Блудный сын, или Ойкумена: двадцать лет спустя. Кннига 3. Сын Ветра - Генри Лайон Олди

— Рад это слышать. — Особой радости в голосе секретаря не наблюдалось. — Думаю, вам не стоит напоминать о режиме строжайшей секретности?

— Все меры по обеспечению секретности приняты.

В эффективности принятых мер у Бхимасены имелись большие сомнения. Если репортеры о чем-то пронюхали...

— Хорошо. Не забывайте о вашем главном задании. Его величество ждет результатов.

— Я этим занимаюсь круглосуточно. Это мой главный приоритет. Сети заброшены, но мне нужно время.

— Время? Оно, считай, закончилось. Поторопитесь, генерал!

Конфидент-поле исчезло, акуст-линза расточилась в воздухе. Поторопитесь! Интересно, как шри Фиродия себе это представляет? Затребовать скоростной курьер-корвет? Лично прочесывать бездны космоса? А еще лучше — затеряться в этих безднах вслед за Натху, и ищи-свищи!

Мечты, мечты...

На подлете к центру Бхимасена навернул пару кругов, высматривая хвост. Увы, в толчее над городом затерялся бы и дивизион штурмовых всестихийников, не то что какая-то летучая жаба. Плюнув на предосторожности, генерал повел «Шакунталу» на снижение. Армолитовый комплекс походил на укрепленный форт с толстенными стенами-корпусами, четверкой дозорных башен и десятком внутренних построек.

— Профессор Чатурведи ждет нас на крыше Восточного Столпа, — уведомил с заднего сиденья доктор Пурохит. — Там есть посадочная площадка.

Знать бы еще, какой из этих столпов — восточный! К счастью, по солнцу ориентироваться не пришлось. Повинуясь голосовой команде, навигатор аэромоба показал генералу место посадки. Удостоверившись, что вокруг относительно свободно, Бхимасена воззвал к подательнице благ Лакшми и включил генератор камуфляжной иллюзии. Включать его в транспортном потоке было верным способом самоубийства, но и сейчас сохранялась серьезная опасность столкновения.

Береженого и Джаганнатха [10] бережет!

Профессор Чатурведи, надо отдать ему должное, остался невозмутим. Мало кто сохранит спокойствие, когда его накроет камуфляжным полем и прямо перед ним из воздуха материализуется аэромоб.

— Генерал Бхимасена? Рад знакомству.

Рукопожатие профессора было по-мужски крепким, но без мальчишеского желания продемонстрировать силу. Еще не старый — гладкое лицо, черная борода, — жилистый и собранный, профессор сразу расположил генерала к себе. Есть такая порода людей, рядом с которыми повышается настроение.

— Взаимно, профессор. Спасибо за оперативный отклик. Вы нас очень выручили.

— Еще не выручил. Но сделаю все, что в моих силах.

Пропустив вперед Шуклу и Пурохита — доктора вели Мирру под руки, — генерал двинулся замыкающим. Генератор камуфляжа он оставил включенным. Заряда должно было хватить на три с половиной часа.

Лестницы, переходы. Голые стены: пластик, армолит. Светильники холодной плазмы под потолком. Чистота, близкая к стерильности, — как в дорогой клинике. Шлюзовой тамбур санобработки: ультрафиолет, виброгенераторы. Последние за тридцать секунд удалили всю пыль и грязь с одежды и обуви. Еще два этажа вниз. Коридор. Безликая металлопластовая дверь с номером: 372.

— Пришли.

Чатурведи чиркнул ключ-картой по считывающему устройству. Дверь мягко ушла в паз. Первое, что бросилось в глаза Бхимасене, — огромное, во всю стену окно. Благодаря ему лаборатория выглядела на удивление светлой, праздничной.

— Не беспокойтесь, генерал, — понял его сомнения профессор. — Стекло анизотропное и поляризованное. Снаружи ничего разглядеть невозможно: одни блики. Камеры тоже слепит.

— С вами приятно иметь дело. — Бхимасена поклонился. — Думаю, вы уже в курсе и не станете возражать...

— Подписка о неразглашении? Давайте сюда вашу подписку. Рагху, подойди. Прочти и распишись.

Из лабиринта высоких, под потолок, шкафов с оборудованием, соединенных меж собой переплетениями силовых кабелей и волноводов, выбрался молодой человек в светло-зеленом халате: длинном, до пола. Казалось, он весь состоял из этого халата и головы, увенчанной буйным кустом волос. Шевелюра Рагху носила следы долгих попыток окультуривания. Судя по результатам, все попытки потерпели сокрушительное фиаско.

— Мой ассистент, — представил молодого человека профессор. — Отведите госпожу Джутхани в то кресло.

Он наскоро пробежал глазами текст подписки на служебном планшете генерала. Не оборачиваясь, безошибочно указал рукой на кресло. Похоже, он привык делать несколько дел сразу, полностью контролируя обстановку вокруг себя. Бхимасена проникся к профессору острой завистью.

— Да, все в порядке. Стандартное обязательство, я таких сто штук подписал.

Профессор приложил к планшету кончики всех пяти пальцев правой руки, удостоверяя личность, и поставил размашистую подпись электронным карандашом. Рагху текст читать не стал — ткнул в планшет растопыренной пятерней и тоже расписался.

— Итак, приступим. — Чатурведи потер руки в предвкушении. — Для начала — общее обследование. Затем углубленная психоэнергетическая экспертиза. Тесты Вишвамитры — и контрольный съем энергии с диагностикой галлюцинаторного комплекса.

Бхимасена отошел к окну, не желая мешать. Наблюдая за тем, как Рагху облепляет безразличную ко всему Мирру датчиками, а Чатурведи обменивается мнениями с Шуклой и Пурохитом, генерал впервые за последние месяцы ощутил себя не у дел. Непривычное ощущение, отчасти даже приятное, как последняя сигарета перед казнью.

Я плохой руководитель, решил Бхимасена. Будь иначе — так происходило бы изо дня в день. Организовал процесс, поставил задачи — и жди результатов, пока подчиненные трудятся. Нет же, во все лезешь сам, собственной персоной! В армии было проще: приказ — он и на Астлантиде приказ. Получил — выполняй. Отдал — жди исполнения. А тут... Надо лучше подбирать команду. Надо доверять ей. Надо, надо, надо...

Он извлек коммуникатор. Пришли первые ответы от матерей антисов:

«Со мной ничего подобного не происходило».

«Нет, и ваш интерес неуместен!»

«Не понимаю, о чем вы».

«Ничего такого никогда не было».

«Вы что, издеваетесь?! Никогда мне больше не пишите!»

«Нет».

«Что вы там курите?!»

Матерям антисов вторили доктора:

— Вы только посмотрите на эту кривую!

— Ее уровень энергии почти восстановился! А ведь прошло всего...

— И продолжает расти!

— А что вы скажете насчет этих очагов возбуждения?

— Подавленная активность?

— Скорее скрытая.

— Да, вы правы. Вы раньше подобное видели?

— Мне поднять архивные записи, профессор?

— Похоже, ваша методика работает. Но есть любопытные побочные эффекты.