Станция Одиннадцать - Эмили Сент-Джон Мандел

Август говорил, что в бесконечном количестве вселенных обязательно должна быть та, где не было пандемии, а он сумел стать физиком. Или где пандемия случилась, но у вируса оказалась немного другая структура, и это крошечное изменение позволило людям пережить болезнь, так что цивилизация не исчезла столь внезапно и жестоко. Именно это они и обсуждали, устроившись на насыпи поздним днем, чтобы отдохнуть и полистать журналы, которые Кирстен прихватила из дома.

– В альтернативной вселенной, – произнес Август, – ты могла сама оказаться на фотографии в таблоиде. А это не одна из жен твоего актера?

– Хм?

Кирстен забрала у него журнал. Действительно. На снимке третья жена Артура Линдера, Лидия, ходила по магазинам Нью-Йорка в туфлях на высоченном каблуке и с дюжиной пакетов с покупками. Пандемия настигнет Северную Америку меньше чем через месяц. Находка была любопытной, однако не настолько, чтобы добавить ее в коллекцию.

В последнем журнале Кирстен обнаружила еще одну бывшую жену Линдера. На фотографии женщина сорока лет, в низко надвинутой шапке, хмуро глядела в объектив, покидая здание.

Разжигаем былую страсть?

Ну здравствуй, Миранда! Миранда Кэрролл, руководитель судоходной компании и первая жена актера Артура Линдера, была замечена у служебного входа театра в Торонто, где Линдер играет в постановке «Короля Лира». По сообщению очевидца, они провели около часа в гримерной Линдера наедине! «Мы все были слегка удивлены», – комментирует очевидец.

– Кажется, я была там, – задумалась Кирстен. – По крайней мере я могла быть в здании в то же время.

За Мирандой виднелись стальная дверь и каменная стена. Проходила ли сквозь эти двери сама Кирстен?.. Наверняка, думала она.

Август с интересом разглядывал фото.

– Помнишь ее там?

Книжка-раскраска, запах карандашей, голос Артура, теплая комната с красным ковром, свет ламп. Был ли третий человек? Кирстен не могла сказать точно.

– Нет, не помню, – ответила она и оторвала кусок страницы с фотографией и подписью.

– Посмотри на дату. Две недели до апокалипсиса!

В остальных журналах не было ничего интересного. Впрочем, последняя находка полностью удовлетворила Кирстен. Они с Августом оставили два журнала для растопки, а остальные три закопали под листвой.

– Ты могла бы сама оказаться на такой фотографии. – Август снова вернулся к теме разговора. – В том смысле, что ты там и есть, в параллельной вселенной, где не было катастрофы.

– Я все еще считаю, что ты сам выдумал эту теорию, – произнесла Кирстен.

Август не знал, что, разглядывая коллекцию фотографий, она пыталась вообразить свою жизнь в другой вселенной. Как это – входить в комнату, щелкнуть выключателем и все озарится светом. Оставлять мусор в пакетах у обочины, чтобы их забросили в грузовик и увезли в какое-то далекое невидимое место. Звать полицию в случае опасности. Открывать кран, откуда льется горячая вода. Поднимать трубку или нажимать кнопку телефона, чтобы поговорить с любым человеком. Что вся информация хранится в Интернете, а он везде, вокруг тебя, кружит в воздухе, словно пыльца на летнем ветерке. Что есть деньги, кусочки бумаги, которые можно обменять на что угодно – дома, лодки, идеальные зубы. Что есть стоматологи. Кирстен представляла, как сейчас где-то протекает эта жизнь. Как в комнате с кондиционером просыпается еще одна Кирстен, которой приснился кошмар, что она бродит по пустынной местности.

– Параллельная вселенная, где возможны космические путешествия, – проговорил Август.

Они уже с десяток лет играли в эту игру. Сейчас они лежали на спине, разомлев от жары. Ветерок шевелил березовые ветви, солнце подсвечивало зеленую листву. Кирстен закрыла глаза. Силуэты, отпечатавшиеся на сетчатке, медленно померкли.

– Космические путешествия и так возможны. Я видела снимки.

Рука сама собой потянулась к шраму на скуле. Если существуют лучшие вселенные, то должны быть и более страшные. Вселенные, где Кирстен помнит первый год на дороге, например, или откуда взялся этот шрам, или где она потеряла больше чем два зуба.

– Мы добрались только к вон той серой луне, – сказал Август. – А я говорил о путешествиях, которые показывают в сериалах, типа других галактик, планет.

– Как в моих комиксах?

– Они странные. Я скорее имел в виду «Стартрек».

– Параллельная вселенная, где мои комиксы реальны, – произнесла Кирстен.

– В смысле?

– Я говорю о вселенной, где мы поднялись на Станцию Одиннадцать и улетели прежде, чем все кончилось.

– Ничего не кончилось, все продолжается. Но неважно. Ты хотела бы жить на Станции Одиннадцать?

– Мне кажется, там красиво. Все эти острова и мосты…

– Там ведь постоянно ночь или сумерки, да?

– Какая разница?

– А мне этот мир больше нравится. На Станции Одиннадцать разве есть оркестр? Или мне пришлось бы в одиночку стоять на камнях в темноте и играть на скрипке для огромных морских коньков?

– Ладно, тогда вселенная, где зубы лечат лучше, чем здесь.

– А ты высоко метишь.

– Если бы у тебя зубов не хватало, ты понял бы, куда я мечу.

– Справедливо. Жаль, что у тебя беда с зубами.

– Вселенная, где у меня нет татуировок с ножами.

– Я тоже хотел бы там жить, – согласился Август. – Вселенная, где Саид и Дитер не исчезли.

– Вселенная, где работают телефоны, чтобы мы могли просто позвонить и спросить, где «Симфония», и встретиться с ними.

Они помолчали, глядя на листву.

– Мы их найдем, – произнесла Кирстен, – мы снова встретимся.

Но, конечно, откуда им было знать.

Они спустились с чемоданами с насыпи. К сумеркам дорога свернула обратно к песчано-галечному берегу и впереди показались первые дома Северн-Сити. Лес кончился, между дорогой и озером виднелись лишь молодые березы. Газоны давным-давно заросли, а сами дома почти скрылись за лозой и кустарниками.

– Не хочу никуда лезть ночью, – сказал Август.

Они наугад выбрали дом, побродили по заднему двору и, наконец, разбили лагерь за сараем. Есть было нечего. Август отправился на разведку и принес немного черники.

– Я подежурю первой, – вызвалась Кирстен.

Она села на свой чемодан, прислонившись спиной к стене, и стиснула нож. Над травой сновали светлячки. Через дорогу шумела вода. В листве шелестел ветер. Захлопали крылья, раздался писк грызуна – сова настигла свою жертву.

– Помнишь человека, которого мы встретили на заправке? – спросил Август. Кирстен думала, что он уже спит.

– Конечно. А что?

– У него был шрам. – Август сел. – Я вдруг понял, откуда он взялся.