Агарта - Владимир Подгальский

Чуть позже прозвучал приказ старшего лейтенанта Белова:

– Приказываю заступить в наряд по охране Государственной границы Союза Советских Социалистических Республик!

Через неделю на заставу прибыл заместитель Никиты – лейтенант Саблин, который оказался замечательным художником и рассказчиком, к тому же хорошо пел и прекрасно разбирался в музыке. Командир с такими разнообразными талантами быстро включился со всеми на одну волну, помогая сплачивать коллектив. Все пограничники были людьми опытными, но их собрали из разных застав.

Памятуя печальный опыт финской войны, пока не растаял снег, Никита поставил всех на лыжи. Многие совсем не умели на них ходить. Лыжные переходы и стрельба с лыж из разных положений закончилась только, когда снег пропитался водой. Оттепель пришла внезапно. За несколько дней растаял снег, и зажурчали ручейки. Пограничники сразу же собрали и сожгли испорченное военное имущество, доставшееся от противника, и, оставшийся от финских крестьян мусор.

По вечерам командиры прикидывали, где лучше построить дзоты, блокгаузы, отрыть окопы, щели и траншеи, оборудовать стрельбище, штурмовую полосу и площадку для занятий спортом. Ни на один день не прекращались занятия. Политическая, противохимическая, строевая и инженерная подготовка, стрелковые тренажи, штыковой бой, гранатометание, топография сменяли друг друга. Саблин разнообразил программу и усложнил нормативы, поэтому пограничники, хоть и служили пятый год, но занимались с охотой.

Для себя Никита нашел удобную бухточку, в трех километрах от поселка, и, разложив костерок, стал каждый вечер играть там на скрипке. Сначала играл простые произведения, которые помнил Белов, потом у него в голове стали возникать произведения, услышанные в Агарте. Большинство из них воспевали прекрасную природу Пятого измерения и были очень мелодичны. На третий день, когда он исполнял мелодию «Полет стрекозы», увидел перед собой Агидель. После этого она стал приходить каждый вечер. Агидель рассказала, что стихиальные духи очень любят, когда под треск дров от костра поется или играется гармоничная музыка.

Они часто вели разговоры на разные темы. В частности, Агидель рассказала о пространственной ловушке, в которую попал Никита после своей гибели. Их во множестве устраивали демонические существа, которые контролировали низший и средний астрал, примыкающий к Земле. Жертвы веками могли находиться в ловушках, отдавая энергию всех своих многомерных тел, а также дары и способности, накопленные во время жизни в физическом теле.

Никите просто повезло, что Агидель являлась хранительницей его рода и реки Северная Двина что он смог преодолеть страх и призвать ее на помощь. Обычно высшие силы без просьбы не приходят на помощь. На Земле действует принцип свободы воли и по умолчанию считается, что если человек не просит о помощи, то он решил справиться с препятствием сам, чтобы получить силу и опыт.

В один из вечеров Агидель познакомила его с малыми стихиалиями. Так все совпало, что это оказалось несложно… В конце апреля проклюнулась первая трава. Верхний, самый маленький, слой земной коры, где прячутся корни и семена растений, имел в тонких мирах свое соответствие – прекрасную страну Дараинну, область благих духов, специализация которых – корни и семена. Ландшафт этого мира Никиту сразу заворожил. Семена и корни тихо светились нежнейшими оттенками изумрудного, серебристого и лазурного цвета. Вокруг каждого зерна мягко мерцала живая аура.

Жители Дараинны – маленькие существа, напоминающие белые колпачки. Сверху у каждого еще один колпачок, поменьше, вроде головки. У них имелась пара нежных и ловких конечностей – среднее между руками и крыльями. Способ передвижения – медленная левитация. Перелетая по воздуху, они что-то творили над семенами и корнями, как над колыбелями. Эти маленькие существа владели знаниями о том, как из крошечного семени вырастить большое дерево, со всей уникальностью своих форм. Если бы не их неутомимый труд, то инфернальные силы получили бы доступ к этим колыбелям и давно уже перекодировали земную поверхность в непроходимые заросли чудовищных форм. Существует множество вампирически хищных и безобразных видов растений, с помощью которых темные силы производят свою экспансию в другие миры. Светлые стихиалии воспринимали людей осязанием. Люди для них небезразличны. Отношение к каждому человеку определялось его отношением к Природе.

Пограничники усиленно занимались облагораживанием острова. После сожжения мусора по инициативе старшины заложили клумбы с цветами. Все это произвело впечатление на жителей Дараинны и позволило Никите вступить с ними в контакт.

После того как он познакомился с жителями Дараинны и сыграл им «Вальс цветов» из балета «Щелкунчик» Петра Чайковского, между ними завязалась теплая дружба. Они показали связь их мира со слоем, который называется Мурохамма. Этот слой соответствовал нижнему ярусу лесов – мхам, травам, кустам, всему, что люди называют подлеском. Следствием дружбы стало то, что Никита стал лучше чувствовать обиталище стихиалей деревьев, которое называется Арашамф.

Стихиалии Мурохаммы и Арашамфа даже близко не напоминали людей. В мирах Пятого измерения они разумны, прекрасны, мудры и на равных общаются с лучшими представителями человечества. В Арашаме они облекаются эфирными телами и погружаются в полудрему. Деревья трехмерного и четырехмерного мира – их физические тела. Ландшафт Арашамфа напоминал зеленоватые языки благовонного пламени. Некоторые из них подобны праведникам и благосклонны к людям. Они терпеливы, спокойны и смиренномудры.

Иногда между ними совершалось нечто торжественное, как в церкви литургия. Когда человек попадал в ритм этой литургии, то его тела очищались и на душе становилось легко. Он становился единым с Природой и чувствовал все ее страхи и боли, а также радости и счастливые моменты. Никита сразу запретил пограничникам втыкать ножи в деревья, приказав сделать ростовые мишени, а также развесить вокруг заставы скворечники.

После того как растаял лед в заливе, прибыл катер с группой командиров. Рядом с капитаном Малым легко и молодцевато двигался рослый и плечистый майор. Когда Белов поспешил ему навстречу, сопровождавшие майора лица, в том числе и комендант, приотстали.

Рапортуя, Белов внимательно рассматривал свое прямое начальство. Из-под припухлых век на него глядели, не мигая, серые с желтинкой глаза. Широкие брови вразлет, строгое неулыбающееся лицо, крутой подбородок. «Характер у мужика не простой. Надеюсь, сильно придираться не будет». Начальник отряда Петр Михайлович Никитюк молча пожал Никите руку и так же молча прошел мимо. Гости побывали всюду: в помещениях, где жили пограничники, в курилке и на кухне, на продовольственном складе и в бане, на конюшне и в коровнике.

– Молодцы, – одобрительно сказал майор и широко улыбнулся. – Ничего другого от вас я не ожидал.

«Да. Мы такие!» – мысленно выдохнул Никита.

– Соберите свободных людей в ленинском уголке, – приказал он.

Майор Никитюк оказался человеком простым и душевным, а также веселым и общительным. Несколько минут он рассказывал личному составу о задаче, стоящей перед заставой. Ответив на все вопросы, сам стал их задавать.