Я все снесу, милый - Марина Кистяева

– С вами все в порядке? – От Веры не укрылось ее состояние.

– Зоя? – это уже Варшавский.

Девушка быстро кивнула.

– Да, все хорошо, – улыбка получилась натянутой.

– Точно?

– Юлиан, не настаивай. Ну что же мы стоим на крыльце? Проходите в дом!

Вера понравилась Зое сразу. Эта женщина умела располагать к себе людей. Открытая улыбка, лучезарный взгляд, неторопливые жесты. Такие люди не прячут камня за пазухой. И говорят правду в глаза.

Тем труднее было Зое. Почему? Она и сама не знала. Просто чувствовала – ноги одеревенели, голова затуманилась, и все правильные доброжелательные слова испарились.

– Юлиан, ты ко мне надолго? – поинтересовалась Вера, провожая их в прохладный холл.

– Смотря как встретишь.

– О! Встречу хорошо, можешь не сомневаться! Когда я тебя видела в последний раз? Даже не припомню, – женщина поцокала языком, на что Юлиан рассмеялся, запрокинув голову.

– И после этих слов ты спрашиваешь, в кого я пошел? И спрашиваешь: есть ли у меня совесть?! Вера, да я был у тебя в прошлом месяце!

– Долго! Долго тебя не было!

Зоя наблюдала за ними, и постепенно напряжение отступало. И правда, что это она насупилась? Расчувствовалась, позавидовала… Наоборот, радоваться надо, что у кого-то есть семья. Значит, в этом мире не все так безнадежно, как ей казалось. Более того, Варшавский специально сделал акцент на том, что Вера – бывшая ширас. И он называет ее матерью! Он с ней общается!

Есть повод для размышлений.

Основательных.

Сейчас же не время и не место. Зато появилась возможность побольше узнать о жизни ширас.

– Спорить не стану.

– Вот и не надо. Вы голодные? Распорядиться, чтобы накрыли на стол?

– Зоя, ты как? Перекусишь?

Девушка встрепенулась, услышав свое имя.

– Нет, я ничего не хочу. Разве что попить.

Несмотря на чудодейственный напиток, избавивший ее от похмельного синдрома, жажда не исчезла.

– Сок? Морс? Коктейль?

– Сок.

– Какой?

– Апельсиновый, с мякотью.

– Сейчас будет готов. А вы отправляйтесь к бассейну, там не так жарко. Надеюсь, купальные костюмы захватили?

Как только Вера скрылась в другой комнате – надо полагать, кухне, – Зоя порывисто схватила мужчину за руку.

– Почему? – вопрос сорвался помимо воли.

Юлиан в свойственной ему манере чуть насмешливо скривил губы и незаметно поменял местами их пальцы. Теперь он держал ее за руку и поглаживал. Осторожно, точно боясь спугнуть.

– Что «почему»? – от бархатистого тона в животе возник знакомый спазм.

– Почему ты привез меня к матери?

– А ты не поняла?

– Если бы поняла, не спрашивала, – взъерошилась Зоя.

– Решил познакомить тебя со своей семьей. Надеюсь, вы с матерью найдете общий язык. Для меня это важно.

Последнее заявление ворвалось в сознание Зои и перевернуло все с ног на голову.

– Но… зачем? – Она понимала, что задает нелепые вопросы, но они сами срывались с губ.

– Хочу, чтобы ты увидела жизнь ширас воочию.

Зоя открыла рот, чтобы спросить о чем-то еще, но передумала. Сейчас она не могла адекватно реагировать на происходящее.

Что же происходит?

Что?

Искать ответ на этот вопрос не имело смысла. И Зоя приняла единственно верное решение – расслабиться.

– Хочу окунуться в бассейн.

– Как скажешь, милая.

В голове возникло воспоминание об их первой встрече. Обращение «милая» стойко ассоциировалось у нее с днем знакомства с мрассом Варшавским. Тогда она решила, что это начало конца. А что думает сейчас?

И почему взгляд все чаще останавливается на Юлиане, и думает Зоя о нем не как о многоуважаемом господине мрассе, а как об очень привлекательном мужчине?

Нет, ей определенно следует освежиться!

Зоя разделась быстро, да и что было снимать? Платье да сандалии. Как только легкий хлопок оказался на шезлонге, она, подрыгав ногами, избавилась от обуви. И, не глядя на Юлиана, устремилась к бассейну. Почему-то ей казалось, что он знает о том, что она испытывает.

Черт! Конечно, знает!

Он же чувствует ее эмоции.

Проклятье! Проклятье! Проклятье!

Зоя зажмурилась и прыгнула в бассейн.

Как только нагретая солнцем вода поглотила, пришло облегчение. Все же хорошо. Правда?

В посвежевшей голове возникла более провокационная мысль: если мужчина знакомит с мамой – это серьезно.

Господи…

Не думать! Просто ни о чем не думать! Да и вообще, что с ней происходит? С чего переполошилась? Мрасс привез ее отдыхать, вот отдыхом она и должна заниматься.

Набрав полную грудь воздуха, Зоя нырнула и поплыла под водой.

А когда вынырнула, едва не врезалась в Юлиана.

– Осторожнее, – хрипло проговорил он, обнимая в воде за талию.

Зою точно обожгло. Она вздрогнула, ей стало не хватать воздуха. Не мигая, уставилась на обнаженного мужчину, думая о том, какие у него потрясающие плечи.

– Зоя, – позвал Варшавский, заметив, что она не реагирует на его слова.

– Что? – встрепенулась девушка, точно очнувшись от крепкого сна.

Ответом стал приглушенный смех.

– Ничего. Ничего…

Зоя уперла руки ему в грудь и негромко попросила:

– Отпусти.

– Уверена?

Уверена? Господи, конечно, нет!

С сегодняшнего дня она ни в чем не уверена.

– Отпусти, – повторила, уходя от прямого ответа.

По потемневшим серым глазам и маленькой сеточке морщинок, убегающих от уголков губ, Зоя поняла, что он прекрасно знает о том, что она чувствует.

И вдруг вспомнила, вернее, заставила себя вспомнить, что она взрослая женщина. Да, оказалась в непростой ситуации. Но жизнь-то продолжается?

Так почему бы не попробовать стать счастливой?

Наплевав на предрассудки.

– Хотя, знаешь, – начала она, облизнув губы и не без удовольствия заметив, как мужской взгляд тотчас метнулся к ним, – не надо, не отпускай. Мне нравится, как ты меня держишь.

Объятия стали крепче.

Дыхание мужчины изменилось, став более прерывистым.

А Зоя, позабыв о том, кто она и что связывает ее с мрассом, чуть-чуть сдвинулась в его сторону.