Вирусапиенс - Сергей Гатаулин

Медведев здесь, Медведев там, а помимо него еще целый выводок изменяющихся друзей, уже не людей, но еще не…

– ….останутся наши следы, – пропел мобильник в бесконечной дали, где-то на границе сна и яви.

С трудом разлепив тяжёлые ресницы, Медведев непонимающе уставился на электронного бодрячка.

– Я верю, друзья, караваны ракет… – попытался продолжить телефон, но профессор быстро заткнул ему глотку кнопкой включения связи.

– Алло! Кто это?

Трубка улыбнулась и негромко поинтересовалась голосом генерала:

– Тяжелая ночь, профессор?

Не дожидаясь ответа, Юрий Николаевич продолжил:

– Я в Москве! Вот только встретиться с вами пока не могу. Проблемки личного характера.

– Это я-то – проблемки? – взвизгнула трубка девчачьим голосом.

– Дочь волнуется, – смущённо прокомментировал Юрий Николаевич и неожиданно предложил: – А может, прямо ко мне?

– Диктуйте адрес, – согласился Медведев, зевнул и принялся кивать, с трудом сдерживая отяжелевшие ресницы. – Через час буду! – длинно потянулся – так, что затрещали кости, а в глазах закружился красный снегопад – и, откинув одеяло, бодро выскочил из теплой постели.

Сон почти прошел, но тело все еще не желало подчиняться, реагируя на команды мозга с явным запозданием. Пытаясь разогнать застоявшуюся кровь, Медведев приступил к несложной разминке.

– Раз, раз, раз!

Утренний душ, стакан крепкого зеленого чая, куртку на плечи – и он уже на улице, радуется морозной свежести раннего утра. И не беда, что машину за ночь занесло по самую крышу – откопаем. Быстро и энергично:

– Рр-а-з, раз, раз!

Вот теперь-то ощущение тяжести в теле точно улетучилось, осталась только жажда действий.

– Рр-а-з, раз, раз!

Сзади мелькнула одинокая фигура, но изображающий снегоуборочную машину профессор не обратил на нее никакого внимания. Он слишком увлекся, и не обернулся даже тогда, когда странный, дергающийся и расплывающийся в воздухе силуэт возник прямо за его спиной.

– Не старайтесь так! – произнёс хриплый голос Коваля, и только тогда профессор попытался оглянуться. Попытался, но не успел.

Воздух озарился яркой вспышкой, что-то затрещало над головой, и мощный удар отправил Медведева в длительный нокаут.

* * *

– Чёрт! Как череп болит! Молотком, что ли, били?

Сквозь шум в ушах и боль в голове просочился знакомый женский голос, возвращая дисквалифицированного телохранителя к неприятной действительности.

– Медведь, может зря мы его так нецивилизованно?

В голове возник образ зеленоглазой, пламенно-рыжей незнакомки, прижимающей к груди узкую, почти прозрачную руку с длинными тонкими пальцами.

– Нецивилизованно! Галчонок, сколько раз тебе повторять? Мы не имеем права рисковать! – откликнувшийся мужчина захрипел, надрывно закашлялся.

Анатолий с трудом разодрал тяжелые, налитые свинцом веки. Взгляд, упорно не желающий фокусироваться на окружающих предметах, выдавал лишь размазанную картинку: плывущие кляксы и неясные силуэты.

– Где я? – спросил он невидимых собеседников. Попытка разглядеть мир наконец-то удалась: слепой прозрел. Оглядев мрачную бетонную коробку, безрадостно вздохнул.

Покрытые зеленой плесенью стены длинного, уходящего в бесконечность коридора, освещенного тусклыми лампами, безудержно рыдали. Горячий пар подземного коллектора оседал на них крупными каплями, сталкиваясь с холодными потоками воздуха, проникающими через маленькие отдушины в потолке. Через них же в мрачные подземные лабиринты робко заглядывало безрадостное, холодное небо, точнее, маленькие кусочки его. Трубы справа, трубы слева, а под ногами противно хлюпает вода.

– Где я? И кто вы? – прошептал Анатолий, морщась и сжимая ладонями пульсирующие болью виски.

Время, до этого едва ползущее, вдруг взбрыкнуло и уверенным бодрым шагом двинулось вперед. Сознание полностью очистилось от дурмана, сковывающего тело, картинка перед глазами мгновенно прояснилась.

Девушка, так естественно сыгравшая роль беспомощного создания, с нескрываемым интересом рассматривала Анатолия.

– На живца ловите? – хищно улыбнулся он, и когда девица метнулась к нему, перехватил приближающуюся руку. Шприц, зажатый в ладони, выскользнул и, громко булькнув, исчез в мутной жиже под ногами.

– Мне больно! – воскликнула очаровательная приманка, испуганно оглядываясь в поисках поддержки.

Мужчина, прятавшийся за трубами в углу, зашелся в кашле.

– Медведь, помоги! – умоляюще протянула обладательница роскошной рыжей шевелюры. И тот, кого девица называла Медведь, дернулся навстречу кулаку Анатолия. Встретившись с костистым неприятелем, небритая физиономия ойкнула, и ее обладатель успокоился на одной из труб. Анатолий ударил добротно, но не злобно, вложив в удар ровно столько силы, сколько нужно было для того, чтобы оглушить противника. Однако Медведь, не уступающий молодому человеку в росте, оказался на редкость слабым и надолго погрузился в бессознательную дрёму. Потёртая кожаная шапка слетела с его головы.

– Профессор? – широко распахнув глаза, Анатолий всматривался в знакомое лицо.

Девица, получив временную свободу, потянулась к поясу, но Анатолий вновь перехватил её руку.

– Галочка! – подчеркнуто вежливо произнес он. – Я по вашей терминологии – разумчек. Со мной лучше договариваться, чем воевать.

Вспоминая сиреневоштанного тюремщика, он ощупал ухо и с удивлением обнаружил, что плейт исчез, только там, где ушная раковина переходит в слуховой канал, появилась небольшая опухоль.

– Что это? – прорычал он, надавливая на мягкую шишку. – И где плейт?

Девушка попыталась вырваться, но Анатолий лишь сильнее сжал ее запястье и она успокоилась.

Сжатые алые губки, зеленые глаза – Анатолий вдруг понял, что хорошо знает это лицо.

– Вы не очень-то похожи на замороченного плейтом творчека, – Галочка прищурилась. Свободной рукой коснулась уха телохранителя и быстро нашла припухшую выпуклость. Сморщила лоб и совсем по детски надула губы, благодаря чему стала похожа на маленькую испуганную девочку. – Зачем вам гипноиндуктор?

– Без этой игрушки в ваших краях полиция достает, – пояснил Анатолий, отпуская тонкие руки знакомой незнакомки.

Сзади – там, где пребывал «Медведь в отключке» – послышался осторожный шорох.

«Пробудился хищник, – решил Анатолий, стараясь не выказывать своей готовности к бою. – Попробует или нет?»

– Кха! – невидимый Медведь вытолкнул воздух, и в поле зрения напрягшегося телохранителя возник квадратный башмак.