Защитник. Рука закона - Ларри Нивен

Она быстро вскинула голову:

— Это что-то означает?

— Так звали капитана «Летучего голландца». Я специально проверил. Вы знаете эту легенду?

— Нет.

— Это случилось очень давно, когда торговые корабли плавали в океане под парусами, используя силу ветра. Капитан Вандервеккен пытался обогнуть мыс Доброй Надежды во время сильного шторма. И он дал богохульную клятву, что сделает это, даже если ему придется плыть против ветра до самого Судного дня. В штормовую погоду моряки и по сей день видят порой этот корабль, все еще пытающийся подобраться к мысу. Иногда капитан останавливает проходящие суда и просит передать письма домой.

Она неуверенно рассмеялась:

— Кому он может писать?

— Не знаю. Возможно, Вечному жиду. Существуют разные версии легенды. Одни говорят, что капитан убил свою жену и уплыл в море от полиции. Другие утверждают, что убийство произошло на борту корабля. Судя по всему, эта легенда очень нравится писателям, и они часто пересказывают ее в романах. Кроме того, есть древний плоский фильм и еще более древняя опера, и… Помните ту песню, что пели туристы у костра: «Я мог остаться там навеки, но сумел сбежать от Вандервеккена…»

— А, «Хвастливая песня».

— Во всех вариантах есть одна общая черта: бессмертный человек, обреченный вечно плавать в море.

У Элис Джордан округлились глаза.

— Что такое? — спросил он.

— Джек Бреннан.

— Бреннан? Да, припоминаю. Тот самый человек, что ел корни на корабле Пак. Считается, что он давно умер.

— Считается. — Ее взгляд сосредоточился на витках информационной ленты, лежавшей на столе. — Рой, мне нужно закончить кое-какие дела. Вы остановились в «Паласе»?

— Разумеется. Это ведь единственный отель в Уоринг-Сити.

— Я зайду за вами в шесть часов. Вам в любом случае понадобится гид, чтобы привести в хороший ресторан.

Для единственного в городе отеля «Палас» был просто превосходным заведением. Персонал оставлял желать лучшего, зато вся механика — оборудование в ванной комнате, уборщики и официанты — была близка к идеалу. Похоже, поясники относились к своим механизмам так бережно, словно от этого зависела их жизнь.

Восточная стена отеля располагалась в трех метрах от самого купола. Изящные панорамные окна защищали большие прямоугольные экраны, автоматически закрывавшиеся при ярком солнечном свете. Сейчас они были открыты, и Трусдейл смотрел сквозь стекло на скромный купол Андерсон-Сити, спускающийся за горизонт, — такой же неровный и близкий, каким он видится с вершины горы. Однако с какой земной вершины ни посмотри — нигде звезды не выглядят настолько яркими, как здесь. Ему впервые довелось увидеть Вселенную так близко, что казалось, он мог бы дотронуться рукой до звезд.

Номер в отеле обошелся в немалую сумму. Трусдейл еще не привык тратить деньги без внутреннего содрогания.

Он принял душ. Это было довольно забавно. Теплая вода текла очень медленно и норовила задержаться на теле, словно застывая на нем. Здесь были и боковые отверстия с толстой струей, и верхние распылители с тонкими, как иголки, струйками. Отголосок прежних времен, когда здесь велись масштабные и дорогостоящие разработки породы, богатой гидратами. Именно в то время образовалась глубокая впадина, в которой размещался Андерсон-Сити. Но ядерная энергия была дешевой, а воду, однажды полученную, можно было очищать и использовать снова, до бесконечности.

Выйдя из душа, он обнаружил посылку. Информационный терминал возле стола выдал ему несколько томов размером с телефонную книгу в родном Сан-Диего, отпечатанных так, что содержание можно было стереть после отъезда гостя. Должно быть, все это прислала Элис Джордан. Он бегло перелистывал страницы, пока не добрался до воспоминаний Николаса Сола, и тут уже начал читать внимательно. Глава, посвященная кораблю Пак, находилась ближе к концу книги.

Когда он закончил, по его спине пробежал холодок. Ник Сол некогда занимал пост Первого спикера Пояса… И дураком, конечно же, не был. «Следует помнить, — писал Сол, — что его интеллект превосходит наш. Возможно, он задумал нечто такое, чего я сам не в состоянии представить».

Но каким же изобретательным должен быть человек, чтобы справиться с такой проблемой, как отсутствие запасов пищи на корабле?

Он взялся за следующую книгу…

Элис Джордан пришла на десять минут раньше. Прямо с порога она посмотрела на информационный терминал:

— Значит, вы уже все получили. Отлично. И что вы успели прочитать?

— Воспоминания Ника Сола. Учебник по физиологии расы Пак. Еще я просмотрел книгу Грейва про эволюцию. Он настаивает, что многие растения были завезены к нам из мира Пак.

— Вы плоскоземелец. Что вы сами об этом думаете?

— Я не биолог. И еще я пропустил раздел, где говорится об исследованиях на базе «Олимп». Меня действительно не интересует, почему гравитационный поляризатор больше не работает.

Она присела на край кровати. На ней были свободные брюки и блузка — неподходящий, на взгляд Трусдейла, костюм для ужина. Впрочем, он и не ожидал, что она будет в юбке, учитывая малую силу тяжести на Весте.

— Я считаю, что это Бреннан, — сказала она.

— Я тоже.

— Но он должен был погибнуть без запасов пищи.

— У него был еще одноместник, прикрепленный к буксировочному тросу. Даже двести лет назад кухня одноместника вполне могла прокормить его долгое время, разве не так? Ему нужны были корни. Возможно, он что-то прихватил с собой из грузового отсека, и что-то еще наверняка оставалось на корабле Пак. Но как только он съест последние корни, он обречен.

— И все же вы считаете, что он жив. Я тоже так думаю. Давайте послушаем ваши доводы.

Трусдейл помедлил минуту, приводя мысли в порядок.

— Летучий голландец. Вандервеккен. Человек, обреченный на вечное проклятие. Все это слишком точно ему подходит.

Она кивнула:

— Что еще?

— Э-э-э… похищения… И то, что он возвращает нас обратно. Даже рискуя быть пойманным, все равно возвращает. Слишком заботливый для чужака, слишком могущественный для человека. Кто остается?

— Бреннан.

— А еще копия Стоунхенджа. — Он рассказал ей эту историю. — Я думал о ней с тех самых пор, как только вы упомянули Бреннана. Знаете, как я это себе представляю? Бреннан провел много времени в грузовом отсеке рядом с гравитационным поляризатором. Возможно, он разгадал принцип его работы, усовершенствовал и изобрел гравитационный генератор. А потом решил поиграть с ним.

— Поиграть. И опять вы правы. Сверхзнание должно казаться ему новой игрушкой.

— Возможно, он устраивал и другие розыгрыши.

— Верно, — согласилась она чересчур многозначительно.