Ход в Шаолинь - Дмитрий Болховский

– Я не человек. Я боец триады «Тень Лотоса».

– Раз ты такой весь из себя боец, что ж ты от этих придурков сам не смог защититься?

– Я не должен был этого делать. Я давал клятву: «Если меня изобличат в преступлении, я смиренно приму наказание и не буду винить своих собратьев».

– А, понятно… «Взглядом ясным и бесстрашным различать умей врагов, за друзей стоять отважно будь готов! Всегда готов!» – процитировал Женька. – Но на пионеров вы не очень-то похожи. А собратья твои что ж так слабо себя показали?

– Они «синие фонари», новобранцы. Ничего еще не умеют. Это было их первое задание.

– «Синие фонари»? – В Женьке заговорил историк. – А почему такое название?

– Синий фонарь в Поднебесной вешают на дом умершего. Когда боец вступает в триаду, он как бы погибает для мира. – Парень, сощурившись, внимательно всмотрелся в Женькино лицо. – А ты, я смотрю, не местный. Хотя говоришь вроде по-нашему. Ты из какого района?

– Галактика Млечный Путь, рукав Ориона, Солнечная система, планета Земля, – без запинки ответил Женька.

– Шутишь? – криво ухмыльнулся парень. – Ну шути, шути. Только когда на ответ вызовут, с Головой Дракона шутить не советую.

– Слушай… – Женька поморщился. – Я знал, но забыл. Твои меня так по башке приложили…

– Ладно, дело твое. Какая теперь разница… Нас завтра все равно казнят.

– Это за что же это, интересно?

– Меня – за то, что не принял положенного наказания. Получается, что так. Тебя – просто для конспирации.

– А банда у вас большая? – спросил Женька, одновременно пытаясь освободиться от веревок.

– Мы не бандиты, – гордо сказал парень. – Мы братство трех начал: Неба, Земли, и Человека. Триада «Тень Лотоса». Мы боремся с этими узурпаторами – маньчжурами Цин, чтобы на престол взошел истинный китайский император династии Мин.

– А за что же тебя так отделали?

– Какой ты хитрый, – ответил парень. – Сам ничего не рассказываешь, а я соловьем заливайся? Тебя хоть как звать-то?

– Женька.

– Джи-ень-киа, – повторил парень сложное для китайца имя. – Язык сломаешь. Можно, я тебя лучше Чжу Чен буду называть?

– Хоть горшком назови, только в печку не ставь. А тебя как звать?

– Сюнь Чин. Ну так что, будешь говорить?

– Ладно. Я тоже в каком-то смысле из братства. И мы тоже боремся. Но не с Цин, а с англичанами. И мне очень нужно освободиться. От этого зависит судьба всего Китая.

– Хорошее ты дело затеял. Только помочь я тебе вряд ли смогу. Наши жизни теперь в руках Головы Дракона – Лунг Тао.

– А Лунг Тао – это ваш главарь?

– Были бы у меня руки свободны, я бы тебе вмазал. Говорю ж я, мы не бандиты. Лунг Тао – глава нашего клана «Тень Лотоса». Красный Бамбук командует боевыми операциями. Тростниковый Башмак отвечает за связь с внешним миром. Мастер Ладана – за ритуалы. Если Голова Дракона решит нас казнить, Мастер Ладана организует все на высшем уровне.

– Успокоил! Ну так что ж ты такое натворил? Колись давай!

– Взял императорскую печать.

– Украл?

– Взял посмотреть.

– Ха! А какую выбрал?

Женька в новогодние каникулы ездил с классом в Москву. В Оружейной палате проходила выставка Пекинского музея. В том числе выставлялась печать «Драгоценность Сына Неба». Экскурсовод рассказала, что всего известно двадцать пять печатей императоров Цин. Все они уже несколько веков хранятся в Запретном городе в Пекине. Сейчас там располагается Государственный музей.

– Истинную. Нефритовую печать Хэ Ши Би, – ответил Сюнь Чин с придыханием.

Женька свистнул. Экскурсовод рассказывала еще про одну печать. Самую первую. И самую знаменитую. Она была вырезана две с половиной тысячи лет назад из куска редчайшего белого нефрита. Эта священная реликвия передавалась от императора к императору, из века в век. Неоднократно из-за нее случались междоусобные войны, печать воровали и снова возвращали. На печати было выгравировано: «Мандат неба – долгая и благополучная жизнь императора». Тот, кто обладал печатью, считался истинным владыкой Поднебесной. Называлась она Хэ Ши Би.

– Она же пропала безвозвратно тысячу лет назад! – изумился Женька.

– Я смотрю, память к тебе начала возвращаться. – Сюнь Чин попытался размять мышцы. – Ну, так слушай. Император Мин, чтобы прекратить междоусобные войны, объявил, что печать утеряна. А сам тайно передал ее в монастырь Шаолинь на сохранение.

– Шаоли-и-инь… – История становилась все интересней и интересней. – А как ты узнал, где она хранится?

Сюнь Чин с чувством продекламировал: