Гаджет. Чужая война - Дмитрий Даль

Рассол от соленых огурцов наутро пригодился. Хватило на всех. Кощей запасливый. Он еще и «Боржоми» прихватил. Одна Василиса выглядела бодро и свежо, словно вечером не сидела с нами. Да она и пила меньше.

Я принял душ. Холодные струи воды приятно бодрили тело. После чего сварил на всех кофе. Кощей тем временем возился с завтраком. Пожарил сосиски, залил яйцом, взболтанным с молоком, и разделил омлет на четыре тарелки. Кофе варить пришлось еще раз. Первая партия на удивление быстро разошлась, и народ попросил добавки.

Я пил кофе с наслаждением, чувствуя, как утренняя похмельная оторопь отступает. После второй кружки я уже был готов к подвигам. Объявив пятнадцатиминутную готовность, я отправился проверить снаряжение. На этот раз я не собирался попасть в переплет просто потому, что на операцию мы взяли недостаточно стволов. Пусть у нас с собой будет столько железа, что все металлодетекторы в округе свихнутся, но зато мои ребята будут готовы к любой локальной войне.

Рогов включил телевизор. Показывали новости. Удачно он попал. На экране появилась башня на Обводном канале, и диктор занудным голосом стал рассказывать о съемках нового фильма режиссера Погонова, которые прошли на территории бизнес-центра. Съемки были настолько натуралистичными, что испуганные жители окрестных домов вызвали полицию, которая и поспешила всех успокоить. На экране появилось одутловатое, с опухшими глазами и небритое лицо режиссера Федора Погонова, известного по фильмам «Детонатор», «Кровавый дождь» и «Улица разбитых фонарей». Он рассказал, что в Петербурге снимает новый полицейский боевик, и одна из съемочных локаций находится на Обводном канале. Но поспешил успокоить всех жителей, что съемки уже закончены, и продолжать снимать они будут в другом месте. Ведущая задала вопрос, когда ждать выхода фильма в свет. Погонов пообещал, что к майским праздникам следующего года он обязательно появится на всех киноэкранах страны. Также Погонов порадовал, что готовится релиз фильма, сгенерированный специально для нейрофонов, с эффектом полного присутствия. Он пообещал, что релиз состоится где-то через полгода после премьеры в кинотеатрах.

— Ничего себе, — послышался голос Василисы. — Как они серьезно подсуетились.

— Следы заметают. Теперь ни у кого не осталось сомнений, что мы имеем дело с очень крутым противником? — спросил я.

— Ни у кого их и не было, — ответила Василиса.

— А фильмы у Погонова говно, — высказал свое мнением Рогов.

— Не удивлюсь, если они правда снимут что-то подобное, — произнес Кощей.

— Через год все забудут об этом инциденте, так что и снимать ничего не надо будет, — сказал я.

— Да и сам Погонов говно, — поставил финальную точку в дискуссии о современном кинематографе Рогов.

Пока есть время, я решил проехаться на домашний адрес Степана Корнилова. Проверить второго подозреваемого.

Жил он в конце Ленинского проспекта в новостройках, на пересечении с проспектом Героев. Если удача улыбнется, то мы сможем либо вычеркнуть второго подозреваемого из списка, либо взять крысу. Ночью я все обдумал и решил, что нападение на Кузнеца по дороге к Лекарю никак не связано с разгромом на Бухарестской улице. Мы хорошо наследили на Обводном канале, да к тому же «охваченные» могли отследить нейрофон Кормчего. Это я в своей чудо-машинке, провались она пропадом, заблокировал все лишние функции. Так что мы очень рано расслабились, думая, что все закончилось. За что и поплатились.

Мы выехали из Купчино и скоро уже въезжали с Московского на Ленинский проспект. Огромная статуя Ильича указывала простертой рукой на одну из главных правительственных трас города. Хорошо, что вокруг памятника разбили фонтанный комплекс. Эта территория города заметно преобразилась. Я помню, какой унылой и помпезной она казалась мне в детстве. Теперь здесь всегда было полно молодежи на трюковых велосипедах и скейтбордах. А в особо жаркие дни подростки купались в фонтанах, хоть это и было запрещено, но их никто не вылавливал. Даже сейчас, несмотря на осень и раннее утро, народу возле фонтанов было много.

Ленинский проспект был пуст. Машин мало.

Страшно подумать, что каких-то лет сорок назад на месте этого проспекта стояли леса и красовались пустыри. Мой отец вспоминал, что, когда учился в школе, бегал купаться на пруд за Варшавскую улицу, дальше которой домов практически не было.

На площади Конституции сразу за бизнес-центром «Лидер», на первом этаже которого располагался финский гипермаркет «Призма», возвышалась стеклянная башня. На самой вершине огромными буквами было написано «Лоджитек». Странно, я здесь в двух шагах квартиру снимаю, а внимания на логотип не обращал. Просто тогда мне было все равно, что «Лоджитек», что «Газпром». Теперь же я знаю, что это за компания. Похоже, все ниточки ведут сюда.

Мы проехали под магистралью Западного скоростного диаметра. Все водители города хвалят и ругают этот объект. Хвалят, потому что быстро можно попасть из одного конца города в другой, минуя все пробки. А ругают, потому что цены на ЗСД кусаются, и если ездить каждый день, то можно разориться.

Мы миновали круглую шайбу Путиловского рынка, от которого осталось одно название, и метро «Ленинский проспект», возле него всегда движуха: множество машин и людей. Через пять минут мы выкатили на большую Кронштадскую площадь, обогнули уродливое здание строительного гипермаркета «Максидом», и пролетели мимо здания Морского технического университета, в народе именуемого Корабелка. Здание было похоже на вросший в асфальт огромный корабль. Через пятнадцать минут мы уже въезжали во двор нужного нам дома.