Метро 2035: Питер - Шимун Врочек

– Так. – Иван помолчал. – Что еще?

– Американцы пробовали применить химоружие во время Корейской войны… Провал.

– Еще?

Профессор задумался.

– Серия экспериментов американского разведывательного управления под названием МК-УЛЬТРА. Они ставили целью контроль над людьми. Ученые работали сразу по нескольким направлениям: промывание мозгов, психологические пытки, электрошок, психохирургия, стирание памяти, электронные устройства контроля над поведением человека – потом это обозначили термином «психотроника»… Одним из направлений было исследование возможности применения препаратов типа ЛСД-25 для изменения личности человека. Повышение внушаемости и прочее. ЛСД распылили на протяжении ста двадцати километров, накрыв населенный пункт. Какой-то американский городок. Конечно, людей никто не предупреждал… Не знаю, чем закончился эксперимент, честно говоря. Как-то не особо копал эту тему. Но подозреваю, что этот город, если считать его базой вероятного противника, вряд ли мог после распыления оказать сколько-нибудь серьезное сопротивление. ЛСД не обязательно вдыхать или пить. Теоретически он может впитываться и через кожу.

– То есть…

– Не такая уж бредовая идея, Иван, – сказал Водяник. – Не буду касаться этики… Но ведь мы как раз хотим уменьшить возможные жертвы… Верно?

Иван помолчал. С этой точки зрения он проблему еще не рассматривал.

– Примерно так.

– Это интересно, – сказал Проф. Запустил пальцы в бороду, подергал, словно хотел оторвать. – Очень интересно.

Иван посмотрел на Водяника. Все-таки в каждом ученом живет мальчишка, выдергивающий ноги у кузнечика, чтобы посмотреть, как тот будет после этого прыгать.

Ученые-изуверы двигают науку куда эффективней, чем ученые-миротворцы.

* * *

Они бежали по туннелю, каждую секунду ожидая, что вслед им начнут стрелять.

Иван споткнулся, начал падать – Пашка мгновенно сориентировался, поймал его за рукав.

Сколько времени понадобится бордюрщикам, чтобы понять, что станция пуста?

«Маяк» остался позади – кроваво-красный, зловещий, точно залитый свежей кровью. И разграбленный. Даже часть ламп из светового карниза они сняли.

Теперь на станции царил полумрак.

И дым. Иван с командой отняли и подожгли запасы курительной травы у адмиральцев. Генерал своих до того выдрессировал, что никто и не пикнул. Молодец. Все-таки свою военную машину за эти две недели генерал создал. Хорошо это или плохо, непонятно. Но сделал.

Сейчас важно другое: дым, запах, полумрак – все для того, чтобы спрятать распыление фиолетовой субстанции.

Диггеры добежали до блокпоста. Здесь нужно задержать бордюрщиков до момента, когда будет время перейти в наступление.

Если мы все сделали правильно, время придет – Иван посмотрел на часы – через четыре часа. К этому времени бордюрщики осмелеют и займут покинутую станцию. По таймеру сработают и начнут распылять фиолетовую пыль баллоны.

Действие фиолетового ЛСД длится примерно двенадцать часов, самый пик – часа через три после употребления. К моменту нашего контрнаступления бордюрщики должны быть благостны, дезориентированы и не способны совершать действий сложнее почесывания носа, и то при полной концентрации воли. Посмотрим.

Будем держать кулаки, чтобы выгорело.

Они добрались до блокпоста, заняли места за пехотой адмиральцев. Иван огляделся. Слабый свет налобника высвечивал толстые неповоротливые фигуры в сферических шлемах с забралами. Таких бойцов Иван еще не видел. Бронежилеты, автоматы с подствольными гранатометами. У всех нашивки «серый кулак» на рукавах. Один товарищ сидел, а за спиной у него был цинковый бак. Сильный запах горючего не мешал солдату с аппетитом жевать лепешку.

– Огнемет, – кивнул Сазонов на солдата. – Распыляет керосин под давлением и поджигает. Убойная штука.

Иван промолчал. Вот как дело оборачивается. Огнеметы запретили в метро давно, еще во времена Саддама.

Круто генерал взялся.

Настоящая война.

– Ван, перекусишь? – Пашка всунул ему в руки котелок – каша с грибами, судя по запаху. Иван хотел отказаться, но потом решил, что еда поможет убить время. «Четыре часа – да у меня крыша поедет, пока буду ждать!» Иван покачал головой. А не выгорит «план Меркулова» – и что, в бой пойдут эти красавцы в спецназовских шлемах и с огнеметами?

Приятная перспектива.

Идите к черту.

Он вынул из сапога завернутую в тряпицу алюминиевую ложку. Верой и правдой она служила Ивану еще с тех времен, когда он только пришел на «Василеостровскую». Каша чуть подгорела и отдавала дымком, но все равно была вкусная.

Ложка заскребла по металлу.

Закончив, Иван попросил чаю. Дядя Евпат говорил, что до настоящего чая этому суррогату – как из питерского метро до Москвы, но что делать. В жестяных ваккумных упаковках чай сохранился в супермаркетах, в закрытых складах. Тот, что не сильно фонил, брали. Но на свой страх и риск. Впрочем, рак горла – это фигня по сравнению с голодом.

Основные запасы на поверхности разграблены еще в голодные годы. Тогда диггеры и сталкеры работали каждую ночь. Да и не диггеры пытались – в основном погибали, конечно.

Иван отхлебнул из кружки и закашлялся. «Горячий, черт».

Взгляд на часы. Прошло всего двадцать минут.

Н-да. Иван вздохнул.

Нет ничего хуже ожидания. Тут чокнуться можно.

* * *

В момент X газ под давлением распространился с помощью вентиляционных систем «Маяковской» по всей станции.

Спустя два часа после момента X силы Альянса перешли в наступление. Они обнаружили, что большая часть бордюрщиков не способна сопротивляться, но вот оставшиеся дрались до конца. Они были в противогазах, потому и удержались на ногах. Несколько бойцов воевали в черных морских бушлатах. Эти сопротивлялись особенно упорно.

Тяжелая пехота адмиральцев зажала их тупик и перебила всех до единого. Вспышки огнеметов. Вонь от сгоревших трупов заполнила туннели…

* * *

Василеостровцы загнали в межлинейник последний маленький отряд бордюрщиков.

– Мы сдаемся! – крикнули оттуда. – Не стреляйте!

Сазонов посмотрел на Ивана. Что мол, будем делать? Газ еще остался?

Иван кивнул: нормально все. Сазонов стянул противогаз, выпрямился, сложил ладони рупором:

– Бросай оружие! Выходи с поднятыми руками!

К ногам Сазонова, заскрежетав по граниту, вылетел 103-й «костыль». Вслед за ним полетели еще стволы.

Иван стянул противогаз с мокрого лица.

Все было кончено.

«Маяковская» и «Восстание» сдались на милость победителей.