Новая Зона. Хозяева Москвы - Светлана Кузнецова

Подняться самостоятельно он не смог, оперся на плечо Дениса. Постоял, балансируя на одной ноге, качнулся и, отпустив свою живую опору, пошел вперед, лишь слегка прихрамывая.

Теперь они шли рядом. Ворон держался чуть впереди, временами опираясь на Дэна. Если бы тот не знал наверняка, то и не догадался, что сталкер ранен и сосредоточен не столько на окружающем, сколько на собственной боли.

– Взаимоотношения с Зоной теперь твое дело, – сказал мужчина сквозь стиснутые зубы. – Постарайся сохранить наши жизни, а я, со своей стороны, сделаю все возможное и не доставлю тебе лишних проблем.

С тех пор они не перебросились и парой фраз. Ворон ограничивался знаками. Поднятая рука означала приказ остановиться и замереть. Кулак и два пальца, образующие латинскую «V» – внимание. А резкий взмах кисти в сторону – лечь на землю. Денис не помнил, разъяснял ли сталкер хоть одно из этих обозначений перед входом в Зону. Он просто интуитивно догадался, что означает каждое из них, и выполнял машинально, не задумываясь, есть ли опасность и откуда надвигается.

Еще сталкер заставлял его петь. Голос у Дэна был довольно посредственный, но он хотя бы не врал мотив. А вот Ворон мог бы вполне зарабатывать себе этим на жизнь, если бы захотел.

ТЦ «Южный», как и предсказывал Дэн, они прошли без осложнений. Эмионик не появлялся и никак не заявлял о своем присутствии. Приземистый белый прямоугольник без окон скрывало марево. Из-за него очертания комплекса размывались. Чем дольше Денис вглядывался в них, тем сильнее ему казалось, будто он видит всего лишь отражение, а не само здание. Почему-то это пугало сильнее, нежели другие порождения новой Москвы, поджидающие неосторожных путников.

Ворон тронул его за локоть, побуждая идти дальше. Денис моргнул, с облегчением переведя дух, покосился на зазывающие искорки «ведьминых огней» и пошел дальше. Через некоторое время он ощутил слабое тепло и улыбнулся. Будто солнце выглянуло на миг из-за туч. Невидимая рука чуть пригладила волосы на затылке…

Денис резко прянул в сторону, потянув за собой опирающегося на его руку сталкера.

– Твою ж мать!.. – прошипел Ворон, валясь на асфальт, извернулся каким-то неимоверным способом и вскинул оружие. В тот же миг он уже стрелял в нечто неясное, почти невидимое.

Дэн только прищурившись сумел рассмотреть это нечто, и то неясно. Внешне оно напоминало мыльный пузырь, если бы тот, конечно, имел не форму шара, а пирамиды с квадратным основанием. От «пузыря» исходило тепло – ненавязчивое и ласковое, словно побуждающее протянуть руку и коснуться. Но, конечно, делать этого не следовало, чем бы ни оказался этот…

Пули ложились аккуратно в центр размытой фигуры, не причиняя той ни малейшего ущерба. За мгновение до соприкосновения они вспыхивали красным, проходили пирамиду насквозь и ударялись в бетонное ограждение, отделяющее одно направление Варшавского шоссе от другого.

– Кстати, что это? – Ворон перестал стрелять, поняв бесполезность этого занятия.

– Не знаю… – прошептал Денис.

– Кто здесь эксперт, черт тебя дери?! – Звук его голоса подействовал будто пощечина или ведро холодной воды, опрокинутое на голову знойным летним днем.

– Артефакт волновой природы. Нематериален. Представляет собой поле или область, притягивающее к себе мелкие частицы пыли и аэрозоли. Плотнее воздуха. Возникает в «иллюзе». Часто воспринимается пораженными аномалией людьми как галлюцинация. Способен к самостоятельному перемещению вне «иллюза», – протараторил Денис подобно студенту на экзамене, тупо зазубрившему ответ, почти не акцентируясь на словах и не понимая их смысла. – Относительно безвреден для человека. Воздействует на мозжечок. Вызывает состояние опьянения и дезориентации. При длительном соприкосновении с артефактом – очень сильный сон или кому. Однако стоит убрать «пузырь», и человек очнется без каких-либо последствий для организма. Возможно использование в медицине в качестве анестезии.

– Надо же, как вовремя, – фыркнул сталкер. Он прищурился и внимательно смотрел на объект. Тот плавно перемещался то влево, то вправо, будто качался на невидимых волнах или несуществующем ветре, но не приближался. – Будь я уверен в тебе настолько, чтобы поручить свое бесчувственное тело, непременно воспользовался бы этой игрушкой.

Дэн задохнулся от гнева и обиды. Конечно, это его первый вход в Зону, и многого он попросту не умеет и не знает. Но аномалии он чувствует! Может ходить по Москве, как в родном клане. С закрытыми глазами! Нет, дело вовсе не в неопытности. Просто сталкер считает его способным на подлость…

– Я не брошу вас в Зоне!.. – зло выпалил Денис. – И если вы не понимаете этого, то зря я вообще пошел с вами!

– Выбор тебе не предоставляли, – заметил сталкер. Голос его звучал спокойно, даже равнодушно, и это бесило Дэна еще больше.

– Можно подумать, это имеет хоть какое-то значение… Можете относиться ко мне как угодно, но я жив только благодаря вам. Для меня это важно!..

– Упаси меня высшие силы от восемнадцатилетних идиотов. – Ворон сплюнул на асфальт и неожиданно расхохотался. – Ты вот сейчас о чем вообще?!

Дэн, уже готовящийся выдать еще одну не менее пафосную фразу, подавился воздухом.

– Так вот, – подождав, пока он перестанет кашлять, продолжил Ворон, – во-первых, еще раз начнешь выкать, больше со мной в Зону не пойдешь. Во-вторых, мне плевать, какие бредни и несуществующие долги чести ты себе выдумал. В конце концов, это меня ни к чему не обязывает. И, в-десятых, я врагу не пожелаю идти по Зоне в одиночку. Она, знаешь ли, слишком любит шутить, и не только с новичками, но и с вполне себе умудренными опытом сталкерами.

– Извини, – буркнул Дэн, все еще злясь.

– Если уж так охота потаскать мое бренное тело, я предоставлю тебе такую возможность, но после того, как выйдем за МКАД. Пока же я смогу держаться и сознания не потеряю, как бы меня ни уговаривали это сделать.

– Я и не…

– Ты-то тут при чем? – Ворон тяжело оперся на его плечо и поднялся. – У меня, конечно, может быть, острый приступ паранойи, но это еще не повод забыть о милых мутировавших детишках.

Денис нахмурился. Сосредоточился, прислушиваясь к себе, но ничего странного или необычного не обнаружил. Он слишком хорошо помнил, как недавно эмионик воздействовал на их группу, но в эмоциональном срыве Дэна, похоже, не было никаких внешних причин. Просто слишком сильны оказывались переживания, когда его не считали за человека и не доверяли.

– Прости… Полагаешь, все дело в эмиониках?

– Мне кажется, они уже продемонстрировали свою заинтересованность. – Ворон тряхнул головой, указывая на возвышающиеся невдалеке многоэтажки. – И пошли уже, мы нашумели здесь достаточно. А ну как кто-то или что-то решит проверить и нагрянуть.