Вандал. Книга 2. Призрак Карфагена - Андрей Посняков

Варварам, похоже, с непривычки было жутковато плыть, не видя берегов.

А если вдруг буря? Куда тогда денешься? К разгневанным демонам в пасть?

— Нам везет с погодой, — ухмыльнулся Саша. — Слава богам. Ну? Не надоело еще бездельничать? Кто хочет меня сменить?

— Сменить? — Варвары снова переглянулись. — Вот так, вдруг, стать кормчим? Тем более без берегов…

— Я хочу попробовать! Можно?

Черт! Про девушку все забыли, а она никуда не делась. Вот выбралась из каюты, насмешливо стреляя глазами. В короткой тунике, темноволосая…

— Что ж, иди сюда, Гита. И вы тоже слушайте, когда буду объяснять. Нас мало, а для управления парусником каждый человек важен. Посмотрите: вот румпель, он привязан к рулевому веслу. И когда парус стоит ровно поперек, румпель нужно держать прямо. А если мы потянем за левый шкот — во-он за ту веревочку, римляне называют шкоты «ногами» или «ногами паруса», — тогда и кормчий должен соответственно повернуть румпель, иначе судно на хорошем ветру запросто может опрокинуться.

Парни слушали внимательно, то и дело качали головами: не думали, что управлять парусником так сложно. Целая паука, оказывается! Ну а как же? Весел-то нет.

— Поняли? Славно. Тогда слушайте дальше. Рей… надеюсь, все знают, что такое рей? Ну слава богам… Так вот, при штормовой погоде нужно тянуть во-он за те веревки — брасы и гитовы, парус зарифить, рей спустить до половины мачты, а при необходимости и полностью. Так, теперь давайте потренируемся: попробуем быстро спустить, а затем поднять парус.

Как и предполагал Александр, с командой особых проблем не возникло, — гауты были морским народом и плавали не только на веслах, но и под парусами, только вот опыта кормчего ни у кого не было. Что ж, вполне поправимое дело.

Доверив Гите руль и выставив на вахту Рутбальда, хевдинг в сопровождении остальных членов экипажа тщательно осмотрел судно.

Насчет пресной воды, слава богам, волноваться не приходилось. Имелись две дубовые бочки и три большие амфоры да две дюжины амфор поменьше, с вином. На три-четыре дня вполне хватит, а потом можно будет запастись водой на берегу, так что смерть от жажды путникам не грозила.

Иное дело — еда! То ли продукты еще не успели погрузить, то ли купец Валентин рассчитывал пополнить запасы провизии по пути, но только, кроме засохшего куска хлеба и чашки соленых оливок, ни в трюме, ни в каюте, ни на камбузе ничего не было. Зато имелись соль и оливковое масло, последнее — в избытке.

— Ничего, сейчас наловим рыбы! — азартно потер руки Гислольд. — Я видел на носу снасти.

Парни тут же схватили сель, забросили с кормы и немного погодя вытащили приличный улов. На сутки уж точно хвалит! Тем более что было на чем готовить и, главное, имелась соль.

Тем не менее варвары были разочарованы.

— Да-а, — вытряхнув на палубу несколько увесистых рыбин (треска, макрель, окунь), расстроенно протянул Фредегар. — Видать, не рыбные здесь места.

Саша закашлялся: ну ничего себе, не рыбные! Нашим бы рыбакам так…

Ах, хорошая тресочка, жирная! Такую как следует приготовить…

— Гислольд, Фредегар, разжигайте очаг! Оффа, братец, смени на румпеле Гиту…

— Я приготовлю рыбу! — обрадовалась девушка.

Александр ухмыльнулся:

— Ты почисти, а приготовлю я сам!

Ух, как он любил готовить, прямо был сам не свой. Вот сейчас чувствовал, как дрожат руки. Еще бы приправ, пряностей… Жаль, их здесь нет. Хотя почему нет? Надо поискать.

Саша пошарил на камбузе, дожидаясь, когда почистят рыбу. Приправы обнаружились в нише возле тщательно обмазанного глиной очага. Сушеный укроп, имбирь, кориандр, мята. Хорошо! Можно дать волю кулинарной фантазии! Тем более рыба-то какая, рыба! Что и говорить, качественный продукт.

Взяв разделочный нож, молодой человек вмиг распластал рыбу на тоненькие аккуратные куски, поставил на очаг сковородку, плеснул масла… Ах, какой аромат пошел по всему судну! Даже Оффа на румпеле облизнулся, не говоря уже об остальных. Успели парни проголодаться.

Солнце уже садилось, протянув по синим волнам ломкую оранжевую дорожку, когда соратники наконец сели ужинать прямо на палубе. Гита расстелила на досках добытый в капитанской каюте кусок ткани, там же, в сундуках, нашлась и посуда — большое серебряное блюдо, братина, кубки и чаши.

— Ну-с. — Александр поднял наполненный терпким тарасконским вином кубок. — Выпьем же за удачу, за благоволение богов!

Славное оказалось вино! И вкусная рыбка: жареная до корочки, но вместе с тем нежная, сочная.

Парни жадно ели ее прямо с костями, то и дело облизывая жирные пальцы.

Отнесли и Гислольду, сменившему на румпеле Оффу, и вахтенному Фредегару на бак.

— Отменная рыбка, отменная! — нахваливал Лошадиная Челюсть. — Никогда такой не ел.

Гита молча улыбалась, поглаживая довольно мурлыкающего кота, да время от времени подливала вина из кувшина. Пили запросто, без затей — неразбавленное.

— Вахтенным больше не наливай, Гита… ну, тем парням. Вот сменятся, тогда уж пусть пьют.

Насытившись, Оффа и Рутбальд откинулись и захрапели прямо на палубе.

Гита хозяйственно прибрала остатки пиршества и улыбнулась, одарив хевдинга дерзким взглядом:

— Идем, мой господин. Я провожу тебя в каюту.

— Это же для тебя! Я могу и…

— Идем…

В принципе, молодой человек ожидал, что это рано или поздно случится. Вот и случилось: едва оба зашли в узенькую каюту, как девушка, обернувшись, обвила Сашу руками и крепко поцеловала в губы.

Ах, какое гибкое у нее оказалось тело! Какой животик, не плоский, чуть пухленький, а какая восхитительная грудь! Большая, упругая, с крупными, быстро твердеющими сосками…

Сорвав с девчонки тунику, Александр целовал все подряд: грудь, плечи, губы, пупок…

Тяжело дыша, Гита распростерлась на ложе:

— О, господин мой…

Уже снявший с себя всю одежду Саша лег на девушку сверху, чувствуя, как крепенькие соски приятно щекочут ему грудь, как все тело охватывает волшебная нега, как жаркие поцелуи, прикосновение шелковистой кожи вызывают в голове ядерный взрыв…

— О, господин мой… Ах…

~~~

Александр зря опасался шторма. Нужно было ожидать несколько иную угрозу, которая последовала уже на следующий день.

Гита! О, как смотрели на нее истосковавшиеся по женской ласке варвары! Только уважение к ими же выбранному вождю сдерживало их инстинкты, да и то было неясно — надолго ли? Скорее всего, нет.

Как хороший командир не позволяет солдатам бездельничать, так и Саша сразу же нагрузил свою «дружину» делами. Отыскав плотницкий инструмент, соратники, как могли, замаскировали корабль: где-то пустили фальшборт, где-то, наоборот, сгладили, пытаясь сделать силуэт судна менее узнаваемым. Статую полуголой сирены на носу корабля заменили вырезанным из деревянного бруса дельфином, покрасив его остатками лазуритовой краски. Ведь судно теперь называлось «Голубой дельфин», как татуировка на пояснице у Кати.