Остров. Обезьяна и сущность. Гений и богиня - Олдос Хаксли

– Мальчиками, которые так никогда и не становятся взрослыми? – попытался прояснить для себя Уилл.

– Слово «никогда» здесь не применимо. В реальной жизни Питер Пэн неизменно под конец вырастает. Просто он вырастает слишком поздно – физиологически развивается медленнее, чем диктуется его возрастом.

– А что вы можете сказать о девушках из категории Питеров Пэнов?

– Они встречаются крайне редко. Зато среди мальчиков их так же много, как черники в лесу. Вы можете разглядеть потенциального Питера Пэна в каждом пятом или шестом подростке мужского пола. И среди проблемных детей, среди мальчиков, которые не умеют читать, не хотят ничему учиться, ни с кем не ладят и заканчивают тем, что обращаются к одному из преступных промыслов с применением насилия, семь из десяти относятся к типу Питеров Пэнов – достаточно сделать рентгеновские снимки хотя бы костей их запястий, чтобы окончательно убедиться в этом. Остальные принадлежат к личностям Грубой Силы в нескольких разновидностях.

– Я пытаюсь, – сказал Уилл, – подобрать яркий исторический пример преступного Питера Пэна.

– Для этого не надо заглядывать далеко в глубь веков. Наиболее недавний, как и весьма выдающийся образец, – Адольф Гитлер.

– Гитлер? – В голосе Муругана отчетливо прозвучало возмущенное изумление. Очевидно, Гитлер был для него героем.

– Прочитайте биографию фюрера, – сказал доктор Роберт. – Типичнейший Питер Пэн. Безнадежно отстававший в школе. Не способный ни соревноваться, ни трудиться сообща с кем-то. Завидовавший всем нормальным, хорошо учившимся мальчикам, а поскольку он им завидовал, то и ненавидел, облегчая себе страдания мыслью, что они – неполноценные существа. А потом пришла пора полового созревания. Но Адольф и в сексуальном смысле отставал от всех. Другие парни ухаживали за девочками, а те отвечали на ухаживания. Адольф же был болезненно застенчив, слишком не уверен в своем мужском начале. И не умевший упорно работать, довести до конца ни одного дела, находил утешение только дома, в Другом Мире, созданном его фантазией. Там он считал себя по меньшей мере равным Микеланджело. А в реальности, к несчастью, не умел рисовать. Его единственными дарованиями стали ненависть, низкое коварство и поистине железные голосовые связки, позволявшие реализовать талант подолгу, громко и безостановочно высказывать идеи, возникавшие в глубине охваченного паранойей сознания Питера Пэна. Тридцать или сорок миллионов погибших, и одному Богу известно, сколько миллиардов долларов, – вот цена, которую миру пришлось заплатить за запоздалое взросление маленького Адольфа. К счастью, большинство мальчиков, взрослеющих слишком медленно, никогда не получают ни шанса стать кем-то более угрожающим, чем мелкими пакостниками и преступниками. Но даже они, если их накопится слишком много, могут слишком дорого обойтись обществу. Вот почему мы стараемся пресечь такие явления в корне, или, вернее, поскольку речь идет о Питерах Пэнах, мы стараемся дать корню скорее вырасти в растение и дать цветок, который в нужное время раскроется.

– Вам это удается?

Доктор Роберт кивнул:

– Да. Это не так трудно. Особенно если начать на достаточно ранней стадии. Между четырьмя и пятью с половиной годами все наши дети проходят тщательное обследование. Анализы крови, психологические тесты, соматотипирование; затем рентгеновские снимки запястий и электроэнцефалограммы. И все самые хитрые маленькие Питеры Пэны определяются безошибочно, чтобы немедленно начать терапию. В течение года почти каждого мы превращаем в совершенно нормального ребенка. Группа потенциальных неудачников или преступников, потенциальных тиранов или садистов, вероятных мизантропов или бессмысленных революционеров трансформируется в группу полезных граждан, которыми можно управлять adandena asatthena – без наказаний и без суровых мер. В вашей части мира борьба с преступностью все еще предоставлена священникам, социальным работникам и полиции. Бесконечные проповеди, лекции, но главное средство лечения – тюремные сроки. И что в итоге? Уровень преступности продолжает неуклонный рост. Что неудивительно. Никакие слова о нравственности, адских муках и об Иисусе Христе не заменят биохимии. Год в тюремной камере не восстановит у Питера Пэна эндокринный дисбаланс, чтобы избавить его от психологических последствий. Потому что для преступников этого типа необходима ранняя диагностика и три розовые таблетки в день перед едой. При благоприятной окружающей обстановке результатом становятся доброта, здравый смысл и хотя бы умеренное, но понимание основных человеческих достоинств в течение полутора лет. Не говоря уже о том, что там, где прежде у них не было ни малейшего шанса на их возникновение, могут проявиться даже prajanaparamuta и karuna – то есть мудрость и чувство сострадания. А теперь пусть Виджайя расскажет вам о втором типе – людях Грубой Силы. Если вы обратили внимание на его мускулатуру, он мог бы стать одним из них.

Склонившись вперед, доктор Роберт похлопал по широкой спине:

– Отличное мясо! – И добавил: – Как же повезло нам, бедным креветкам, что это не хищное животное.

Виджайя снял одну из рук с руля, ударил кулаком себя в грудь и издал громкий дикий рык.

– Не дразните гигантскую гориллу, – сказал он, добродушно рассмеялся, а потом продолжал: – Вспомните другого великого диктатора, – обратился он к Уиллу. – Вспомните Иосифа Виссарионовича Сталина. Гитлер – выдающийся образец преступного Питера Пэна. Сталин не менее прославленный экземпляр преступной личности Грубой Силы. Ему было предопределено свыше стать экстравертом. Но не милым, приставучим, неразборчивым в знакомствах экстравертом, которому постоянно нужна веселая компания. Нет. Он был человеком тяжелым, испытывавшим желание непременно давить на других, принуждать, поскольку им самим владело неудержимое стремление действовать, причем в своих действиях он не знал, что такое сдержанность, сомнение, симпатия или чувствительность. В своем завещании Ленин советовал своим преемникам избавиться от Сталина: этот человек слишком любил власть и имел склонность злоупотреблять ею. Но совет запоздал. Сталин уже слишком прочно укрепил свои позиции, чтобы его кто-то мог отстранить от руководства. Через десять лет его власть стала абсолютной. Троцкого он убрал с дороги, как уничтожил и всех остальных своих прежних товарищей. И он стал подобен богу среди послушных ему ангелов, один на вершине райского облака, окруженный только подпевалами и соглашателями. И все время он был занят: ликвидацией кулачества, созданием колхозов, организацией военной промышленности, перемещая массы людей против их воли с земли на фабрики. При этом он трудился упорно, с поразительной эффективностью, на которую германский Питер Пэн с его апокалипсическими фантазиями и с постоянными сменами настроений оказался попросту неспособен. И сравните стратегии Сталина и Гитлера на последнем этапе войны. Холодный расчет против беспочвенных мечтаний, ясность и реализм против риторического нонсенса, в который Гитлер постепенно начинал и сам верить. Два чудовища, одинаковые в своей преступной сущности, но глубоко различавшиеся в темпераментах, в подсознательной мотивации и, наконец, в эффективности. Питеры Пэны восхитительно умеют начинать войны и революции, но нужен человек Грубой Силы, чтобы успешно довести начатое до конца. А вот и джунгли, – добавил Виджайя, снова меняя тон и указывая рукой на огромную зеленую стену из деревьев, которая, как казалось, полностью преграждала им дальнейший подъем.