Блудный сын, или Ойкумена: двадцать лет спустя. Кннига 3. Сын Ветра - Генри Лайон Олди

«Что бы я делал, будь я директором антического центра?»

Сейчас Тиран знал, что бы он делал. Он бы из-под земли достал антиса, который согласился бы пройти в Саркофаг. Если Регина Ван Фрассен до сих пор жива... Нет, не так! Даже если она тридцать раз мертва, но в Саркофаге сохранились подтверждения ее смерти, обстоятельства, не имеющие прямого отношения к адъюнкт-генералу Яну Бреслау, — информация, добытая антисом, послужила бы Тирану защитой от Скорпиона. Начальство, разумеется, запретило бы делиться такими секретами с сякконским палачом, но сегодня Тиран почему-то с меньшим уважением относился к запретам начальства, чем вчера.

— Да! Что? Бреслау на связи...

— Включите конфидент-поле, — велел генерал Ван Цвольф.

Тирану померещилось, что он ходит по кругу — во всех смыслах. Повторяясь в точности до первых двух реплик, ситуация грозила превратиться в кошмар. Коснувшись сенсора, он окутался голубоватым коконом.

— Активируйте рамку гиперсвязи, — официальным тоном продолжил Ван Цвольф.

Дождавшись, когда перед Тираном загорится рамка, пока еще пустая, он продолжил:

— Адъюнкт-генерал Бреслау, с вами будет разговаривать имперский наместник Флаций. Рекомендую осознать всю ответственность, которая ложится на вас в связи с этими переговорами.

И уже обычным голосом:

— Держитесь, Бреслау. Не хотел бы я оказаться на вашем месте... Имейте в виду, я останусь на связи. Вы будете видеть меня в сфере и слышать все, что я скажу. Для наместника меня не существует. Разговор ведется с глазу на глаз. Поэтому вы на меня не реагируете. В известном смысле для вас меня тоже не существует. Если я что-то подсказываю, повторяйте это наместнику. Если приказываю, исполняйте в точности, словом или делом. Вы меня поняли?

Хорошенькое дело — «не существует», охнул Тиран. Диктатор-невидимка!

— Так точно, понял!

— Не паясничайте, ситуация не просто серьезная. Ситуация чрезвычайная. Все, включаю связь...

В рамке гипера объявился давешний старик. Лицо заполнило рамку целиком, ястребиный нос, казалось, высунулся наружу. Раздулись ноздри, дрогнули сухие бескровные губы:

— Генерал...

Флаций кивнул. Верней, сделал легкое, почти незаметное движение головой, означающее кивок. Он так приветствует, догадался Тиран. Он повысил меня в звании до полного генерала. Он ничего не делает просто так.

— Наместник...

Ответный кивок был лишь на крохотную долю ниже, чем у Флация. На долю? Нет, на разницу в званиях. С поправкой на коэффициент самоуважения Ларгитаса, флагмана технического прогресса Ойкумены. В этих делах, ниже чином или выше, Ян Бреслау мог поспорить со всеми маршалами галактики.

— Мы внимательно изучили присланную вами запись, генерал. Она убедительна. Она достоверна. Ваш гнев выглядит искренним, ваши слова звучат честно.

— Но? — предположил Тиран.

— Но этого мало. Мы хотим побеседовать с вами лично.

Выдержав паузу, старик уточнил:

— Я хочу. Я, Тит Флаций.

— Бывший представитель Великой Помпилии в Совете Лиги? — не удержался Тиран.

Безмолвный Ван Цвольф, плавая в голосфере, сделал большие глаза. Но Бреслау знал, что делает и что говорит. Годы общения с экспертами, где каждый второй был натуральным психопатом, отточили коммуникабельность Тирана до бритвенной остроты. Если ты подставляешься, важно, чтобы тебе ответили заранее намеченной шпилькой. Это укрепляет доверие и рождает симпатию.