Бладшот - Гэвин Смит

Пальцы Хартинга крепче сомкнулись на горле. Грудь Бладшота раскалилась, как ядерный реактор.

Злобно оскалившись, Хартинг опустил взгляд к алому кругу. Бладшот ослушался господина и теперь его ждет суровая кара.

– Верно, верно, ты умираешь, и на этот раз они не вернут тебя к жизни. Твоя подружка уже погубила тебя. Спалив все дотла.

Казалось, он от души рад мысли, что его поражение погубит кого-то еще. Уж если ему не победить, пусть проиграют все.

Сопровождаемая новым фонтанчиком крови, стальная спица втянулась назад, в протез. Хартинг разжал руку, и Бладшот мешком осел на пол, кашляя кровью, как загнанные наниты ни старались залечить нанесенную скрытым в протезе оружием рану.

Вдруг рука Хартинга замерла. Хартинг бросил взгляд на протез, удивленно приподнял брови. В ответ на это рука задвигалась, будто сама по себе.

– Как?! – прошептал доктор.

– Я вышел за рамки, – ответил Бладшот, заставляя себя подняться. Наниты успели вылечить его настолько, что он опять мог говорить.

Хартинг снова уставился на электронную руку. Взгляд доктора был полон непередаваемого изумления: теперь ему отказывалась повиноваться даже такая привычная, безотказная вещь, как собственный же протез! Изумление быстро переросло в панику.

– Вернулся в реальный мир, – продолжал Бладшот.

Глаза Хартинга полезли на лоб: электронная рука вынула из его собственного кармана его же собственный пистолет.

– Ты больше не можешь мной управлять, – пояснил ему Бладшот.

Теперь он едва не проникся к доктору жалостью. Казалось бы, какой же мелкой, ничтожной душонкой нужно быть, чтоб жизни себе не мыслить без этакой безграничной власти над окружающими… и все же Бладшот едва его не жалел.

Электронная рука Хартинга поднялась, поднесла пистолет к виску доктора, как будто тот угрожает покончить с жизнью. «Доктору нужно понять: старания контролировать все вокруг до такой степени порождают один только хаос», – решил Бладшот. Правда, времени на усвоение этого последнего урока Хартингу было отпущено не много…

Тут Бладшот с мрачным удовлетворением отметил, что пистолет Хартинга оказался точно таким же «сорок пятым», как тот, из которого стреляли в него Эйкс, Барис и остальные – памятным, благодаря имплантированным воспоминаниям.

– Что ты делаешь?! – завизжал Хартинг.

Очевидно, доктор даже сейчас искренне не понимал, отчего все и вся вокруг не делают того, чего бы хотелось ему.

– Что хочу, – ответил Бладшот.

Алый шрам на груди продолжал мерцать, и свет его слабел, угасал с каждой новой вспышкой. Бладшот чувствовал: энергия на нуле, наниты теряют силы. Лишенные возможности перезарядиться, микроскопические роботы, по сути дела, чахли и умирали, однако Бладшот ничего не предпринимал – просто взирал на Хартинга.

– Стой! Вели им остано…

Осекшись, Хартинг уставился на экран электронной руки. Стоявший напротив, Бладшот едва смог разглядеть моргающий на дисплее смайлик, эмодзи «мертвый глаз».

Хартинг вцепился в запястье протезной руки другой, обыкновенной, пытаясь отвести ствол от виска, вырвать оружие из металлических пальцев.

Грохнул выстрел.

Пуля вышибла из головы Хартинга фонтан крови и серого вещества пополам с осколками кости. Мертвое тело доктора рухнуло на пол.

Меряя взглядом труп своего создателя, человека, маниакально стремившегося стать для всех окружающих богом, Бладшот задумался: что же дальше?

Тут его шрам в последний раз моргнул и погас. Шумно выдохнув, Бладшот начал заваливаться навзничь и умер еще до того, как его затылок коснулся пола.