Чудо-Женщина. Вестница войны - Ли Бардуго

Глаза Алии шевелились под веками. Может, стоит ее разбудить? Похоже, ей снилось что-то неприятное. Она наморщила лоб и вцепилась покрепче в одну из папок, которые держала в руках.

Проект «Младшая». Так называлось исследование, которое родители Алии проводили над ее кровью. Основными источниками информации были для них документы и артефакты, которые передавались по наследству в роду Кералисов, семейные предания и работа частных детективов, которых они нанимали для поиска других потомков Елены. В папках были фотографии с частных археологических раскопок, которые они спонсировали ради возможности изучить места древних сражений, и снимки из морских экспедиций от побережья Египта до глубин Черного моря. Они основали внутри «Кералис Лэбс» секретное подразделение, которое занималось археогенетикой, и хотя свои исследования они начали в надежде найти решение проблемы с Вестницами войны, из документов было понятно, что их привлекали возможности, которые открывала не только кровь Алии, но и ДНК – или древняя ДНК – героев и чудовищ, в существование которых им со временем пришлось поверить.

Диана прокручивала на ноутбуке страницу за страницей. Ей потребовалось время, чтобы привыкнуть к такому способу чтения, и пальцам все еще не хватало ощущения бумаги, но ее разум с жадностью поглощал информацию на экране. Одно за другим перед глазами возникали изображения с подписями: Ахилл и его знаменитый щит, Гектор, вручающий меч Аяксу. Эней. Одиссей. Братья Елены, легендарные Диоскуры. Но были и другие изображения, иллюстрации и схемы, от которых по спине у нее пробежал холодок. Минотавр с огромными бычьими рогами посреди лабиринта в Кноссе; царица Ламия – морское чудовище, поедающее детей; шестиглавая Сцилла с тройными рядами акульих зубов; великаны-людоеды из Ламоса; огнедышащая химера. Похоже, Кералисы играли с огнем. Документы внушали тревогу сами по себе, но пробелы в тексте и отсутствующие страницы беспокоили Диану не меньше.

Сейчас перед ней было развернутое на весь экран изображение Ехидны, матери чудовищ, полуженщины, полузмеи. Картинку сопровождали обстоятельные комментарии об извлечении ДНК и перспективах ее использования в генной терапии; приводился также список мест, где могла располагаться пещера Ехидны, в которой она, по преданию, умерла. Диана содрогнулась. «Неудивительно, что мне снились кошмары».

Из хвоста самолета вернулся Джейсон. Даже в джинсах и футболке он умудрялся выглядеть так же собранно, как в костюме. Он достал из бара две бутылки воды и предложил одну ей, потом сел через проход от нее и наклонился вперед, оперев локти на колени.

Заговорил он, не глядя в ее сторону.

– Я должен перед тобой извиниться. – Он покрутил в руках бутылку воды. – Ты рисковала жизнью, чтобы спасти Алию. Всех нас. Если бы не ты, мы бы не выбрались из музея живыми. – Он помедлил, глубоко вздохнул. – И, наверное, стоит извиниться за то, что я вообще потащил ее на вечеринку. Я пытаюсь защитить Алию. Я пытаюсь защитить имя Кералисов. Кажется, и то, и другое у меня получается так себе.

– Ты очень стараешься.

К ее удивлению, его губ коснулась слабая улыбка.

– Вот это похвала.

Диана не удержалась и тоже улыбнулась.

– Прости. Постоянно забываю, как у вас принято друг с другом сюсюкаться.

Джейсон фыркнул, но тут же замолчал: Алия заворочалась во сне.

– Я бы не назвал это сюсюканьем.

– Ты совершил ошибку. Ты ее признал. Я это уважаю. Попытки приуменьшить последствия твоих решений были бы ложью, которая принесла бы еще больше вреда.

Он откинулся на спинку кресла и искоса глянул на нее.

– Ты права. Я просто не привык… к такой прямолинейности.

Диана вспомнила, как Ним описывала Джейсона.

– Потому что ты богат и привлекателен?

На этот раз он улыбнулся своей поразительной улыбкой с ямочкой.

– Именно. – Он махнул рукой на открытый ноутбук рядом с Дианой. – Родители вырастили меня на этих мифах. И думал я о них как о мифах. Сказках о богах, чудищах и героях.

– Героях?

– Тесей…

– Похититель.

– Геркулес…

– Вор.

Джейсон вскинул брови.

– Ну, ты понимаешь, о чем я. В книгах они герои.

– Мне кажется, мы росли на разных сказках.

– Может быть. Когда я стал старше, я забыл эти истории и перешел на комиксы. Те, в которых надевают костюм супергероя и спасают принцессу.

– Какую принцессу?

– Ну, девушку. В таких историях всегда есть девушка.

Диана фыркнула.

– Мы определенно росли на разных сказках.

И снова эта усмешка.

– У тебя была любимая сказка? – спросил он.

– Разве что легенда об Ацимех, двойной звезде.

– Я такой не знаю.

– Она не очень интересная. – Это была неправда, но рассказывать ей не хотелось. – Есть еще одна история, которая мне нравилась. История об острове, – сказала она осторожно, – который боги подарили любимым воинам и которого никогда не коснется кровопролитие. Мне нравилась эта история.

– Ну, вот это определенно вымысел.

И снова этот самодовольный тон. Она ощетинилась.

– Почему это?

– Потому что никто не в силах навсегда остановить войну. Она неизбежна.

– В твоем мире – возможно.

– В любом мире. Дело не в войне, а в том, во что ее превратило человечество.

Диана скрестила руки на груди.

– По-моему, все войны выглядят одинаково для тех, кто в них умирает.

– Но в наше время умереть в войне гораздо проще, правда? – Он снова кивнул на ноутбук. – В старых легендах война – это герой, который выезжает на поле боя с мечом в руке. Это чудовище, которое необходимо победить. А что теперь? Теперь это даже не генерал, командующий армиями. Это беспилотники, запасы ядерного оружия, удары авиации. Достаточно нажать на кнопку, чтобы целая деревня просто исчезла с лица Земли.

Диана знала, о чем он говорит и какие ужасы скрываются за этими словами. Ей подробно рассказывали обо всех изобретенных смертными способах уничтожать друг друга.

– Ты немного напоминаешь мою мать, – признала Диана. – Она говорит, люди обесценивают жизнь.

– И смерть.

– Ты боишься смерти? – спросила Диана с любопытством.

– Нет. Если я умру достойно. Если я умру за что-то, во что верю. Мои родители… – Он задумался. – «Кералис Лэбс» – не только их наследие. Пока живет Фонд, живут их имена и они сами.

Джейсон действительно проникся старыми легендами и преданиями. Именно так древние греки воспринимали загробную жизнь.

– Когда тебя помнят – это тоже своего рода бессмертие.