочности, слишком сложна структура. В хрупком человеческом теле она смотрелась как микросхема, встроенная в первый ламповый приемник.

«А что, если каждому элементу химического набора присвоить порядковый номер? – вдруг спросил себя хакер. – Оператор? Или команду?» Вопрос показался чрезвычайно важным, и он приступил к созданию внутреннего дешифратора. Вначале – просто нумеруя химические элементы и разглядывая получившиеся последовательность. Затем применил более сложные схемы, заменяя числа программным кодом. Через несколько часов вновь взглянул на получившуюся картинку со стороны и поразился.

– Программа! – завопил Бейрут, на секунду выныривая в реальный мир. – Навороченная программа! И её, как и любую другую, можно взломать!

– Всё! Я звоню профессору! – произнёс недовольный голос Жоры, и откуда-то из бесконечности появилось взволнованное лицо.