Позывной: «Варяг». Спасти Севастополь! - Валерий Большаков

США, Калифорния, 9 октября 1945 года

– …Англо-американские самолеты нарушили границу СССР и нанесли бомбовые удары по городам Тбилиси, Ереван, Сочи, Кишинев, Одесса, Николаев, – гремел гневный голос Левитана. – Эти варварские бомбардировки не останутся без ответа. Нашими летчиками в воздушных боях и огнем зенитной артиллерии уничтожено тридцать два самолета…

Челышев слушал сообщение Совинформбюро, замерев, с громко бьющимся сердцем.

Опять! Опять на его страну напал подлый враг! Льется кровь ни в чем не повинных людей, детей и их мам. Доколе?!

Кулаки сжимались сами собой, и не нужно было никаких усилий замполитов, чтобы «накачивать» личный состав – пилоты и сами горели желанием отомстить подлым империалистам, или, как те сами выражаются, – нанести «удар возмездия».

– Суки какие, а?! – кипятился Ткачук. – Возмездие у них! Мы что, Лондон бомбили? Или Нью-Йорк? Одних же вояк охаживали!

– Зато теперь у нас руки развязаны, – криво усмехнулся Егор. – Вот дадут нам приказ бомбить Лондон и Нью-Йорк – сбросим подарочки как надо!

– Турков мы прижали, это хорошо. Оттуда же на Тифлис налетели? А в Одессу, значит, из Румынии пожаловали… Шоб вам ни дна ни покрышки!

Челышев обратил внимание на младшего лейтенанта Шуравина, заменившего погибшего старшину Кибаля, – тот побледнел до синевы и больше всего напоминал рыбу, выброшенную на берег.

– Олег, – сказал Егор, кладя руку на плечо Шуравину.

– Товарищ полковник, – просипел лейтенант. – Бабка у меня в Кишиневе и дядья… А больше и нет никого! Всех в войну поубивало. Что ж теперь, вообще никого у меня не останется?

– Олег, бомба падает как попало, сам знаешь. Так не говори и не думай даже, что твои умерли. Может быть, что их накрыло, а может, что и не зацепило даже, напугало только. Ты вот что… Я поговорю с командиром полка, чтобы отпустил тебя домой дней на десять. Самолетом долетишь быстро, и все станет ясно, как летний день!

Шуравин выдохнул и покачал головой:

– Спасибо, товарищ полковник, но… Нет. Мое место здесь. А то… Ну, не по-мужски это.

– Ну, и правильно. Вот надаем империалистам по сусалам, и – домой! А то подзадержались мы на войне…

* * *

– Внимание! Слушайте боевое задание, – не без торжественности сказал генерал-лейтенант Раков. – Вылетаете на Гавайские острова, там вас дозаправят… Цели – Сан-Франциско, Лос-Анджелес и Сан-Диего!

– Есть!

– По самолетам!

Начальству легко говорить – вылет на Гавайи… Далеко, однако!

Даже если подняться в Японии, то сесть можно на аэродроме острова Мидуэй, а это на пределе – пять тысяч километров. Поэтому Челышев не стал рисковать – свою девятку он повел кружным, но более надежным путем.

Сначала перелетели на остров Иводзима, что к югу от Японии, а уже с него добрались до Мидуэя. Отсюда три часа лету до Гонолулу, и вот они, Гавайи!

Бомбами девятка «Ту-10» затарилась еще в Порт-Артуре, и боеприпас был весьма необычным, объемно-детонирующим. Правда, Ткачук пожалел, что не атомным. Поначалу. Но после, когда увидал, как оно бывает, ежели подорвать бомбу объемного взрыва, стал его горячим сторонником.

Принцип – проще некуда. Бомба опускается на парашюте, на высоте метров десять первый заряд разрывает контейнер с горючей смесью. Та распыляется, за секунды проникая в окна, в окопы, короче, повсюду, и срабатывает второй заряд.

Грохнет так, что закачаешься – в обоих смыслах, и гриб дыма здорово похож на тот, что у атомной бомбы бывает.