Оружейник - Комбат Найтов

Наследник мне этого не простит, будем ждать ответной реакции. У его отца хватило мозгов в драку не лезть. Ему еще полтора года править. Трон под ним не раз шатался, но он усидел каким-то чудом. Сейчас южные рубежи укрепляет в районе Белгорода, как будто крепости помогут против легкой кавалерии татар. И сильно надеется на активизацию торговли из-за Волго-Балта, он – совладелец канала. Поэтому Соловецкие и пытаются воздействовать на наследника, лоббируют свои интересы. Тульские заводы, открытые в 1635 году выходцем из Голландии Винниусом, составить конкуренцию мне не могут, они, конечно, сняли зависимость России от шведского железа, но не решили самого главного вопроса: отсутствует инженерная школа. У нас же этот вопрос стоит на первом месте, мы с Татьяной львиную часть своего времени проводим в универе, фабзауче и в корпусе, где по ускоренным программам готовим пока узких специалистов. Нашли в городе старых капитанов и кораблестроителей, которые организовали при заводских школах кружки, где изготавливаются модели, дети учатся держать в руках инструменты, пользоваться различными станками. Это позволяет рабочим и работницам не беспокоиться за своих детей и работать с полной отдачей. В Пайлаа, теперешнем Князево, даже детский сад предусмотрели. И набор в университет не зависит от происхождения родителей, вероисповедания и национальности. Учим всех, и второй год работает зимняя программа ликбеза. Ее ведут 60 девочек и мальчиков, которых набрала Татьяна в первую школу. Они учат грамоте, арифметике и гигиене.

Важнейшую роль сейчас имеет небольшая река Шуя, извилистым кольцом пересекающая межозерье от Суоярви к Онежскому озеру. Деревеньки вдоль реки – вольные, и сами присылают челобитные взять под длань, так как Олонецкий погост слаб и малолюден. А основная торговля идет вдоль реки. С дьяком Елагиным у нас «мир-дружба-жвачка», пару раз помогали ему мукой, и народец от него к нам переходит свободно: язык-то один, а он и до Киева доведет. Возрождать могущество Новгорода московским и некогда, и не с руки, поэтому большая часть Новгородского удела уже включена Татьяной в оборот льняного производства. У нас избыток зерна, и мука дешевая, поэтому новгородцам выгоднее производить лен и продавать его нам, чем мучиться с рожью. Большая часть крупных землевладельцев таким образом и поступила, как только образовался стабильный спрос на лен. Это батист мы производить не умели, а крученая нить и ткани из нее изготавливались в больших количествах. А тут еще и хлопок подоспел, из него нить ровнее получается. Тот самый армянин, что у нас зеркала покупает, поставляет и коконы тутового шелкопряда, и нитки у Татьяны идут на шелковой основе. И шелковые ткани замечательно получаются. Обилие цветов пока создать не можем, требуются органические красители, здесь есть проблемы, которые связаны с их поставками из других стран. Но вопрос решаемый, главное – сделано: производство действует, пользуется успехом как у потребителей, так и у работников и работниц. Мастерская, организованная мной в Пайлаа, полностью специализируется на выпуске ткацких и швейных машин, лишь небольшая часть цехов занимается производством быстрорежущего инструмента и электрикой, которую тоже в основном поглощает Татьянина фабрика. Зимой начали перекрывать Шую для строительства еще одной ГЭС, фабрика требует все больше и больше электроэнергии, и тепловыми двигателями уже не обойтись, да и дешевле построить ГЭС, чем тратить драгоценные подшипники на вспомогательные механизмы.

Очень быстро растет швейный цех, который выпускает рабочую одежду, которая пользуется особой популярностью. Есть у Татьяны и «модный салон», там шьются «модели», заказ на которые приходит из Европы. Благодаря проводимой Швецией политики глобального шпионажа, в Выборг потянулось и грамотное население из Германии, которой владеет Швеция, и из самой Швеции. У Усселинкса море работы: вычислить среди переселенцев шпионов и диверсантов. Пока – справляется. Тем более что копают шпионы не в тех местах, а мы подсказывать не собираемся. Зато в университете появились неплохие инженеры-механики, математики и химики из Сорбонны, Левена и других университетов. Здесь же появился и главный «конкурент»: врач, фармацевт и алхимик Иоганн Рудольф Глаубер из Карлштадта. Так что открытие европейцами азотной кислоты немного откладывается. Все они едут через Швецию, проход через Россию закрыт. Одни через Нарву по льду залива, другие через Стокгольм и Турку. Так что университет получил «международное признание». Еще бы толк от этого был!