Скажи машине «спокойной ночи» - Кэти Уильямс

Перл отошла назад в тень и, засунув руку в карман, выключила свой экран. Через мгновение Эллиот вздрогнул, и Перл почувствовала небольшое удовлетворение, когда поняла, что ее зеленая линия исчезла. Он пробормотал в экран несколько команд, но они не сработали. Он развернулся и ушел. Как только он исчез из поля зрения, Перл выскользнула из пекарни и поспешила вниз по улице в противоположном направлении, все так же сжимая в руке корпус Apricity. Машина казалась кирпичом, который она могла бросить в окно.

– Папа звонил! – раздался в коридоре крик Ретта, когда Перл закрыла за собой дверь.

Она просунула голову в его спальню. Он стоял босиком, с растрепанными волосами посреди комнаты и держал в руке маску виртуальной реальности и перчатки. Должно быть, играл в игру.

– Как там Джосайя? – спросила она.

– Уже ниже, чем Рози, – ухмыльнулся Ретт. – И их обоих это огорчает. Ты слышала, что звонил папа? Вообще-то дважды. У тебя экран выключился или что?

Она похлопала по карману пиджака, где лежала пустая Apricity.

– Наверное.

– Он хотел узнать, дома ли ты.

– Что ты ему сказал?

– Что тебя нет. – Ретт подозрительно посмотрел на нее.

– Ну, теперь я здесь. – Она потянулась и взъерошила ему волосы, зная, что это заставит его пригнуться. – Можешь играть дальше. Я позвоню твоему отцу.

Он понаблюдал за ней еще секунду, затем пожал плечами и снова надел маску.

Вместо того чтобы звонить Эллиоту, Перл просто включила свой экран, чтобы в его приложении для отслеживания снова загорелась зеленая линия. Как и следовало ожидать, через полчаса СУД объявила о его появлении в коридоре. Когда он вошел, Перл сидела посреди кровати, держа пустую Apricity на ладони. Она подняла машину на уровень глаз и внимательно осмотрела ее. По шву не было никаких царапин. У того, кто открыл корпус, наверняка были надлежащие инструменты.

– Ты нашла ее! – раздался голос Эллиота, который стоял прямо возле двери ее спальни, держась пальцами за косяк и осторожно наступая на порог, как будто следовал какому-то выдуманному ритуалу. – Видишь? Я же говорил, что ты вернешь ее!

– Твой оптимизм снова берет верх, Эл.

Он посмотрел на нее, слегка нахмурив брови, и тихо сказал:

– Неужели?

Перл повернулась и пристроила машину на тумбочке.

– Ретт спит, – сказал Эллиот. – Его дверь закрыта.

– Он играет в ВР-игру.

– Это то же самое. Для мира он мертв.

Она перевела взгляд на него.

– Я не имел в виду… – Он не стал снова произносить слово «мертв». – В смысле, раз уж ты не хочешь, чтобы он знал о… – Он также не сказал «нас».

– Все в порядке, Эл.

Эллиот провел рукой по волосам от затылка до макушки. Он делал так и раньше, когда они были моложе, а его волосы были длиннее и гуще и торчали во все стороны, как у сумасшедшего ученого. Он выглядел как Ретт. И, по правде говоря, Ретт был вылитый Эллиот. Это одна из самых несправедливых вещей в жизни – когда твой ребенок выглядит как твой бывший муж.

– Можно я?.. – Эллиот указал на кровать.

Перл немного подумала, затем кивнула. Он подошел и сел на самом краю матраца. Через мгновение он дернул подбородком в сторону подушки рядом с ней.

– Можно я?..

Она фыркнула. Он неисправим.

– Почему нет…

Эллиот устроился рядом с Перл, но держал руки на животе и не прикасался к ней. Они лежали параллельно друг другу и молчали, пока Перл не открыла глаза и не поняла, что заснула. Глаза лежавшего рядом Эллиота были закрыты, дыхание было ровным.

– СУД, – пробормотала она, – выключи свет.

Стало темно.

– У меня был тяжелый период, – сказал Эллиот.

– Я знаю.

– Да?

Перл протянула руку и положила ему на грудь. Он вздохнул. Ее рука приподнялась и упала в такт его дыханию.

Она уже почти спала, когда услышала, как он сказал:

– Я рад, что ты нашла свою машину.

Она проснулась, лежа на спине, на потолке играл утренний свет.

«Он ушел», – сказала Перл машине, даже не поворачивая голову и не протягивая руку к другой стороне матраца, чтобы узнать это наверняка.

«Все в порядке», – сказала она машине. Она подумала и решила, что так оно и есть.

Утром был сплошной хаос. Перл не поставила будильник и поэтому проснулась поздно. Она попыталась снова сказаться больной, но Картер сказал: «Исключено». Они уже и так слишком долго искали кого-то, кто мог бы заменить Каллу Пэкс. Поэтому Перл приняла душ, оделась и, войдя на кухню, увидела сидящее в центре стола существо. Одна из химер Эллиота – рогатая, крылатая и многоглазая.

«Как думаешь, что это может быть?» – спросила она у машины.

Машина не ответила.

Перл оставила химеру рядом с солонкой.

Пока готовился кофе, Перл смирилась со своим опозданием. Нежно растолкав Ретта, она попрощалась с ним и положила пустой корпус Apricity в карман своего пальто, чувствуя себя почти такой же пустой.

В поезде метро ее внимание привлекла рука, обхватившая поручень перед ней. На указательном пальце отсутствовала верхняя фаланга, второй сустав заканчивался гладким утолщением. Перл подняла глаза и посмотрела мужчине в лицо. Она его знала. Она не могла вспомнить его имя, но вспомнила его план удовлетворения. «Стол у окна, мандарины, кончик пальца, – перечислила она машине. – Вот что ты ему посоветовала».

Должно быть, он почувствовал ее взгляд, потому что посмотрел вниз.

– Доброе утро, – сказал он, затем задумался и добавил: – Я вас знаю?

– Перл, – сказала она. Ей не разрешалось упоминать оценку от Apricity – только не в переполненном поезде. – Мы встречались по работе.

– Хм-м-м. – Он кивнул, но она не могла сказать, узнал он ее или нет. – Мелвин.

– Как дела? – спросила она, стараясь не смотреть на его палец.

– О, хорошо. Да. Живу потихоньку. Как у всех. – Он склонил голову. – А у вас?

– Да, – сказала она.

– Да?

– Живу потихоньку.

Он улыбнулся. Поезд замедлился и остановился.

– Моя остановка, – сказал он. – Был рад снова повидаться.

Он протянул руку, и они обменялись коротким рукопожатием. Перл ждала прикосновения отсутствующей фаланги к ладони. Не дождалась.

Она вошла в офис с пустым корпусом в руке, готовая явиться с повинной, но Картер уже ждал ее у лифтов.

– Отложи-ка это, – сказал он, подталкивая ее к конференц-залу. – Сегодня твоими делами займется Иззи.