Головоломка - Владимир Кучеренко

Подтянутая осанка, огромный рост, бугры мышц, короткий ежик волос с полоской проседи, бычья шея, живописно разукрашенный шрамами фейс, цепкие немигающие глаза и зычный командный бас. Если бы не трехдневная щетина и «зоновские» перстни-татуировки, я бы вообще подумал, что этот колоритный персонаж – военный. Какой-нибудь подполковник в отставке. Тем более и ник у хумана подходящий – «Воевода».

Однако веселые (и совсем без «наезда») нотки в голосе и лукавый прищур «дедушки Ильича» сводили на нет все устрашающие составляющие в образе данного типа.

– Конечно, не хотелось бы стать похожей на тебя, – тонко намекнул я на изувеченную морду незваного гостя. – Однако я буду больше жалеть, если не отведаю всю эту виртуальную кухню.

– Бу-га-га! А ты шутница! – громко рассмеялся мужик, заставляя испуганно вздрогнуть условно больных неписей за соседними столиками.

– Да и нужно же хоть чем-то компенсировать минусы от воскрешения в этой дурацкой зоне, – продолжал я объяснять причину своего аппетита не по летам.

– В первый раз в больнице? – догадался Воевода.

– Угу. И, надеюсь, в последний, – кивнул я.

– А что так?

– Как что?! Кроме того, что тут неплохо кормят, все остальное – чистейшее убийство времени! Десять часов коту под хвост! – посетовал я.

– Не обижайся, но сразу видно, что ты нубка.

– Разве только я? А что же тогда других, более опытных игроков тут не наблюдается?

– Потому что мы в относительно мирной локации. Здесь народ нечасто умирает. Но вблизи тех районов, где ведутся боевые действия, особенно между игроками топовых уровней, госпиталя переполнены.

– А при чем тут игроки топовых уровней? – непонимающе нахмурился я.

– Хорошо, объясню подрастающему поколению, в чем соль, – сделал одолжение Воевода.

– Спасибо, – заранее поблагодарил я и приготовился слушать.

Геймер принялся загибать татуированные пальцы:

– Во-первых, когда ты восстанавливаешься в больнице, то не теряешь набранный на текущем левеле опыт…

Только теперь я заметил, что и впрямь экспы у меня столько же, как и было до убийства. Что ж, согласен, десяток сброшенных процентов хай эдак сто плюс может и не набить за проведенное на кушетке время.

– Во-вторых, бесплатный ночлег и еда. Хотя для «стариков» это как раз не актуально. А вот для вечно голодного молодняка от двадцати до тридцати, уже покинувшего учебные заведения, но еще не накопившего на собственное жилье или приличную гостиницу, очень неплохой способ сэкономить.

Возможно, и так. Это сейчас я на всем готовеньком, а как окончу школу, почувствую все прелести взрослой жизни.

– А «в-третьих» имеется? – уточнил я.

– Конечно! То, что полезно для всех без исключения, – хороший двенадцатичасовой бафф!

– Бафф? – перепросил я.

– Да. Так что не спеши глотать порцию витаминок, которую тебе вручат при выписке. Лучше спрячь пилюли под языком, а потом вынь и используй, когда действительно понадобится.

– Ух ты, спасибо большое еще раз! – поблагодарил я. – А то я уже зареклась сюда попадать. Но после нашего разговора беру свои слова обратно.

– Не за что, это все в гайдах[61]есть.

– Да их все не перечитаешь.

Воевода улыбнулся:

– На дочь ты мою сейчас похожа. Она точно так же говорила, когда между нами возникал спорный момент: «Ты был прав, папочка. После нашего разговора беру свои слова обратно». Тебя случайно не Маринкой зовут?

Ах, так вот почему он подсел ко мне!

– Нет, не Маринка, – покачал я головой. – А ей тоже семь лет?

– Девять, – показал Воевода одну растопыренную пятерню и ладонь с подогнутым большим пальцем, затем с грустью добавил: – Было бы.

Секунду назад взведенный как пружина, здоровяк резко обмяк.

Мне вдруг стало очень неудобно выдавать себя за девочку. Но я все же удержался от признания и тихонько произнес:

– С Мариной что-то плохое случилось?

– Да, – хрипло отозвался мужчина, пряча в пол мокрые глаза. – Шесть лет назад в автомобильной аварии.

– Соболезную, – тяжело вздохнул я и тоже отвел взгляд, дабы не смущать плачущего мужчину.

– Обдолбленный сыночек местного князька с компанией таких же богатеньких сосунков выскочил на красный свет и прямо нам в правую бочину, – продолжал дальше изливать душу собеседник. – У них джип с кенгурятником, а у нас тольяттинское корыто. Дочка и жена сразу насмерть. А мне только морду раскроило!

Пусть выговорится. Он, наверное, долго держал в себе, прятал в дальний уголок сознания, а тут я некстати нарисовался. Вот и прорвало.

– Их наказали? – спросил я, искренне надеясь не услышать историю о том, что с мажоров преступление стекло как с гуся вода. Такое частенько случается – адвокаты докажут, что ребята ехали с положенной скоростью и на зеленый светофор. А по результатам экспертизы выяснится, что ангелочки не то что не наркоманили, но даже шампанское на Новый год не пригубляли.

– Да… Я наказал! Прям на перекрестке приговорил того ублюдка, что за рулем сидел. Остальных в реанимации откачали. Понимаешь, я как увидел своих, сразу крышу сорвало. Это тогда, кстати, клок у меня седой и выполз на черепушке. Мгновенно.

Я сглотнул, попутно осознавая, что наверняка облик чара игрок полностью скопировал с себя.

– И что потом?

– Потом суд и тюрьма. Пять лет строгача. Но это еще повезло. Папик того сучонка рвал и метал. Грозил сгноить, требовал пожизненного. Сослуживцы мои подключились: справки о ранениях, ордена-медали мои показали. Короче, на состояние аффекта контуженого морпеха многое списали.

Ого-го! Все-таки я угадал о военном прошлом!

– На нарах просидел всего четыре года. За хорошее поведение чуток скосили. После освобождения сначала забухал по-черному. А потом как-то племянник подсунул мне диск с игрой. С тех пор почти безвылазно здесь. Полтора года уже. Эх, забывать о горе начал, а тут ты.

– Мне жаль, что растеребила вашу рану, – пискнул я.

– Ничего. Ты же не виновата. Наоборот, спасибо, что напомнила о дочке. Можно, я буду называть тебя Маринкой?

Я пожал плечами: