Охотник. Чужой - Евгений Щепетнов

Когда наконец оторвался от лечения и посмотрел на ногу – она уже не была черно-синей. Края раны красные, воспаленные, но гной уже не вытекал, и лицо больного стало бледным, а не багровым, как раньше. Теперь можно взяться и за наконечник.

Олег взял куски шнура, перетянул ногу купца выше раны. Долго держать жгут нельзя, но Олег и не собирался. Ему нужно только выдернуть из кости стальную гадость.

Рассек мышцы, отодвинул в стороны, обнажая кость с наконечником, внимательно осмотрел это место. Помедлил немного, вздохнул, взялся за молоток и долото, предварительно хорошенько вымоченные в спирте. Хотя при наличии способности уничтожать заразу это действие не было очень уж обязательным. Но по-иному Олег не мог – многолетняя привычка врача держать все инструменты продезинфицированными была выше новоприобретенных знаний.

Удар! Еще удар!

Кость треснула, расщепилась.

Взялся за щипцы, попробовал уцепиться за наконечник – не получается!

Удар! Удар! Удар!

Шлеп! Кто-то упал за спиной! То ли Марго, то ли снова ее мать, а может, кто-нибудь из рабынь, стоящих на подхвате. Но эти – вряд ли. Они такого насмотрелись, что какая-то там оголенная кость и кромсающее ее долото для них как кучка дерьма под ногами гребца. Неприятно, но обычно, и ничего страшного. Уж чего-чего, а оголенных костей, разрубленных людей и насилуемых на палубе женщин они, вероятно, насмотрелись выше крыши.

Есть! Готово!

Наконец наконечник поддался и выскочил, со звоном шлепнувшись на пол.

Так вот почему он не вылезал – когда ударился в кость, его узкое острое жало согнулось, наподобие рыболовного крючка, и выдрать его можно было исключительно с долотом и молотком!

Мерзкая штука! Того, кто это придумал, надо подвесить за ноги, пока не сдохнет! Или расстрелять этими же стрелами.

Кстати, ко всему прочему, наконечник полый – вон у него дырка на боку. И вполне вероятно, что стрелу с этим наконечником могли поставить в горшочек с дерьмом и оставить на солнцепеке. Олег читал о таких «милых» штучках в древние века. Вроде как скифы забавлялись таким образом, отравляя свои стрелы. А что – даже если ранение легкое, разовьется заражение организма, лихорадка, и как следствие – смерть. Или же отрежут конечность. В те времена понятия не имели о гуманности и снисходительности к врагу. Все, что приводит к победе, – в порядке вещей, любой способ умерщвления врага, даже самый жестокий и экзотичный.

Кость в месте ранения была сломана, но это ерунда, если рядом имеется лекарь, способный силой мысли заживлять раны. Такой, как Олег, к примеру.

Зашить рану не так уж и долго. И вот уже вместо зияющего отверстия грубые стежки суровой ниткой, вымоченной в спирте.

Снял жгуты, тут же из раны начала сочиться кровь – красная, густая, как вишневый сироп. Теперь сделать главное.

– Оботрите его! Хорошенько вытрите!

Несколько женских рук заработали тряпками, стирая гной, сукровицу, кровь, пот, все, что выделилось из купца за время начального лечения. На обработку ушло минут пятнадцать, не меньше – после протирания мокрыми тряпками пришло время спирта. И когда закончили обработку спиртом, Олег вздохнул, снял штаны, и в одних трусах полез на больного, резко пахнущего болезнью и спиртом, которого помощницы не жалели. Благо, что у лекаря в каюте стоял небольшой бочонок в запасе.

Олег так и не понял – зачем этому лекарю нужно было столько спирта. Скорее всего, для изготовления снадобий, но возможно, что тот был еще и любителем заложить за воротник. Ведь, строго говоря, это был вовсе не спирт, а крепкое вино многократной перегонки. Наконец улегся, с содроганием, морщась и раздумывая о том – видел бы его кто-нибудь из сокурсников. Вот было бы разговоров! Брр… рассказывай потом, что это лечение такое! Тьфу!

Медленно растаяли мышцы, оставив висеть в воздухе сеть сосудов и нервов. В первую очередь нужно было срастить их. Те места, где сосуды были порваны, буквально светились красным светом, как если бы в этом месте стояли лампочки-датчики. На сращивание концов сосудов ушло минут пятнадцать, не меньше. А может, и больше – в виртуальном пространстве время не имеет значения. Нервы срастались еще дольше.

Разорванные и разрезанные мышцы медленно прорастали новыми волокнами, стягивались, омываемые потоками свежей, здоровой крови.

Закончив с главным делом, Олег просмотрел остальные органы на предмет деформации и болезни, ничего особого не обнаружил – кроме пары кариесных зубов, которые походя залечил, будто всю жизнь этим только и занимался. Если не считать ран, полученных от пиратов, купец был просто-таки бесстыдно здоров.

Теперь нужно было поймать его душу. И Олег чувствовал, что это будет совсем не просто. Если человек уже решил, что умрет, что жить ему остались считаные часы, а муки болезни невероятно велики, – душа с радостью покинет свой «сосуд» и отправится в «диспетчерскую» для нового распределения. Что, скорее всего, сейчас и произошло.

Олегу пришлось заниматься поиском мятежной души довольно-таки долго, и когда он обнаружил ее, яростно двигающую крыльями и хохочущую, как выкрашенный белой краской демон, то тут же настиг беглянку и уцепил ее (его!) за шевелюру пышных волос – такую же, как у хозяина души:

– Стоять! Назад!

– Да пошел ты!

Бам!

Удар был настолько сильным и неожиданным, что Олег не смог отреагировать и полетел вниз, беспомощно раскинув крылья. С минуту падал, пока не опомнился, и снова метнулся за беглецом. Молнией метнулся вперед, обогнав объект нападения, и, раскинув руки, встал перед ним, будто намеревался поймать сущность в распростертые объятия.

– Ну и чего ты тут встал?! – возмутился медведеобразный объект. – Уйди с дороги!

– В тело лети! Возвращайся!

– Не хочу! И не заставляй, а то сейчас еще получишь по башке! Я тебе должен, да – ты спас моих девчонок, но все равно получишь по башке! Я не терплю противоречащих мне! Сказал не пойду – значит, не пойду! И все тут!

– А сам по башке получить не хочешь? Не забывай, что ты – всего лишь душа, а я – волшебник!

Олег быстро превратился в подобие Майка Тайсона и, подлетев к купцу, нанес тому такой великолепный прямой удар в челюсть, что готов был поклясться – слышал, как эта самая челюсть хрустнула. Душа купца сложила крылья и закувыркалась вниз так стремительно, что Олег даже слегка напугался – вдруг совсем прибил? Вот этого только не хватало!

Но нет – купец вяло трепыхнулся, раскрыл крылья и медленно, криво полетел вперед, туда, где в темном небе светилось что-то вроде луны. Видимо, пункт назначения всех душ, распределительный лагерь.

Олег опять догнал душу, залетел вперед и завис, не давая улетать.

– Ну что ты ко мне пристал?! – Душа буквально взмолилась, и Олегу послышались плаксивые нотки. – Все, что я мог сделать, – сделал! Три дочери – есть! Денег им заработал! С голоду точно не умрут – денег хватит и их детям! Могу я спокойно отправиться на тот свет?! Ну что ты пристал, как соломина к заднице гулящей девки?! Отстань, проклятый!