Невеста Темного Дракона - Ольга Пашнина

— Ты пессимист. — Я зевнула.

— Реалист.

— Не-а. Самый настоящий пессимист. И как только власти добился! Ты хочешь выбирать со мной подвенечное платье?

— Какое бы платье ты ни выбрала, я все равно его сниму.

— У тебя все мысли об одном! — Я закатила глаза, но улыбаться не перестала.

— Ты же лежишь тут в одной рубашке и прижимаешься.

— Ой, подумаешь! Могу и отодвинуться!

Я сделала попытку отползти на край кровати, благо места там было навалом, но меня сгребли в охапку и выпускать не собирались. Ладон сопел в ухо и, похоже, засыпал. В его объятиях было жарко, но спокойно и хорошо.

— Что это? — Ладон взъерошил мои волосы и принюхался.

— Сирень. Тебе не нравится?

— Не знаю, — чуть подумав, ответил он. — Приятно.

— Твоя дыня — полная ерунда. И ты это поймешь, я тебе докажу.

— Докажи, — он слегка улыбнулся, — я не возражаю. Ты вкусно пахнешь. Но много болтаешь.

— Прости.

Я снова запустила руки в его волосы, массируя голову, надеясь, что это хотя бы облегчит боль. Руки крепче сжались на моей талии, дыхание стало глубже. Уснул, похоже. Пожалуй, этим же стоило заняться и мне, ибо встать утром нужно рано, чтобы позавтракать и вернуться домой.

Неделя дома пролетела, словно дракон. Я не успела опомниться, как уже все мои вещи были перевезены на Плато, контракт подписан, окружение находилось в шоке, отец постоянно на всех кричал, мама не отходила ни на минуту, а Ладон был непривычно дружелюбным. Мы летали к Расщелине, хотя, пожалуй, для Ладона это было не очень приятно, учили Ларана там летать. Вечерами отец помогал мне с упражнениями для птенца. Близняшки не выходили из комнаты — клеили подарок мне на свадьбу. Они, пожалуй, были единственными, кто за меня искренне радовался. Дети, что с них взять.

Чем ближе был день переезда, тем больше я нервничала.

Лететь нам предстояло на Берр. Ладон должен был обеспечить беспрепятственное попадание в воздушное пространство Плато. Причем до границы он летел человеком, а дальше превращался и сопровождал нас к замку. По крайней мере, так объяснил отец. Он, к слову, похоже, смирился с моей свадьбой. И даже дал совет по выбору платья, звучавший как «ужасно».

Потом мне было предложено нечто, напоминавшее скорее чехол от платья, и мама выгнала его искать таверну, чтобы пообедать. Ладон платья не видел.

А я то и дело доставала наряд из шкафа, чтобы полюбоваться. Прекрасное, легкое, летящее белое платье в пол, расшитое едва заметными серебряными нитями и отделанное тончайшим кружевом. Но все же при взгляде на этот шедевр внутри шевелилось что-то неприятное, словно я о чем-то забыла.

Накануне, перед самым отъездом, платье было уложено в сумку, комната вымыта и приготовлена для Эда. Мама плакала — тихонько, чтобы не заметил отец, Рыс и Ларан дрыхли у камина, близняшки и Эд возились с хвостом Тхэша, которого искренне и навечно полюбили. Ладона не было, и я скучала в одиночестве, потому что все мои книги, этюдники, краски и другие развлечения уже были отправлены на Плато.

Страшно было уезжать из дома. Представить, что я вот-вот навсегда покину это место, было невыносимо. И слова Ладона, как раз перед самой покупкой платья, почему-то не утешали.

— Элла, я не собираюсь запирать тебя в замке. Ты будешь летать к семье, они будут навещать тебя. Почему ты так расстраиваешься? Это нормальное явление, когда дочь выходит замуж и уезжает в другой город. Тысячи девушек живут так, и никакой трагедии не происходит.

Он был прав, но все же уезжать из родного Лесного было тяжело. И еще тяжелее, что ни Мик, ни Эстер попрощаться не пришли. Мама пыталась соврать, сказав, будто они заняты на работе. Но и без ее жалких попыток было ясно: мое решение принимают в Лесном далеко не все.

Да уж, выйти замуж за Ладона — серьезное преступление в глазах общественности.

Дверь комнаты приоткрылась.

— Эльчонок, не спишь?

Мама села на непривычно пустой диван. Обычно он был завален мягкими игрушками. В комнате остался лишь шкаф с коллекцией книг, принадлежавших еще бабушке. Они достанутся близняшкам и Эду.

— Скоро буду. Завтра очень рано вставать, — вздохнула я.

— Грустная отчего такая?

— Не знаю. Просто не хочу уезжать. И Эстер не пришла.

— Эстер… Ох, милая! Эстер — глупенькая девочка, она еще не выросла. Забудь о ней. Значит, не такая крепкая была ваша дружба. Ладон стоит ее? Стоит того, чтобы лишиться этих отношений?

Я рассеянно кивнула.

— Да уж, ты нашла себе идеального мужа. — Мама вдруг рассмеялась. — Тебе постоянно нужно о ком-то заботиться. Когда твой отец узнал, что у Ладона есть человеческое воплощение, орал так, что стекла дрожали.

— И как ты убедила его, что трагедии не случилось?

Я заинтересованно взглянула на маму, представив, как возмущался папа.

— А толку? Это было уже после подписания, так что он ничего не мог сделать. Ты платье уложила?

— Уложила. Все равно помнется.

— Боишься свадьбы? — Она по-своему истолковала мое волнение.

— И свадьбы. И… того, что после свадьбы.

— Ну, — протянула мама, — в этом я тебе не помощник. Если тебя это тревожит, поговори с ним. По отношению к тебе Ладон ведет себя очень осторожно. Если ты будешь ему доверять, тебе нечего бояться. Без доверия семьи не построишь.

— Ты так быстро изменила свое мнение о нем. О чем вы говорили тогда, в гостинице?

— Ладон сам расскажет тебе позже. Я скажу так — ему необходимо было рассказать мне об этом, чтобы, в случае чего, уберечь тебя.

Мы замолчали, думая о своем. Я — о том, какой странной и в то же время замечательной была мама. И как я жалею, что родила меня не она. Мне хотелось бы быть на нее похожей.

— А потом у вас появятся детки, — улыбнулась она. — Интересно, они смогут превращаться? Тебе понравится быть мамой, это твое. Меня Кайл особенно не спрашивал, хочу ли я быть тебе мамой, пришлось приспосабливаться и привыкать самостоятельно. Ты была такая милая, такая ласковая. Твои детки будут шикарными. Тебе понравится о них заботиться. Особенно купать. Знаешь, это так здорово: держать малыша на руках, когда он еще помещается в двух ладонях, купать в теплой водичке и видеть, как он тебе улыбается.

— Ты так рассказываешь, что мне уже детей хочется.

— Не сомневаюсь, что Ладон тоже не против. Вот бы посмотреть на него с ребенком! Наверное, это забавно. Но вы вдвоем неплохо смотритесь, дети выйдут очень красивыми. А уж если мальчики… недостаток отцовского внимания им не грозит. Как и материнского. Ладно, хорошая моя, отдохни немного перед дорогой. Скоро придет Лирэль, к счастью, она согласилась пожить у нас, пока мы с отцом не вернемся. Я встречу ее, проверю все. Ложиться не буду. А ты поспи.