Я все снесу, милый - Марина Кистяева

– Это так ты встречаешь старинного приятеля? Спишь без задних ног?

Ешкин кот!

Она проснулась или голос преследует ее во сне?

– М-да, и запах перегара ощущается довольно сильно, – кто-то старательно имитировал брюзжание.

Зоя открыла один глаз и попыталась сфокусироваться на комнате.

Никого.

– Дан, это ты? – простонала, чувствуя, что голова раскалывается. Стоит повернуть в другую сторону – и все, случится маленькое землетрясение.

Вроде бы и выпила вчера не так много. Или сказывается уже ставшее привычным недосыпание.

– Я. – Если бы дан обладал телесной оболочкой, его рот наверняка расплылся бы в улыбке.

Утро начиналось не так уж и плохо!

Зоя перевернулась на спину, не рискнув проводить дальнейшие эксперименты по открыванию глаз.

– То есть, Затейник, ты по мне соскучился и чудесным образом вмонтировался в эту виллу?

– А до меня дошли другие разговоры. Что некой девушке Зое требуется мое неусыпное присутствие.

Губы Зои дрогнули.

– Это кто ж тебе так бессовестно наврал? – она не собиралась сдавать позиций с раннего утра.

– О! Зоя, многоуважаемый мрасс никогда не врет.

Девушка замерла.

– Ты серьезно?

– Абсолютно.

– Ты мне эту информацию скажи ближе к вечеру, ладно?

– Когда ты будешь более адекватной?

– Затейник, ты только что назвал себя старинным приятелем… Не заставляй меня менять мнение.

Зоя, неприлично ворча и издавая кряхтение, умудрилась перевернуться на живот и накрыть голову подушкой. Она больше не пьет. Особенно на ночь. Особенно с мрассом. Что она ему вчера наговорила? Вспоминать было страшно.

И спала в его кровати.

Господи…

Пожалуйста… Пожалуйста, пусть будут частью сна те смутные воспоминания, что ночью ее кто-то нежно обнимал.

И что самое провокационное – ей не снились кошмары. С чем это связано? С тем, что напилась или…

– Мне требуется ванная, – пробормотала Зоя, сама себе напоминая страуса, прячущего голову в песок.

– Тебе требуется лекарство от похмелья. Стоит на прикроватном столике. Разведено и налито в стакан.

Зоя медленно повернула голову в указанном направлении. Так и есть. Стакан с розоватой жидкостью. Кто о ней позаботился? Домработница, получившая четкие указания?

Сердце отчего-то тревожно сжалось. Предчувствие скорых перемен блудливой змейкой заползло в душу. Не любила она перемены. В последнее время ни к чему хорошему они не приводили. Кто-то постоянно за нее решал, как жить, не принимая во внимание ее желания и стремления.

Зоя заставила себя подняться и выпить напиток. Отказываться – глупо. Не собирается же она строить из себя жертву и мучиться весь день от головной боли?

Надо же было вчера так напиться!

– Затейник, я в ванную, – сказала она и на нетвердых ногах направилась в смежную комнату, не задумываясь о том, что это сугубо мужская территория.

Вошла и застыла. Развернулась и сразу же вышла.

– Перепутала малость? – съехидничал робот.

– Дан, я уже начинаю жалеть, что хотела тебя слышать, – проворчала Зоя, направляясь к себе.

Через час она снова чувствовала себя человеком. Все, с сегодняшнего дня сухой закон! Однозначно. Плюс, как бы Зоя ни пыжилась и ни брыкалась, Юлиан рано или поздно затащит ее в постель. Да и «затащит» – неверное слово. И «рано» больше соответствует правде, чем «поздно». И что делать ей – непонятно. А раз она окажется в постели Варшавского, то и беременность не за горами. Предохраняться никто не позволит. Употреблять спиртное, когда вероятность забеременеть близка, – неразумно.

– Как самочувствие? – Голос Юлиана, неслышно вошедшего в комнату, заставил вздрогнуть.

Она стояла у окна и смотрела в никуда.

– Спасибо, благодаря чьим-то стараниям значительно лучше, – пробормотала Зоя, поворачиваясь к нему и чувствуя, как краска стыда заливает щеки. При свете дня ее вчерашняя выходка казалась еще более абсурдной.

Мрасс выглядел безупречно. Впрочем, как всегда. Гладко выбрит. Свеж. На шортах и тенниске ни единой складки. Интересно, это тоже особенность мрассов – спать по нескольку часов в день, но при этом выглядеть так, точно только и делаешь, что отдыхаешь?

– Вижу, – голос Юлиана звучал нейтрально. Но Зоя все равно была наготове. Не может он без насмешек. Сейчас по-любому прокомментирует ее вчерашний запой.

Она ошиблась.

– Как твоя рука? – Почему-то диалог давался с трудом.

Варшавский раскрыл ладонь, показывая, что от пореза не осталось даже шрамика.

– Новые технологии, – сказал он, опережая ее вопрос. – Итак, готова к новому дню?

Что-то новенькое – интересоваться ее мнением.

– Смотря что предложишь, – настороженно ответила Зоя, присматриваясь к нему. В чем подвох?

– Я могу предложить многое. Но начну, пожалуй, с ночного происшествия.

Все-таки дождалась. Сразу нахохлилась, как попавший под дождь воробей.

– А что ночью было не так? Посидели, поговорили. Ничего сверхъестественного.

– Ты так считаешь? – требовательный взгляд серых глаз не отрывался от ее лица.

Зоя постаралась как можно беззаботнее пожать плечами.

Не получилось.

Движения выходили скованными. Да и актриса из нее всегда была не ахти.

– Конечно.

– А мне понравилось.

Зоя растерянно моргнула. Ей сейчас послышалось?

– Понравилось распивать вино, сидя на полу?

– Не самый плохой вариант. А еще понравился бартер – откровенность за откровенность. Продолжим?

Зоя облизнула пересохшие губы. Сильно захотелось пить. И что ей отвечать на вопрос мрасса? Что она не хочет? А смысл? Ну, продолжит играть в молчанку, вспомнив о гордости и о сумасшедших планах, которым не суждено осуществиться. Дальше-то что? Вражда и непонимание с мрассом?