Питерская Зона. Запас удачи - Дмитрий Манасыпов

Господи Боже, как я люблю хот-доги. Не, честно. Знаю, что глуповато, и полезного в них ничего нет. Но как же их не любить?

Вот только представьте себе самый обычный буржуинский хот-дог. Оно понятно, что хороший беляш его уделает, но тем не менее просто представьте. Ту самую булку, кетчуп, майонез да даже не православный сырный соус. Лук по возможности и желанию и пару-тройку кружочков маринованных огурчиков, хрустких и острых. Горчица? Черт знает, тут кому как. Казалось бы – чего тут сложного? Ан хрен, да-да.

Булка должна быть правильной. Прямо-таки образцом Палаты мер и весов для фаст-фуда. Не особо короткая, но и не особо длинная. Идеальна та, где сосиска выглядывает с обеих сторон на сантиметр. Это, мать ее, багет, идеальная хотдожная булка. По длине. А еще ни в коем случае ей нельзя быть только мягкой или только поджаренной до хрустящей корочки. Мягкая разваливается, твердая мешает нормально наслаждаться едой.

Майонез и кетчуп никогда не смешивайте заранее. Потеряете самый смак, рождаемый их свободным прониканием друг в друга. Ну, это ж такой кайф, когда кетчупа чуть больше, а уже укус спустя он сам перемешивается с майонезом. Вспомнили? Ух, пупырышные мурашки по коже.

Лук, сами понимаете, по вкусу. А вот огурец для хот-дога то же самое, что сметана для творога. Они, чего уж, созданы друг для друга. Лишь бы огурцы оказались не сильно вымоченными в уксусе. Тогда кранты.

Ну и конечно, все же самое главное тут – сама сосиска. Большая, мясная, сваренная в крутом кипятке и чуть прожаренная на гриле правильная сосиска. Парящая и пахнущая. Такая, чтобы наплевать сразу на вредность фаст-фуда и просто купить, взять, откусить и есть. Отрешиться от всего и просто есть этот чертов хот-дог. И, сами понимаете, лучше всего это делать не более двух попыток в год и, опционально, не летом и не в самый лютый мороз. Хот-дог – еда прогулочная, осенне-весенняя, точно вам говорю.

М-да… хот-доги – для парков и отпусков. А у меня здесь сублимированные сосиски на шомполе, подогреваемые с помощью костерка. И, скажу вам, тоже неплохо.

Итак, в сухом остатке у нас имеется следующее.

Отсутствие команды Бледа, идущей по пятам. Наличия кислотницы, желающей добраться до нас, тоже не наблюдалось.

Полностью вырезанные валькирией местные, то есть бомжи с красными черепами на поясе. Ну, как полностью? В углу наблюдались спеленатые с ног до головы два вполне живых тела. Единственные женщина и ребенок общины. Их она просто вырубила на время.

И некоторая неизвестность. Потому как выбираться отсюда нужно быстрее, засиживаться под землей не стоит. Ну и еще есть проблема определенного рода. С бомжами Мара справилась руками и попавшимися по дороге материалами не только из любви к рукопашному бою. Дева старательно экономила два последних магазина из имеющихся у нее. Схватка с многоножками весьма проредила носимый на себе склад горячих гостинцев. Так что пришлось с ней делиться.

– Не густо, – резюмировала валькирия, упаковывая в карманы жилета три магазина на сорок пять, то есть почти половину имеющихся у меня боеприпасов, – по дороге разжиться негде?

Хороший вопрос. На мой взгляд – негде. Так что стоит подумать о том, как идти наверх и потом по нему самому, по верху.

Мара, откинувшаяся на рюкзак, прислоненный к стене, переваривала. И съеденное, и рассказанное мной. Судя по ее выражению лица – все мои похождения не стоили ничего. Спорить не стану. Братскую могилу в дальнем отсеке местного хозблока устраивал самолично, вместе с ней. И опасений по ее поводу у меня появилось еще больше. Бомжей оказалось четверо. Четверо местных, покореженных Прорывом и его мутациями, но четверо. Они ее и утащили сюда со связанными руками и ногами. А валькирия смогла распутаться, добраться до первого и его ржавой дубины из трубы с приваренными муфтой и вентилем. И устроить здесь форменный гнев Господень, сошедший на неверных. После чего села и начала спокойно есть.

Меня она планировала ждать пару часов. После чего идти на мои поиски. Хотя кто знает, это могли быть просто слова. Все данные у нее в записке Бека. И отправиться за мной она могла только из добрых побуждений. Хотя…

– Карта у тебя осталась? – как бы между делом поинтересовалась Мара.

О как, интересно девки пляшут.

– А твоя?

Она вздохнула.

– Ее скурили. Заворачивали в нее какую-то дрянь и курили. Сразу же, как принесли меня сюда и обыскали.

Вон оно как. Ну, зато теперь, с одной стороны, мы друг другу еще нужнее. Только с другой – после того, как все отыщем, что помешает ей разобраться со мной? Вон как с теми?

– Целая. Ты бабу хорошо скрутила? Не разгрызет?

– Нет, – Мара помотала головой, – не смогут выбраться. Я ж им ноги с руками крест-накрест за спиной замотала. Вон, лежат, бухтят.

– Вот ты жестокая.

– Почему?

– Да прибила бы, чего мучить?

Она вздохнула. Неужели прямо пожалела?

– Я ж тебе, дурню, говорила – чтобы выбраться отсюда.

Ну, предположим. С другой стороны – ребенок. Какая мать не сделает все ради него? А тут всего лишь надо показать дорогу до определенной точки на поверхности.

– «Волковская» тут недалеко. Мне уже сообщили… Разговорила. – Мара встала.

Страшно представить, как это проходило. С другой стороны, глядя на засохшие бурые следы повсюду, сам все расскажешь. Если есть хотя бы какой-то шанс выжить.

– Тут бак есть. – Мара ткнула пальцем куда-то в путаницу проходов за спиной. – Там вроде со всех сторон все завалено и заварено, никто не пройдет. Воду даже подогреть можно. Я ж правильно понимаю, что сегодня нам уже идти некуда? Время не позволит?

Сложно не согласиться. До сумерек осталось всего ничего. Выходить наружу – бессмысленно. Тем более что район незнакомый. Так что оставалось оттащить наших пленных куда-то, где можно запереть, и потом пережидать ночь. И не подумайте, что я садист. И Мара тоже не садистка. Мы их по очереди развязали, дав возможность сделать все необходимые дела, и только потом засадили в кутузку. Связав, конечно. Да-а-а, проверяя ее, я сверзился со стены, когда исследовал крохотное оконце воздуховода под самым потолком. И набил просто огромный синяк на заднице. Как будто мало мне в этой ходке всяких пакостей.

Полагаете, что мы с Марой идиоты, раз решили заночевать именно здесь? Что тут скажешь, решение не самое правильное. Возможно. А возможно, что и наоборот. Да, здесь неизвестное место. Но и наверху то же самое. Да, здесь путаница коридоров. Но зато есть как минимум два пути, один из которых мне известен хорошо. И отступать по известному куда лучше, чем по незнакомому.

Да и выспаться хотелось без воплей тех, кто живет снаружи. Понятно, что здесь может оказаться хуже. Кто спорит? Зона не то место, где можно ощущать себе защищенным.