Фатальное колесо. Третий не лишний - Виктор Сиголаев

– Это, конечно, жутко занимательно, только…

– А потом я через стройку нашла отца. Благодаря тебе, помнишь?

– У меня сейчас тушь потечет…

– …Он там прямо и живет. На стройке, в вагончике. Как бомж. Сначала я не поняла почему, а потом папа признался, что его ищут какие-то бандиты. А на биостанции ему спокойней, там черт ногу сломит. А главное, никто не догадается, что он там. Осторожничает. Он и в ресторан поэтому не зашел. Считает, что не стоит ему показываться на людях – в этом городе все друг друга знают.

– Ищут бандиты, – словно эхо повторил я, панически выбираясь из состояния парализующего изумления, настолько ровно сходились отдельные куски пазла. – А теперь, девочка моя, соберись с мыслями, возьми под контроль оба полушария своего огромного мозга и ответь мне на очень важный вопрос. Куда. Сейчас. Пошел. Твой. Папа? Надеюсь, он тебе сказал? Вы ведь должны еще встретиться?

– Должны, – просто ответила Полина и… замолчала.

В чем дело?

Снова загадки-ребусы? Чего молчим-то, любезная? Или «девочка моя» не понравилась?

И тут до меня дошло!

– А-а-а! Вон оно чего! Так ты считаешь меня… Фу-ух. Пипец! Так я, значит… Ну, все! Вот это, что называется… Пошла Поля полоть в поле… Выходит, я… казачок засланный? Бандитский шпион? Глаза и уши преступного синдиката? Это же… да, блин, это ни в какие ворота не лезет!

Полина внимательно разглядывала мои возмущенные конвульсии и молчала. Она даже не собиралась оправдываться или разубеждать меня в чем-либо!

– А ты чего так разнервничался? – наконец спросила она. – Так натурально причем.

– Да иди ты…

Нет! Нет, поручик. Отставить!

Право, не стоит так разговаривать с дамами. Тем более… с пожилыми, гы-гы.

Поруч-чик! Левое плечо вперед! Понятно, что довела, но тем не менее… кру-гом!

– Прости, – выдохнул я и отвернулся к окну, чувствуя, что начинаю краснеть. – Короче. Думай что хочешь. Засланный я или нет, теперь вообще не имеет значения. Просто… я, кажется, знаю того типа, что охотится на твоего папашку. Скорей всего, он и добрался до него в твои первые две жизни. Я даже в курсе, в чем твой папа так провинился перед теми, кто прислал этого… нехорошего человека. Точнее, не совсем в курсе, а… могу только предположить. Но с высокой долей вероятности!

– Ты на удивление много знаешь.

– Есть такой грех. Любопытен и наблюдателен. Как говорится, не старый, а просто живу долго. Ну, ты в теме.

– В теме, в теме.

– А еще я знаю, что сдуру ляпнул про папину биостанцию там, где не надо. И тому, кому не следует. И злодей теперь тоже кое-что знает. Как минимум где трудится и бомжует Богдан Вуйчик. От меня. Ненароком. Поверь, у меня это вышло… не специально. Сдуру. Иначе чего бы я сейчас тебе исповедовался и пытался предупредить об опасности?

– Звучит логично. Но только звучит…

– Только? Если что-то звучит логично и выглядит логично, а потом еще и оказывается на поверку логичным, значит, что?

– Что?

– Это и есть, блин, логично! Тетя! Что вы мнете… Я имею в виду, к чему множить сущности? Хватит жить только женской логикой! Не тот возраст. Давай, включай уже «кубики»!

– Какие «кубики»?

Я в изнеможении закатил глаза.

– Забей. Вставай давай и двигай за мной. Изобрази только своим ангельским личиком… контуры кирпича силикатного.

К моему изумлению, вопросов больше не последовало. Что значит доходчиво объяснить!

Полина шустро спрыгнула с не по росту высокого для нее кресла и покорно двинулась вслед за мной, мелко семеня ножками. Я же с соответствующим выражением физиономии деловито зашагал… не к выходу, нет, чуть левее – в сторону коридорчика, ведущего в туалет. Мимо подозрительно разглядывающей нас пухлой барменши.

– Я девочке покажу, где сортир! – с видом крайнего недовольства буркнул я ей мимоходом. – Приспичило, знаете ли, малявке не в тему.

Барменша улыбнулась.

– Бывает. Наверное, девочка лимонада много выпила. Да ты не стесняйся, детка. Дело житейское.

– Туда вон пойдешь. Потом налево. И направо, – грубовато стал наставлять я «провинившуюся» подругу. – А я тут подожду. Возле вот этой вот тети. Найдешь ведь сама? Там всего две двери!

– Не-э-эт! – тут же заныла сообразительная Полина. – Я одна не пойду! Покажи! А то я папе расскажу, как ты без него дразнился! Сказать? Ска-зать?!!

– Фу-ух! Вот же… бабы!

Я схватил ее за руку и потащил в коридор.

– Ой! Не так быстро! Ой-е-ей! Подожди-подожди! Сережа! Сережка! Я папе скажу…

И тут неплохо. Соображает.

За поворотом она неожиданно выдернула свою руку и зашипела:

– Стой же, говорю! Неясно? Полетел он! Сказано тебе, подожди. Я сейчас.

И степенно двинулась в сторону общественной уборной. Нашла время! Так вжилась в роль или… с перепугу? Ага. Такую напугаешь…

А я как чувствовал – угадал с «делом житейским».

Чувствовал?

Блин.

Да мне ведь тоже надо!