Гаджет. Чужая война - Дмитрий Даль

Время до часа отъезда пролетело незаметно. Большую часть я провалялся на диване, разглядывая экран телевизора. Ничего интересного я не увидел, но надо было как-то время убить. Передавали привычные российские ток-шоу, развлекательные программы и набившие оскомину сериалы. Я заметил, наличие нейрофонов на экране уже стало нормой. Через одного актеры красовались нейрофонами. В сюжетах сериалов пока их не задействовали, но то ли еще будет. В конце концов назойливая телевизионная картинка мне надоела, я выключил телевизор и сам не заметил, как заснул. Проснулся я по будильнику, который завел на смартфоне заблаговременно. Как говорится, надейся на себя, но о страховке не забывай.

Я быстро собрался (оружие взял с собой по минимуму) и вышел из дома.

До Пионерской я добрался без осложнений. Дороги свободные. Пробки на пять минут и саморассасываются, как по волшебству. Кто-то объявил для меня зеленый свет. Улицу генерала Хрулева нашел без проблем. Сложнее оказалось найти нужный дом. Это оказался складской ангар, находящийся на закрытой охраняемой территории. Пришлось останавливаться у невзрачной проходной и предъявлять паспорт. Проходная — деревянная будка, обшитая металлическими рифлеными листами, с турникетом внутри. На входе усталый мужик с седыми усами и выцветшими глазами смотрел в черно-белый экран телевизора, который изредка продергивало сполохами помех. Звука у телевизора не было. В левом ухе охранника торчал нейрофон. Это, по крайней мере, объясняло, как он смотрел телевизор без звука. Мое появление вызвало у него зевоту. Он принял документ, записал номер и время проезда на территорию и выдал магнитную карточку.

Ее я отдал второму охраннику, дежурившему на воротах. Он приложил ее к магнитному замку, и шлагбаум поднялся. Забрав карточку, я въехал на закрытую территорию. Передо мной предстали одинаковые склады. Белые, с кое-где облупившейся краской, из-под которой пробивалась ржавчина, они тянулись далеко вперед в несколько рядов. Возле них стояли машины и суетились люди, занимавшиеся погрузочно-разгрузочными работами. Я сверился со «Схемой» и выбрал верный маршрут. Через минуту я уже останавливался перед нужным мне ангаром, возле которого были припаркованы с десяток легковых автомобилей.

Меня встречали двое бойцов в черных куртках и вязаных шапках. Под куртками опытный взгляд тут же вычислил спрятанные стволы. В лица я не вглядывался. Этих ребят я не знал. Возможно, кто-то из новичков. Хотя и не все сопротивленцы мне знакомы в лицо.

Заглушив мотор, я выбрался из машины и зашагал в сторону ангара с большой черной цифрой «16». На входе я столкнулся с Барабаном. Он приехал недавно и выглядел значительно лучше, чем в нашу последнюю встречу.

— О, Гладиатор, какие люди! — протянул он мне руку.

Я пожал ее.

Мы вошли на территорию ангара.

— Спасибо тебе, Рома. Ты тогда вовремя меня остановил. Если бы не ты, я бы еще долго… — попытался поблагодарить меня Барабан.

Я поспешил его остановить

— Не за что. На моем месте ты сделал бы то же самое.

— Как думаешь, что сегодня решат наши старейшины? — спросил он.

— Я думаю, что пора уже что-то решать, — уклончиво ответил я.

Первый этаж ангара ровными рядами занимали стеллажи, заставленные коробками. Типичное складское помещение. Уверен, что в обычное время его используют по назначению. Днем здесь работают сотрудники, загружают машины, осуществляют поставки товаров по всему городу. Но нас первый этаж не интересовал. В паре метров от входа стояли двое охранников в серых спецовках. С виду обыкновенные грузчики, ждущие конца своей смены. Только это обманчивое впечатление. Я видел в них опытных бойцов, прошедших не одну уличную бойню. Может, когда-то они работали в правоохранительных органах, а теперь сменили форму.

Один из охранников указал нам на лестницу, ведущую на второй этаж. Я кивнул ему в знак благодарности и пропустил вперед Барабана. Поднявшись, мы оказались в коридоре, по обе стороны которого находились белые двери, помеченные цифрами. Коридор упирался в выставочный зал, заставленный образцами продукции, всевозможной посудой на все случаи жизни. Здесь по центру выставочного зала в окружении кастрюль и сковородок был установлен большой вытянутый стол, вокруг которого сидели люди. В основном это были мужчины, но хватало и женщин. Часть из них я знал, но были и незнакомые лица.

Во главе стола восседал Михаил Бражников, известный более как Шахматист, координатор сопротивления, в неизменном строгом черном костюме. По правую руку от него сидел Андрей Кожухов, один из ветеранов нашего движения. По левую Семен Карпов, бывший мой командир. Также за столом я узнал командиров отрядов: Мишу Поспелова, Армена Айвазяна, Лешу Бреславца по прозвищу Боцман, Рустама Бови и Светлану Огонек. Остальные восемь человек мне были незнакомы, вероятно, кто-то из молодых, кто только недавно принял на себя командование людьми. Если вдуматься, то нас очень мало, это просто капля в море против многочисленной армии «охваченных».

Заметив нас, Шахматист наклонил голову в приветствии и указал на свободные стулья, которые стояли вне общего стола, за спинами других командиров. Несколько обидно, конечно, находиться на выселках, но мы приехали позже всех, так что стоит смириться. Главное — не положение за столом, а дело, которому мы служили. Хотя, если посмотреть на ту не афишируемую конкуренцию, что царила за столом совещания, я готов был усомниться в своем мнении. А конкуренция чувствовалась. Словно между боевыми командирами была натянута колючая проволока, по которой был пущен электрический ток, и время от времени кто-то из них нарушал границы. Ток не убивал, но доставлял изрядное беспокойство.

— Теперь, когда почти все в сборе, я открываю наше совещание, — негромко произнес Шахматист, и тут же все разговоры за столом стихли. — Собираемся мы в тревожное для нас время. С каждым днем наш противник становится все сильнее, а мы все беспомощнее. Наши методики больше не работают. Отлавливать «кукол» по темным подворотням и обезвреживать по одному больше не выход. Мы должны выработать новую методику борьбы.

— Пока не будет уничтожен последний «охваченный», никакая методика не сработает. Заразу надо выжечь каленым железом, — заявил Семен Карпов.

Он всегда был горячим человеком, не способным на компромиссы.

— Так мы все человечество уничтожим. А надо признаться, это не в наших силах. Давайте не будем растекаться мыслью по древу и углубляться в дебри демагогии. Сперва я обрисую общее положение на улицах, а потом обозначу план дальнейших действий. И мы его обсудим, — предложил Шахматист.

Никто не посмел ему возразить. Я сидел тихо и не вмешивался в общение за столом. Мое время еще не настало. Спросят — отвечу. Будет что сказать скажу. А пока сиди тихо да анализируй. Так когда-то меня Карпов учил. Похоже, он свою школу давно забыл.

— В последнее время на нашего брата была объявлена охота. За несколько дней мы потеряли многих. Погибла практически полностью группа Гладиатора. Выжил только один боец, но и он находится на излечении. Пострадали и другие группы, но не так катастрофично. На улицах города отстреливали наших бойцов. Мы потеряли лучших ребят. Погибли Анатолий Козырев, Гриша Бойков, Федор Ковач и другие. Перечислять всех не буду. Вы и так все знаете. Все это началось, когда мы стали копать под каналы распространения нелегального оружия, которое появилось в городе. В разработке групп оказались так называемые Кузнецы, оружейники, через которых нелегальное оружие попадало в руки конечных потребителей. Операции по задержанию Кузнецов оказались сорваны. Погибли люди. Оружия на улицах только прибавилось…