Охотник. Чужой - Евгений Щепетнов

Хм-м… но не отвратительнее, чем инвалидная коляска, чем запах спирта, когда в тебя втыкают иглу шприца. Не страшнее ситуации, когда даже поход в туалет становится испытанием. Так что нечего тут ныть, нечего психовать – в столицу, так в столицу!

– Долго ехать до столицы?

– Какой именно?

– Ну, в какую мы едем, черт вас задери!

– Столицу Кайлара. Теперь – столицу провинции Кайлар. Неделю. Если в день будем проходить по шестьдесят ли.

– Сестричка, хватит дурью маяться! Знаешь ведь, что шестьдесят ли – это много. Пятьдесят, самое большее, иначе лошадей загубим. Да и сами враскоряку будем ходить. У меня тоже задница от скачки болит. Пятьдесят ли – как раз то расстояние, на котором находятся гостиницы. Ночуем там, и…

– Болван! А если пустят по нашему следу гонцов? И возьмут нас тепленьких прямо в гостинице?!

– Это ты дура! Сама сказала – кто знает, что мы там были?! Кого возьмут?! Муж с женой едут по своим делам в столицу, с ними брат жены! Кто кого возьмет?! В первом же крупном селе пойдете и обвенчаетесь! И будете ехать уже как муж и жена! Кольца в храме купите, и все такое прочее! Граберскую одежду – в сумки! Перед тем как войти в село – переоденемся. Если и будут искать, то граберов, и уж точно не парочку молодоженов!

– А разве для этого нужно венчаться? – хмыкнул Олег – Просто изобразить из себя молодоженов, и все…

– А если зеланцы проверят брайды? У патрулей амулеты считывания! И кстати, когда ты женишься на ней – сразу сменишь имя. Это позволяется. Ты ведь будешь аристократом! Весь смысл в том и заключается – ты станешь Амстаром Мароном Фольга! Аристократом девятого ранга! Имя тебе другое поставим! И в брайде все поменяется! Ты ведь примешь имя жены, как и положено, когда простолюдин женится на аристократке. Большое поглощает малое. Понятно? Ты скроешься под статусом аристократа. И опять же, вспомни, о чем мы говорили – тебя не смогут судить местным судом – только императорским! Так что вначале вы идете в храм под венец, ты меняешь имя, и дальше мы путешествуем как одна счастливая семья!

– И только смерть разлучит нас! – растерянно бросил Олег и удостоился двух косых взглядов с обеих сторон дороги. Его не оставляло чувство, что он всего лишь щепка, которую несет бурный поток. Пыжится, думает, что чем-то управляет, а на самом деле решают за него, думают за него и даже делают за него. Он всего лишь сутки или чуть больше в чужом мире, а уже его окрутили и заставляют жениться! Это как так случилось?! В голове не укладывается. Безумие. Или сон?

– Смерть? – хмыкнула Севия и пожала плечами. – Нет уж, смерть в мои ближайшие планы не входит. А ты имеешь право делать все, что угодно, когда выполнишь наш договор!

– А я имею право расторгнуть брак? Здесь вообще браки можно как-то расторгнуть? – Олег постарался, чтобы голос его не дрогнул. А правда, если этот брак до конца жизни, и он никогда не сможет пожениться с той, которую полюбит?! Если это навсегда?!

И что тогда делать?! Всю жизнь ходить под чужим именем?! Тьфу! Под каким – «чужим»! Он и так под чужим именем, не тем, которым его нарекли после рождения! Сергар Семиг – это не его имя! Не его, но… Все равно как-то неудобно перед владельцем тела. Бывшим владельцем тела! Тот передал Олегу свое главное сокровище в целости, сохранности, да еще и со специальными умениями! А он что дал Семигу? Убогое тело в инвалидной коляске, да еще и при смерти?! А потом взял да и сменил имя! А может, это имя только и осталось у Семига! Может, это память о его предках! Неудобно получается, точно…

– Аристократ может расторгнуть брак, если обратится с заявлением к высшему жрецу и обоснует свое заявление кругленькой суммой. Ах да! Та, с кем он захочет расторгнуть брак, должна быть явно скомпрометирована ненадлежащим, недостойным аристократа поведением или же просто дает согласие на расторжение брака. Ну, вот надоели друг другу, да и разошлись! Бывает, да. Некоторые аристократы женились раз по десять. Правда, я не знаю, зачем это было нужно. Если уж так любишь разнообразие, так возьми себе любовницу, две, три, пять! Зачем же на них жениться?!

– Согласен! – кивнул Савах. – У папеньки было пять любовниц и семь наложниц. И что теперь – он должен был на всех жениться? Пользовал себе потихоньку. И правильно делал. Чего уж себе отказывать, если есть такая возможность? Так что… вот так!

– Если все-таки меня поймают, когда я буду уже аристократом, – что мне грозит? Вы же говорили – какие-то страшные кары за применение магии!

– Тебе могут отрубить голову, – не задумываясь ответила Севия. – Но только по приговору имперского суда! А вообще – на усмотрение императора Зелана. Вернее – Императора. Он ведь теперь у нас один, император-то. Но я сомневаюсь, что нас поймают. Мы поедем не прямиком в столицу, а немного в обход. Путь будет подольше, дня на три, но зато малым трактом, и там вряд ли нас будут искать. Тебя искать! Так что все будет в порядке.

– И когда это село? Ну… с храмом? – Олег вдруг с удивлением почувствовал, как у него забилось сердце – не каждый раз ведь женишься на молоденькой шестнадцатилетней девице! Впрочем, по ощущениям, по разговору, по всем статьям – Севия никак не тянула на шестнадцатилетнюю дурочку. Двадцать пять лет, не меньше! А то и тридцать! В общем – Олегова ровесница, если судить по жизненному опыту.

М-да… невеста, понимаешь ли! Хм-м… а что – рожица ангельская, просто-таки модельная, фигурка ладная (правда – неизвестно, что там у нее под одеждой, может, ноги кривые, сисек нет или задница отвисшая). Умненькая, да! Чем не невеста? А то, что любви нет, так, может, это и лучше? Браки по расчету – они самые крепкие. Читал где-то в Сети. Те, что по любви, быстро разлетаются, не выдержав испытания шалашом или наоборот – дворцами. А вот те, что сошлись с пониманием того, зачем они вместе, – годами живут-поживают, добра наживают. А любовь… это штука иллюзорная, и ее в карман не положишь. В отличие от толстого бумажника. Или кошеля с золотыми монетами. Это уж – где как… в каком мире.

К селу выехали уже засветло, когда спать хотелось до невозможности – в глаза хоть спички вставляй. Спозаранок въезжать в деревню не стали, решили дождаться, пока солнце окончательно не встанет над горизонтом. Все равно храм с утра будет занят прихожанами, решившими просить милости у Создателя и второстепенных богов, коих тут оказалась целая куча, начиная с богини любви и заканчивая богом смерти, повелителем подземного царства. Эдакая смесь христианства и языческого верования. «Религиозный синкретизм» – так это назвала бы мама, учительница русского языка и литературы.

Часа два спали в лесу, на подстилке из опавших сосновых иголок, нежась на утреннем солнце, а когда совсем уже припекло, поймали стреноженных лошадей, оседлали их, переоделись в цивильную одежду и поехали в деревню, надеясь на удачу и готовясь к любой возможной неприятности. Что в их положении совсем даже было нелишне.