Системная ошибка - Дмитрий Заваров

Кот вдруг нагнулся, заглядывая в окно. Я обернулся. На автомобильной стоянке, слегка припудренной туманом, появились наши гости. Действительно, дети: паренек и девочка, оба одеты в какие-то разноцветные комбинезоны, с ранцами за плечами. Идущий за ними боец походил на конвоира. Навстречу из избушки с гномиком вышел кто-то из наших.

Ребята довольно бодро шагали, с любопытством оглядываясь по сторонам. Мне показалось странным, что они нисколько не опасаются взрослых мужиков, зачем-то поселившихся в заброшенном пионерлагере. Может быть, они не знают, что лагерь заброшен? Если заблудились, значит местные. А если местные, должны знать.

И тут мы встретились с девочкой взглядами. Курносое лицо с большими глазами, русые хвостики торчат из-под берета. Обычная такая девочка… Но присутствовало в ее движении что-то механическое: крутила головой, как локатором, и вдруг будто цель захватила. Или показалось?

Мысль эту я додумать не успел: девочка помахала мне рукой, потом сдернула рюкзак, вытащила пистолет и выстрелила в голову идущему ей навстречу мужику.

– Ёб..! – подавился за спиной Врач.

– Ты что! – крикнул сопровождающий детей боец.

Он метнулся к девочке и вырвал у нее пистолет, выглядело это, как будто отобрал у непослушного ребенка запрещенный предмет. Но за его спиной мальчик уже тянул из рюкзака еще один ствол…

– Скат!!! – заорал Кот, высовываясь из окна до пояса.

Поздно, второй выстрел прозвучал также сухо, и голова Ската взорвалась фонтаном брызг.

– Ах ты ж! – прохрипел Кот.

Он в свою очередь выхватил пистолет, но выстрелить ему я не дал, не задумываясь, ударил по запястью, и пуля ушла в землю.

– Какого… – скрипнув зубами, Кот замахнулся.

И я от всей души отвесил ему по морде. Он отлетел назад, ударился об оконный наличник, а поднявшийся Врач завершил дело мощным пинком, Кот вылетел из окна и покатился по склону.

Снова раздались выстрелы, я резко обернулся: дети палили по тем, кто выскочил из домика на звук выстрелов. Матерясь, ребята залегли за деревьями. Я тоже упал на землю, мимоходом взвыв от боли в ноге. Ствол уже был в руке, но я ясно осознавал: по детям стрелять не смогу. А они стояли посреди поляны, держа пистолеты наготове. И в который раз за эти дни меня накрыло ощущение нереальности происходящего. Как кино какое-то прокручивают…

Вот из тумана проявляется темная фигура. Она сзади налетает на детей и, захватив в охапку, валит их на землю. Я начинаю подниматься, но тут со стороны ворот муть пронизывают два острых световых конуса. Свет дергается, мечется из стороны в сторону – автомобильные фары! Лучи бьют насквозь, очищая от тумана машины, деревья, домики…

Глухо и торопливо кашляют выстрелы. Знакомая музыка – «Печенег». Крыша соседнего дома взрывается грудой длинных щепок. А в тумане уже рыскает, приближаясь, еще одна пара фар и еще. Грохот, скрежет, треск: одна из пуль попадает прямо в живот Ленину, гипс разлетается белой трухой, торс вождя неспешно запрокидывается назад на нитках арматурного каркаса, рука задает новое направление – на небо. Символично.

– Принимай! – кричит вверху Врач.

И на меня валится полудохлое тело Медбрата. Вслед за ним выпрыгивает Полина. Ильич кубарем вылетает с крыльца.

– Сваливайте! – кричит он на бегу. – Ребята прикроют.

Очередь с треском прошивает наш домик по диагонали. Врач!!! Но с ним все в порядке: полосатая фигура на четвереньках выкатывается из-за угла.

Хлопок – и прожектора гаснут, на их месте расцветает неряшливый сноп огня. Сидящий в классической позе гранатометчика боец отбрасывает дымящийся тубус.

– Бросить оружие! – ревет на весь лес свирепый приказ.

Снова он! Прапор! Падла, наверное, их несколько, невозможно так везде успевать.

– Подгоняй тачку! – подползший Врач сует мне ключи.

– Где она?

– Сзади дома!

Точно, вспомнил. Забирали же вчера из багажника выпивку. Прыгаю под избушку, она стоит на невысоких столбиках, как раз можно проползти. Снова огнем вспыхивает вывихнутая нога, но я не обращаю внимания – некогда. Полина у крыльца садит куда-то из короткого автомата. Наши уже вовсю ввязались в бой, отвечают дружно и слаженно.

– Последний раз повторяю!!! – орет невидимый Прапор.

– В жопу иди! – шепчу выползая из-под дома.

Вот она, машина. «Паджеро». Ильич расщедрился для Врача по старой дружбе. Завожу, выруливаю за угол, под прикрытие стен. Хотя какое это прикрытие…

Почти ползком возвращаюсь обратно. С деревьев сыпятся ветки, трещат расщепляемые выстрелами стволы. Полина набивает опустевший магазин.

– Валить надо! – дергаю ее за плечо.

– Отходим, – кивает она.

Врач уже пинает к нам Медбрата: тот, ничего не соображая, мотает всклокоченной башкой, пытается встать, но Врач постоянно опрокидывает его на землю, заставляя передвигаться ползком.

– Помоги! – просит Полина, показывая на валяющегося под откосом Кота.

– Оставь урода здесь! – предлагаю я.

– Это мой брат, – отвечает она.

Мы подхватываем бесчувственное тело и кое-как затаскиваем за угол. Врач уже за рулем, Медбрат, по-совиному хлопая глазами, наблюдает за нами с заднего сиденья. Стекла в его двери нет, и похожие на град осколки густо покрывают землю. Уже от кого-то прилетело, понимаю я, попутно отметив продолговатую дырку в крыше автомобиля.

Кот неудобен своими раскинутыми конечностями. Перестрелка то накатывает, то смолкает, как шум прибоя. В нашу сторону практически не достает, и это радует. Сбоку снова раздается характерный хлопок, и где-то там, у ворот, грохает разрыв.

– В багажник! – решаю я.

Мы кое-как заталкиваем Кота в багажник, я пинком убираю мешающую руку и захлопываю крышку. Полина уже на переднем кресле. Распахиваю дверь, отталкиваю пахнущего перегаром Медбрата.

– Погнали! – сам себе командует Врач.

Инерция вжимает в сидение. Незакрытая дверь хлопает о дерево и ударяет меня по больной ноге! Реву в голос.

– Попало? – перегибается ко мне Полина.

– Дверью! – успокаиваю я ее.

А машина скачет, нас мотает по всему салону, как шарики в погремушке. И я уже совсем перестаю реагировать на боль. Упираюсь рукой в крышу, другой отталкиваю наваливающегося на меня Медбрата. Интересно, что там видит Врач? По капоту барабанят кусты, периодически из тумана набрасываются деревья, но Врач всегда в последний момент умудряется уворачиваться. Куда он едет? А! Тут вроде была дорога вдоль берега. Но если сейчас на нее не выйдем, точно разобьемся.

Перестрелка потихоньку отдаляется. И мотает уже не так сильно. Не успеваю это отметить, как левым крылом влетаем в дерево. Хруст – по касательной. И внезапно впереди появляется та самая дорога.