Сорвавшийся с цепи - Роман Глушков

- По эту сторону разлома тракторов нет, - помотал головой Борька. - Точно знаю. Мы сами их искали, когда хотели переправу насыпать, но так и не нашли. А с той стороны до нас в объезд еще ни одна техника не добралась.

- Нарисуй карту подвала, - неожиданно потребовал у него капитан. - Сколько в нем помещений, что где лежит и вообще всё, что помнишь.

- Ладно, смотри сюда. - Борька пожал плечами. И, присев на корточки, взялся чертить на земле щепкой схему, благо та была несложной. - Заблудиться там нельзя, да и спрятаться негде...

- Что у тебя на уме? - поинтересовался у Мизгиря Культяпый, когда проводник закончил инструктаж.

- Ты забыл сосчитать меня, - ответил тот, снимая куртку. - Я тоже могу пролезть в щель. Так что нас внизу будет трое, а это уже какая-никакая, но сила... Помпон! Глист! Скидывайте верхнюю одежду, чтобы ненароком не застрять.

- А если внизу все-таки ловушка? - спросил Помпон.

- Есть только два способа это выяснить. Попробуем самый безопасный. - Мизгирь подобрал обломок половицы, подошел к трещине, бросил в нее доску и сразу отскочил.

Доска громыхнула о подвальный пол, но ничего не произошло. Тогда капитан оставил свой карабин Культяпому, сел на край бреши и принюхался. Пахло обычной затхлостью вперемешку с вонью гниющего трупа. Никакого снотворного газа - будь он там, Мизгирь уже ощутил бы головокружение.

Свесив в трещину ноги, капитан аккуратно, дабы не ободрать грудь и спину, соскочил вниз. Где, попав ногами на свою же доску, тотчас выхватил из кобуры пистолет и включил приделанный к нему фонарик.

Никто не атаковал Мизгиря, ничем в него не бросил и не выстрелил. Не забывая поглядывать под ноги, он отступил к стене и, окликнув чулымцев, велел им спускаться.

Помпон и Глист присоединились к нему через несколько секунд. У первого также был пистолет, а второму подали сверху дробовик. Оба, к счастью, не стали выкрикивать угрозы и открывать ногами двери, а вели себя смирно и не лезли вперед стрельбана.

Как Борька и сказал, прятаться здесь было негде, если только Морок не научился зарываться в бетон. С оглядкой и без суеты визитеры обыскали все помещения, но никого не обнаружили. Зато нашли немало следов чьего-то недавнего пребывания: сложенную из пустых мешков постель, вскрытые банки из-под консервов, среди которых Мизгирь узнал и те, что были у беженцев с «Гордой», и рваные упаковки других продуктов.

На верстаке был разбросан слесарный инструмент, а возле тисков скопилась кучка металлических опилок. На вид свежих, раз они в такой сырости еще не покрылись ржавчиной. Вероятно, Морок смастерил какую-то штуковину, но унес ее с собой. Разумеется, она была смертоносной, ибо этот кровожадный монстр не мог создать ничего другого.

- Ого, кажись, наша фляга, - заметил Помпон, указав на стоящую в углу емкость, на дне которой еще была вода. - Мы когда Сачка и Дубая из конторы «святых» вперед ногами выносили, флягу там не нашли. А вон и тележка из-под нее.

- Только не вздумай пить оттуда воду, - предупредил Мизгирь.

- Да ты что! Я теперь к этой фляге ни в жизнь не притронусь, - пообещал чулымец. - Кому она нужна, пусть тот ее и забирает, а я пас.

Судя по запахам, доносящимся из самой дальней комнаты, в ней у «зверя» был туалет. Заглядывать туда не хотелось, но пришлось, хотя и этот осмотр закончился ничем. Последняя надежда загнать Морока в тупик испарилась также, как он сам испарился из своего логова.

Закончив обыск, стрельбан и чулымцы убрались из подвала тем же путем, каким сюда попали.

- Так что там с моей наградой? - полюбопытствовал Борька, огорчившись, что ловцы Морока вернулись ни с чем.

- Хороший вопрос, - развел руками Культяпый. - Три штуки было обещано тому, кто даст наводку на Чернобаева, а не на дыру, где эта падлюка отлеживалась. Вот и решай, почем стоит твоя помощь.

- Но наводка была не тухлая. Чернобаев мог запросто тут оказаться, - рассудил проводник. - Ладно, давайте штуку и мы в расчете.

- Сколько-сколько? - округлил глаза Культяпый. Он не мог прогнать наводчика без денег, ведь тот растрезвонит, что Чулым не держит слово, и тогда у Кольки не останется добровольных помощников. А без них в войне с Мороком это был бы плохой расклад.

- Я хотел сказать - полштуки, - резко уполовинил цену Борька. Ссориться с Чулымом ему тоже не хотелось. - Полштуки - так справедливее, да.

- Ну вот, другой разговор, - подобрел Культяпый. И достав бумажник, отсчитал проводнику пятьсот юаней «за беспокойство»...

- Все равно не врублюсь, зачем Мороку было засвечивать свое убежище, - сказал Мизгирь Культяпому по дороге обратно. - Разве только он хотел раздробить наши силы. Но это бессмысленно. Мы не ослабили оборону бара на ту пару часов, что отлучились. Если, конечно, твой босс не отдал насчет нее какой-нибудь «особый» приказ.

- А, забей, - предложил чулымец. - Будь ты даже ну очень тертый крендель, все равно однажды где-нибудь да облажаешься. И Папа Карло не исключение.

- Не могу с тобой согласиться, - ответил капитан. - Морок - то редкостное исключение, способное пройти по тонкой проволоке и ни разу не оступиться.

«При одном условии - если проволока натянута тобой и ты готов перекусить ее в нужный момент» - добавил он мысленно.

За время их отсутствия в «Козырном короле» ничего не случилось. Но Мизгирь сразу отправил людей перепроверять здание от крыши до подвала. Бандиты им помогать отказались - по их меркам это был уже перебор с мерами безопасности. Впрочем, стрельбаны не возражали. На первой проверке хозяева показали им все вероятные укрытия Морока, и теперь гости не нуждались в подсказках.

Возможно, в глазах чулымцев Мизгирь выглядел глупо, когда опять не обнаружил угрозы. Зато по крайней мере всем стало спокойнее - после обнаружения пустого логова Чернобаева обитатели бара слегка напряглись.

Хотя настоящего успокоения никто не чувствовал. Наступала ночь, а от нее стоило ожидать чего угодно, кроме добра.

Колька заставил своих людей поклясться, что до поимки Морока они не будут приводить шлюх, употреблять наркоту и прикладываться к бутылке. Насколько честно братва соблюдала эту клятву? Прыгающий на костылях Чулым мог проконтролировать лишь исполнение ее первого пункта. И все-таки в открытую никто не бухал и не ширялся, так что эта ночь была в «Козырном короле» не похожей на предыдущие.

Нынче здесь не слышалось пьяных криков, гогота, звона стаканов и сладострастных стонов - только негромкие разговоры да бренчание оружия, которое держалось под рукой. За неимением иных удовольствий свободные от караулов чулымцы вяло перекидывались в картишки и курили, поэтому дым в баре стоял коромыслом. Все размышляли уже не о погибших корешах, а о том, долго ли придется соблюдать непредвиденный «пост». И были готовы убить Чернобаева еще и по этой причине.

Очередная тревога разразилась в полтретьего утра.