Оружейник - Комбат Найтов

Всё, все приготовления закончены, от «Татьяны Выборгской» отходит шлюпка с самой Таней. Она сидит на баке и прощально машет мне рукой. Подан пар на шпили, звякает толстенная якорь-цепь, шумит вода, подаваемая в клюз. Такие же маневры идут и на других кораблях эскадры. Взлетают флажные сигналы, корабли занимают свои места в ордере и вытягиваются в походную колонну. Севастополя еще нет, но князь Иван сказал, что 3000 семей направлены в Крым на строительство нового города, которому суждено стать столицей Крыма. План строительства мною утвержден. «Здесь будет город заложен, назло надменному соседу!» – Татьяна проследит за его строительством. Так как «государевы люди» переданы мне и Татьяне в вечное пользование, то проблем с людскими ресурсами не стало. Людей на Руси много, и «бабы еще нарожают». С рождаемостью все просто идеально, но детская смертность высокая. А врачей мало, можно сказать, что их практически нет. Первый выпуск медицинского будет через год. Прошли Херсонес и легли на курс 237°, ведущий к Босфору. Командиры подбирают парусность, чтобы следовать одной скоростью. Строй – «клин», наиболее удобный для такого плавания. Корабли, как лебеди на перелете, пересекают море, несмотря на небольшой фордевинд от юго-юго-запада. Чуть уваливаемся под ветер, потом довернем. Князь Иван впервые на таком большом корабле, поэтому засыпает вопросами и меня, и своего сына, который, как курсант, изучал эти корабли. Но главные вопросы впереди. Он их задал на ужине: «Куда идем мы с Пятачком?»

– У меня есть плантации в Америке, им угрожают голландцы. Идем наводить там порядок.

– В Америку? А ты бывал там, государь?

– Ну, а собаки у меня откуда? Из Мексики! – ответил я, поглаживая примостившуюся рядом на стуле Туляшу. Туля удостоилась внимания праправнука основателя Москвы.

– А мы-то думали: откуда такие странные собаки у Святослава. Не, защищать свои поместья – повод законный, а чем голландцы тебя достали? Вроде торговые люди и ничего такого.

– Расползаются по всему миру, как тараканы, из-за идущей у них войны. А вслед за ними и другие тянутся. Мешать начинают. Поэтому и стоит укоротить им ручки. Они такие же татары, как наши крымчаки, не смотри, что в европейские одежды одеты. Работорговцы. Это дело у них поставлено на широкую ногу. За это и карать будем. Ну, и пиратство они поддерживают. Мы договорились с королями Испании и Португалии немного подрезать им крылышки. Дустом их присыпать. Я вообще мечтаю вернуть их Габсбургам. Они Татьяне мешают продавать ее ткани и костюмы.

– Так ведь в России спрос на ткани и одежду очень высокий! Там бы и продавали.

– А у тебя бабы в имениях чем занимаются, князь Иван?

– Хлебы пекут, лен дерут, дитяток ласкают. За скотиной ходят, да мало ли у баб забот!

– А у Татьяны они ткани прядут, одежду делают, 15 миллионов в год чистого дохода приносят. Еще и детей рожают, и за скотиной ходят.

Золотые дублоны запрыгали в глазах у Ивана Владимировича.

– Государь, так надо бы еще такие фактории сделать.

– Надо, но вот пришли вы ко мне, а сделать свои хозяйства так, как сделано у меня, не хотите. Ты моих коров видел?

– Видел! И двух бычков себе купил.

– Не получится, князь Иван, надо брать пары, точнее, одного-двух бычков и штук шестнадцать телок, тогда толк будет. Подождать чуток, и заменить все поголовье. А на полукровках далеко не уедешь. Не будет ни высоких надоев, ни крупного скота. Так и будешь от урожая до урожая с хлеба на квас перебиваться. Не сам, конечно, а твои люди. А много голодные наработают? И кто кормить работяг станет, коли на селе голодуха? Вот ты об этом подумай.

– Да боязно, государь, столько денег сразу выкладывать. Батюшка мне говаривал, что аккуратно надо в новшества вкладываться.

– Ну какое же это новшество? Земли у меня более бедные, Пятина гораздо севернее Москвы, Иванова и Курска, но ты имеешь 50 пудов с десятины в хороший год, а я – триста. А иногда и более.

– Зато у меня картошка лучше растет. – обиделся Иван Владимирович.

– Так картошку ты у меня взял, а на твоих черноземах она, конечно, растет крупнее, чем на моих суглинках. – Тут князь Иван заулыбался, понял наконец, что не подкалывают его, а учат хозяйствовать. – Обрати внимание, князь Иван, людей я у себя полностью освободил и организовал коллективные хозяйства на своих землях. Некоторые хозяйства, у которых дела идут хорошо, землю выкупили, мне только налоги платят, в том числе и земельный, а урожаем сами распоряжаются.

– Деревни у тебя богатые, ничего не скажешь, княже. Я на это еще четыре года назад внимание обратил, что богато люди живут, особо в Князево. Но и сам не бедствуешь! Гляди, какие ладьи, себе на потеху, отгрохал! А ведь немалых денег стоят!

– Не на потеху это, Иван Владимирович. России тоже надо флот строить. Немного разберемся с хозяйством, зерно куда-то девать надо будет. Да и границы стеречь придется. У России должен быть великий флот.

– Ох, где ж денег-то столько взять?

– В болотах, Иван Владимирович, в болотах! Там наше золото закопано. Вот вернемся, и поеду я в Дедовичи завод там закладывать.

– Какой-такой завод, там, кроме клюквы, ничего нет. Ты ж в Бабино что-то копаешь?

– В Бабино – это само собой, это другой завод, но к тому, что в Дедовичах, я его подключу. Просто в Дедовичах завод быстрее встанет, чем в Бабино. Хоть и начнут его позже.