Питомник богов - Владимир Ешкилев

Зрители закричали, одобряя манёвр золотоволосой любимицы Второго флота. Но не успела Тенна перегруппироваться после нырка, как клонка развернулась и послала в спину сопернице колющий удар. Той повезло: лезвие скользнуло по лопатке, оставив лишь неглубокий порез. Наместница приподнялась со своего трона и отогнула большой палец правой руки в знак восхищения.

В модуль вошла Гвен Вей. Никто не заметил появления баронессы, все смотрели на арену, туда, где Тенна, отпрыгивая, словно пантера, отбивала серию размашистых сильных ударов. На грунтовой пол капали кровь и пот сражающихся девушек. Один из выпадов Бурги пробил защиту, и на площадку упала часть уха капитан-лейтенанта Ферфакс. Зал охнул, дочь судьи закусила от боли губу. На клонку было страшно смотреть. Её ноздри раздулись, губы растянулись, открывая животный оскал острых клыков на тёмных дёснах. В хищном азарте Бурга высунула язык, пробитый стальными кольцами.

– Браво! – крикнула Гвен.

Зрители недоумённо обернулись на этот крик. Но уже в следующее мгновение радостно завопили: меч Тенны пробил левую ногу клонки. Это был великолепный выпад и точный удар. Атлетическое тело блондинки напряглось, нисходящее движение подчеркнуло экономную, отточенную красоту её длинных ног. Но Бурга использовала секундную открытость соперницы. Она ударила Тенну коленом, развернулась с замахом и, утробно ухнув, отсекла ей голову. Зал замер. Отрубленная голова покатилась по площадке, заметая её окровавленным хвостом золотых волос. Фонтан крови окатил Бургу. Окровавленная, она стояла над обезглавленным телом рождённой, как обретшее плоть адское наваждение. Клонка повернулась лицом к наместнице, поклонилась и недрогнувшей рукой глубоко вспорола себе живот. Лиловый ком кишок рухнул на мёртвое тело Тенны. Наместница улыбнулась.

Судья Ферфакс побелел, Джилин застыл, выпучив непонимающие глаза. Командующий нахмурился, а Фатима с криком кинулась на арену.

– Эти бойцовые клоны – дикие существа, – громко произнесла наместница. – Никогда не выполняют ограничивающих приказов.

– Кто-то ответит за это, – внятно произнёс судья. – Это было убийство. Клонке приказали убить мою дочь.

– Что за бред! Будьте мужчиной, Ферфакс, – осадила его Унно. – Вы офицер, и ваша дочь была офицером. Долг воина – умереть.

– Умереть, да! В бою за Империю, а не в цирке! – закричал судья. Он бросился бы на Унно, но «пауки» наместницы преградили ему дорогу. В грудь Ферфакса упёрлось дуло парализатора. От калечащего удара судью отделяло одно движение.

– Это неправильно, – веско произнёс командующий. – Молодая девушка… Так погибнуть…

– Я сочувствую судье, но извините, адмирал-командор, правильно или неправильно – решать арбитру, – в глазах наместницы блеснуло что-то шкодное. Похоже, старуха забавлялась. – И что нам скажет наш арбитр?

– Бой был честным, – без колебаний определил капитан «Сарматии». – Ограничения на удары не оговаривались, леди Тенна при трёх свидетелях согласилась драться на боевых мечах без чехлов. Удар был смертельным. В боях клонов, господа, так часто бывает.

– Но не в боях людей, – судья твёрдым шагом направился к телу дочери. – Это чистой воды убийство. Задуманное убийство имперского офицера. Я буду требовать независимого расследования.

– Требуйте, это ваше право, Ферфакс. Идёмте отсюда, сенатор, – предложила наместница Рехинальдеру.

Она поднялась и во главе свиты отправилась к шлюзу. Грозные киборги раздвинули толпу, открывая дорогу Унно. Сенатор двинулся за ней, покачивая седой головой. Породистое, с благородно очерченным подбородком, лицо Рехинальдера было непроницаемо, и только биение тонкой жилки над бровью выдавало крайнюю степень его напряжения. Зрители взглядами молча провожали процессию лордов. Джилин посмотрел на неподвижного сурового командующего и тоже остался сидеть в кресле. На арене рыдала Фатима.

Проходя мимо Вей, наместница подмигнула баронессе.