Пусть всегда будут танки - Максим Хорсун

Пожилой и лысый человек в скромном костюме – пиджак был надет на свитер – представился ведущим менеджером отдела кадровой чистоты и корпоративной лояльности. Антон никогда не слышал о таком раньше. Хотя какие только отделы эти акулы бюрократии не придумывают, чтобы раздуть штат и посадить своих людей на «теплые» места.

– Моя фамилия Апазов, – сообщил менеджер.

– Рад за вас, – холодно кивнул Антон.

– Не в вашем положении дерзить, – заметил лысый.

Антон скрестил на груди руки – в одной майке было прохладно.

– Понимаете, – начал он, – я слышал уже много раз: кто ты такой без танка? Вылезай из кабины и покажи, кто ты есть на самом деле!

Лысый наморщил лоб, а Антон продолжил:

– Но дело в том, что танкист, сидящий в кабине, и танкист вне танка – один и тот же человек. И это следует учитывать, дабы не попутать рамсы. Если у меня не тонка кишка идти против превосходящих сил конкурентов, причем в условиях Луны, когда я даже не смогу сбежать из машины, если станет совсем горячо, то какой-то лысый хрен в аквариуме, – он кивнул в сторону зеркала, – меня уж точно не испугает. Давайте лучше зададимся вопросом: кто вы без нас? Без бойцов частных военных компаний, без наемников, берегущих ваши жирные задницы за несоизмеримо малые по сравнению с риском для жизни бабки?

– Э-э… – протянул Апазов.

– Поэтому, – Антон поежился, – давай быстрее перейдем к извинениям с вашей стороны за причиненные мне неудобства, а то у вас холодно. Вот простужусь я, не смогу сесть в кабину – тебя засунут в танк вместо меня, будешь знать…

– Узнаю-узнаю: дедулин нрав, – отчего-то обрадовался Апазов.

Антон разочарованно опустил руки.

– Ну, вообще! Я тут монологи произношу, как Чацкий или Гамлет, а все аплодисменты срывает мой дедуля, который последние лет десять толком из квартиры не выходит. В чем его фишка, господин Апазов?

Однако менеджер не пожелал продолжать эту тему.

– Игорь Шульгин, позывной Глухарь, подозревается в торговле нашими секретами с конкурентами, – произнес он с расстановкой. – В частности – с «Селеннафтагазом». Что ты об этом знаешь?

– Ничего, – развел руками Антон. – С какой стати я должен это знать? Но я уверен, что с «Салонафтагазом» Глухарь бы стопудово отказался сотрудничать.

– Почему? – снова наморщил лоб Апазов.

– Все знают, что брат Глухаря погиб в бою с «Салонафтагазом».

Менеджер хмыкнул.

– Мы позаботились, чтоб сложилось такое мнение. Виктор Шульгин, позывной Уксус, уничтожен при попытке передать агентам «Селеннафтагаза» некий технический узел. Мне неизвестно, что именно он хотел продать, – Апазов поскреб ногтем по полировке столешницы, – да мне это и не нужно… Меньше знаешь, крепче спишь – так ведь?

– Кем уничтожен? – не понял Антон.

Менеджер улыбнулся и потер рукавом лысину.

– Кто-то из своих порешил Витьку? – сообразил Антон. – Вот те раз…

– А вот тебе – два, как говорится. Потерял Глухарь верного подельника, но нужна была ему еще одна пара глаз, пара рук и так далее… Пусть не столь надежная и ладная, какую обеспечивал покойный братец, а такая, какой и пожертвовать не жалко, какой-нибудь лох махровый, только прибывший с Земли, которого можно на пальцах развести при помощи незамысловатых побасенок. – Апазов заглянул Антону в глаза: – Ты понимаешь, что тебя использовали или хотели использовать, братец? Глухарь бы улизнул на Землю, а ты – расхлебывал здесь.

Антон фыркнул.

– Нет, не понимаю, о чем ты. Мы с Глухарем всего лишь погоняли на «Лисах» по заброшенной «песочнице» за Лагуной.

– Да ну? – Апазов делано изумился.

– У меня когда-то был «Лис», – принялся заливать Антон, – но его сожгли в Рио. И я давно подумываю насчет участия в «Арене смерти», и вот – почему бы не на «Лисе»? Тем более что у Глухаря имелась лишняя машина. Это было мое личное время, я, конечно, покинул город без разрешения, но только ради того, чтобы без лишних вопросов подготовиться к игре.

– То есть вы тренировались?

– Да, – кивнул Антон. – Мне нужно привыкнуть к ходу «Лиса» на лунном рельефе.

– И ты слишком крут и дерзок, чтобы уведомлять о своих намерениях службу безопасности корпорации? Типа, что хочешь – то и делаешь?

– Я и есть, – Антон ткнул себя в грудь, – безопасность корпорации. Я рискую жизнью, а не какие-нибудь кабинетные крысы.

– Ладно. А тебя не смущает, что Глухарь сейчас находится в соседней комнате для допросов и сливает тебя без зазрения совести?

Антон криво усмехнулся и мотнул головой.

– Ладно-ладно. – Апазов выставил перед собой ладони, словно хотел защититься. – Глухарь контактировал с агентами корпораций-конкурентов?

– Я не знаю, – ответил Антон. – При мне он ни с кем подозрительным не контактировал. Хотя ребята из его роты – еще те калачи. Ты Чебуратора видел? Весь в татуировках, крайне подозрительная морда.

– А кто такая Вера Максимова? – Апазов положил перед собой визитку, позаимствованную из квартиры танкиста.

– О, она – любовь всей моей жизни! – рассмеялся Антон. – Обязательно скажу ей об этом, если только когда-нибудь она снизойдет до встречи.

– Да уж. – Апазов сухо кашлянул, а потом добавил нечто совсем непонятное: – Великая Разностная Машина «Арены смерти» выбирает самых достойных танкистов.

Он выбрался из-за стола, со скрипом отодвинув стул.

– Ладно. Пусть начальство решает, что с тобой делать, Левицкий.

– Погоди!

Апазов удивленно поглядел на Антона.

– А при чем в натуре мой дед?

Взгляд менеджера неожиданно смягчился и потеплел. Эта метаморфоза была столь неожиданной для Антона, что он даже вспотел.

– Каждый, кто работает в космосе, знает и чтит первопроходцев, – ответил Апазов.

– Да какой он первопроходец! – вспылил Антон. – Он задницы от кресла не оторвал за всю жизнь! Пороха не нюхал!

– Поколение айфонов и танкосимов… – вздохнул, с сожалением глядя на Антона, Апазов. Затем повернулся на каблуках и вышел.

Примерно через час за Антоном пришли Оборотень и Бульдозер. Охрана отпустила танкиста, а Апазов по телефону сообщил, что подозрения снимаются.

– У-у, пся крев! – погрозил кулаком мобильнику Оборотень.

– Слушай, а ты правда решил участвовать в «Траках смерти»? – спросил Антона Верблюд.

Антон переодевался в нормальную одежку и в ответ только неопределенно буркнул, но Верблюд понял это по-своему.

– Ну ты вообще! – Он хлопнул Антона по плечу. – Черт! Настоящий мужчина!

– Ага, – поддакнул Оборотень и поинтересовался у Верблюда: – Мне показалось, или я услышал какой-то звон?