Станция Одиннадцать - Эмили Сент-Джон Мандел

И два облачка текста:

Доктор Одиннадцать: Каково это – умереть?

Капитан Лонаган: Как проснуться ото сна.

55

Ясным сентябрьским утром «Дорожная симфония» покинула аэропорт. Они провели там пять недель, отдыхали и чинили повозки, через вечер показывали шекспировские пьесы и устраивали концерты. После ухода труппы многим стало не хватать театральных представлений и оркестровой музыки. В тот день Гаррет мурлыкал под нос Бранденбургский концерт, работая в огороде, Долорес тихонько шептала строки Шекспира, подметая полы залов ожидания, а дети фехтовали палками, как мечами. Кларк, удалившись в музей, смахнул пыль с экспонатов. Он думал о том, как «Симфония» с их Шекспиром, музыкой и оружием удаляется прочь.

Вчера Кирстен отдала Кларку один из своих выпусков «Доктора Одиннадцать». Ей было больно с ним расставаться, но «Симфония» собиралась пройти по неизведанным землям, и Кирстен хотела спасти хотя бы этот экземпляр, если в дороге вдруг случится беда.

«Насколько я знаю, вы намерены идти совершенно безопасным путем, – сказал ей Кларк. Дирижера он заверил в этом еще несколько дней тому назад. – Оттуда иногда приходят торговцы».

«Но мы там никогда не были, – отозвалась Кирстен, и если бы Кларк не успел узнать эту девушку поближе за недели, когда «Симфония» жила в зале «А», он не сумел бы уловить в ее голосе волнение. Кирстен ужасно хотелось увидеть далекий южный город с электросетью. – А когда снова заглянем к вам, я заберу этот выпуск и оставлю другой. Так хотя бы один из них всегда будет в безопасности».

Ранним вечером, наконец избавив драгоценные экспонаты от пыли и усевшись в любимое кресло, Кларк при свече читает о приключениях доктора Одиннадцать.

Его внимание привлекает сцена со званым ужином на станции. Она кажется ему знакомой. Женщина в очках с квадратной оправой вспоминает о жизни на Земле: «До войны я путешествовала по миру, – говорит она. – Я немного пожила в Чешской Республике, знаете, в городе под названием Пра-аха…» К глазам Кларка тут же подступают слезы, ведь он сразу узнает тот званый ужин, он там был, он помнит эту женщину, ее очки и пафос. Сидящий рядом с ней мужчина слегка похож на самого Кларка. Светловолосая женщина на противоположном краю стола – несомненно Элизабет Колтон, а мужчина позади нее, в тенях, немного смахивает на Артура. Когда-то Кларк сидел с ними всеми за столом, под светом ламп, в Лос-Анджелесе. На странице не хватает только Миранды, ее стул занимает доктор Одиннадцать.

В комиксе доктор сидит, скрестив руки на груди и забывшись в собственных мыслях. В воспоминаниях Кларка официанты разливают вино по бокалам, и он вдруг проникается любовью к ним ко всем: к официантам, хозяевам дома, гостям, даже к Артуру с его возмутительным поведением, даже к его адвокату с оранжевым загаром, к женщине, которая говорит «Праха» вместо «Прага», к собачке, подглядывающей из-за стекла. Элизабет разглядывает свой бокал вина. В воспоминаниях Миранда извиняется и выходит из-за стола, а Кларк наблюдает, как она выскальзывает из дома в ночь. Кларку любопытно, он хочет узнать Миранду получше, поэтому говорит остальным, что пойдет покурить, и следует за ней. Что стало с Мирандой потом?.. Он давным-давно о ней не вспоминал. Все эти призраки… Точно, Миранда стала работать в сфере грузоперевозок.

Подняв взгляд, Кларк смотрит на площадку, где люди занимаются вечерними делами, где стоят самолеты, уже двадцать лет прикованные к земле. В стекле отражается мерцающая свеча. Кларк не надеется застать миг, когда аэропланы вновь поднимутся ввысь, но вдруг где-то уже отправляются в плавание корабли? Если снова появляются города с уличными фонарями, то что еще может быть в этом просыпающемся от спячки мире? Вдруг суда уже сейчас пускаются в путь в эти края или, наоборот, прочь от здешних берегов, и управляют ими моряки с картами и знанием звездного неба, влекомые нуждой или же обычным любопытством – что же стало со странами на другом конце света? Как бы то ни было, Кларку нравится представлять, как корабли плывут по воде к невидимым берегам другого мира.