Пусть всегда будут танки - Максим Хорсун

– Не показалось! – оскалился Верблюд. – Это звенят яйца Антона Левицкого, да продлит Аллах его годы!

Антон заправил рубашку в джинсы, накинул куртку и застегнул молнию до подбородка.

– Как там Бычара? – спросил он.

– А что должно быть с Бычарой-Мычарой? – удивился Верблюд.

– Хлопочет о своем человеке? О Глухаре? – И, видя недоумение танкистов, Антон пояснил: – Его ведь загребли вместе со мной. «Товарищ начальник» так сказал.

Верблюд и Оборотень переглянулись.

– Босс созванивался с Бычарой, – сказал Оборотень. – Расклад такой: Глухарь бежал из Лагуны. Куда? Черт его знает. Бычара предполагает, что к кому-то из нелегалов.

– В воду глядеть не надо – списали Глухаря, – хмуро сказал Антон. – Зачем Глухарю было бежать, когда его контракт должен был завершиться со дня на день?

– Этого мы не знаем, – пожал плечами Оборотень. – Но одно ясно – бежал ли он, или же его грохнули, – в любом случае Глухарь во что-то вляпался.

Антон хмыкнул.

В баре оказалось людно. Совсем недавно закончилась трансляция очередного сражения «Арены смерти», и фанаты все еще не могли успокоиться. Почти за каждым столиком и у стойки шли горячие обсуждения и споры. Когда Антон оказался на пороге, разговоры, как в дурном вестерне, смолкли, и множество глаз просканировали его с головы до мысков ботинок. Антон сделал каменное лицо и двинулся к стойке.

– Сынок, – обратился к нему неопрятный мужичок в ярко-оранжевом, с грязными пятнами комбинезоне, который обычно надевают под скафандр, – модифицирую твои «Сестрички» задаром: всего два грамма гелия-3… – увидев, что Антон собирается пройти мимо, мужик поспешил поправиться: – За полтора грамма!

Но внимание Антона уже привлек молодой человек, видом похожий на офисного менеджера, выскочившего в перерыв пропустить чашечку кофе. «Менеджер» поймал Антона за рукав куртки и спросил:

– На «Осе» или на «Лисе»?

– Чего-чего? – Антон рывком освободил руку.

– Профиль заполнить нужно, – пояснил молодой человек. – Каждый участник «Арены смерти» обязан оставить какую-то информацию о себе и о своем танке. Ставки на тех, кто на «Лисе», – выше. На «Осы» вообще ставят неохотно. Будь в курсе нюансов, подпишись на рассылку нашей фирмы! – И «менеджер» с ловкостью фокусника достал из воздуха визитку и вложил ее Антону в карман.

– Купи заряженную краску! – донимал Антона следующий завсегдатай: белокожий, шишковатый тип, похожий на сильно постаревшего колобка. – Я сам заряжаю! Делаю так, – он повел рукой перед носом Антона, словно джедай, – и краска делает тебя неуязвимым для «Рельсотрона». Сделаю вот так, – «колобок» размахнулся, точно гренадер, – и обеспечиваю защиту от «Магмы». Это не просто пасы какие-нибудь, это – мудры и мое биополе. Все точно как в аптеке, плюс – гарантия…

«Колобок» хотел сказать что-то еще, но бородач в замызганном комбезе от души врезал ему под зад.

– У, бесово отродье! – прогудел бородатый, и Антон узнал в нем отца Александра. – Занимаешься чародейством и стяжательством? У меня под носом? Совсем страх потерял, чернокнижник!

Что-то шипя и совершая судорожные движения руками, «колобок» отпрянул к дверям бара. А танковый гуру подхватил Антона под локоть и подтолкнул к стойке.

Бармен поглядел на танкиста «Дозора» и благодушно прижмурился.

– Добро пожаловать в клуб! – бросил он тихо, а затем поставил на стойку запотевшую кружку. – Для «Арены смерти» – за счет заведения.

Антон хмуро кивнул и подтянул кружку к себе.

– Как тебе, сын мой, «Сестрички»? – поинтересовался отец Александр.

– Сойдет, – сказал Антон и с удовольствием утолил жажду.

– Молодой ты да зеленый, – продолжал бородач. – Так и быть, стану твоим мастером. Задаром модифицирую корпус, и свечка за здравие с меня.

– Я должен этому обрадоваться?

– Вот ты ступаешь на новую стезю, – проговорил, оглядываясь, отец Александр. – На стезю «Арены смерти», и кто-то должен стать твоим пастырем, чтобы уберечь душу твою от диавольских соблазнов, коих будет много. Поверь мне, сын мой, я знаю.

Зазвонил телефон, Антон поглядел на экран и сказал с улыбкой:

– А вот, кстати, и Вера. Легка на помине. – Он зажмурился, как довольный кот, и сказал бархатистым голосом: – Жалуйтесь!

– Есть желание смотать удочки на Землю? – без «здрасте» и вообще без каких-либо прелюдий начала разговор Вера.

– Нет, – выдерживая тон, ответил Антон. – Я только вхожу во вкус.

– А ты и впрямь отморозок, – оценила Вера. – Даже более отмороженный, чем о тебе говорили.

– Да, – протянул Антон, – я польщен. И чем обязан?

– Ты не сдрейфил. Глухарь в тебе не ошибся.

– Хм… – Антон покосился на отца Александра, потом на бармена, который тоже держал ухо востро. – Эта птица еще летает?

– Птица улетела в теплые края, – ответила Вера, – но мы обязательно услышим ее пение снова.

Антон ощущал себя опутанным сетью интриг. И это подстегивало в нем азарт.

– Я сейчас в танкобаре на нулевом уровне, – сказал он. – Составишь мне компанию? Здешнее общество меня пока не сильно радует.

Отец Александр меленько перекрестил рюмку водки, одним махом выпил, занюхал темным от въевшегося мазута кулаком.

– Думаю, скоро у нас появится повод встретиться, – ответила после заминки Вера. – Если не оплошаешь на «Арене», я обязательно напишу о тебе в блоге.

– А Великая Разностная Машина благоволит мне? – поспешно спросил Антон, но Вера уже отключилась.

– Есть в тебе искра божья, – продолжил разговор, словно он и не прерывался, отец Александр. – Потому и вожусь с тобой, как с маленьким. С другим отроком, по глупости и гордыне засобиравшимся на «Арену смерти», я бы и разговаривать не стал.

– Хорошо, что ты делаешь это не из-за моего деда, – сказал Антон, на что танковый мастер лукаво улыбнулся. Антон понял, что и тут старик причастен каким-то боком. – Знаешь, батя, – обратился он тогда к бородачу, – мне иногда кажется, будто мой дед – какой-то дон Корлеоне, спрут, который запустил щупальца во все, что только встречается мне в жизни, и руководит-руководит-руководит. – Антон подергал перед лицом отца Александра рукой так, словно на нее была надета кукла-перчатка.

– Это ты зря, сын мой. – Отец Александр повел бровью, и бармен мгновенно поставил перед ним полную, с мениском, рюмку. – Дедушка никогда бы не одобрил твое участие в «Арене смерти».

– Вот именно. – Снова зазвонил телефон, Антон выдернул двумя пальцами из кармана «трубу». – Хоть что-то сделаю ему назло…

Отец Александр со вздохом покачал головой.

На сей раз звонил командир.

– Лева, прохлаждаешься? – манерным, «противным» голосом, не сулящим проштрафившемуся бойцу ничего хорошего, осведомился Босс. Сколько раз мужики предупреждали: будет говорить с ними в таком тоне – потребуют у «Дозора» заменить командира. – Снова в самоволку подался?