Исход - Виктория Гетто

– Здесь кто-то есть!

– Естественно, есть, господин эрц! Её величество и дочери.

Облегчённо улыбаюсь в ответ: действительно, из башки вылетело.

– Я думал, вы их спрятали по пути, чтобы погоню отвлечь…

Они смущаются:

– Мы предлагали её величеству такой вариант, но императрица наотрез отказалась, сказав, что умрёт вместе с теми, кто решился отдать за неё жизнь…

Мотаю головой от пафоса. Потом соображаю, что эпоха такая. Когда чувства ещё искренни и не перевелись идеалисты.

– Отлично. Вашему транспорту конец, господа? – утверждающе-вопросительным тоном задаю я вопрос.

Одетый в коричневый кожаный костюм водитель, едва ли не плача, подтверждает:

– Всё! Уже ничего не сделать…

– Ладно. Не последний день живём. Ещё поездишь, обещаю.

Нас прерывает стон. Кто-то из врагов пытается пошевелиться, но я делаю короткое движение кистью, и стон переходит в бульканье. Офицеры и водитель замирают, потом смотрят туда, куда я послал нож. Можно было и выстрелить, но зачем пугать детишек? Они и так за эти дни натерпелись такого…

– Господа, не будем терять время. Императрицу и детей ко мне в машину. Вещи, драгоценности – туда же. Насчёт вас… Простите, господа, но я могу взять только водителя. И то потому, что мне нужна подмена. Пока могу лишь посоветовать продвигаться к любому из восточных портов. Вскоре туда подойдут наши корабли.

– Вы предлагаете нам эмигрировать, эрц?

Офицеры злятся, и я их понимаю. Такие же наивные ребята-идеалисты скоро будут драться за веру, царя и отечество. Драться – и умирать. Как же мне их жаль! Искренне, до боли… Но это их выбор. И вмешиваться я не вправе. Другое дело – шофёр. Он слуга, а значит, обязан сопровождать женщину и детей, потому что дал обязательство в этом. Да и не висит над ним присяга…

– Простите, господа. Моё дело – предложить. Ваше дело – отказаться. Вы сделали свой выбор, и я уважаю его. – На миг склоняю голову.

Они отвечают тем же.

Машу рукой:

– Всё, господа. Я – за транспортом, подгоню ближе. А вы, господа, ведите пока пассажиров и несите багаж…

Пофыркивая дизелем, «Воин» плавно спускается по мёрзлой земле. Из-за валяющейся на земле машины появляется её величество Аллия, сжимающая левой рукой ручку одной из дочерей. За ней… Тут я едва удерживаюсь от ругательства – с ней следует бонна, ведущая ещё двух девочек поменьше. Как же я не допетрил?! Следом спешат офицеры, тащащие на себе три больших сундука и кожаный чемодан. Торопливо обгоняют её величество, подбегают ко мне, ставят свой груз и вновь убегают. Мать моя женщина! Это не всё?! Но я ошибся. И в который раз. Господа офицеры приносят большой узел, от которого вкусно пахнет едой. Провизия на дорогу. Это они грамотно задумали. В охваченной революцией стране сейчас с едой тяжело. Я открываю двери машины, помогаю девочкам подняться в салон. Там ещё пахнет порохом, тянет из приделанного мешка, куда вылетают гильзы и звенья цепи. Ну да это поправимо.

– Прошу вас рассаживаться, дамы. Занимайте места, кроме передних кресел. А мы пока займёмся ваши багажом…

Аллия, закусив нижнюю губу, кивает, а мы быстро распределяем сундуки и чемодан в заднем отсеке. Причём императорский шофёр выглядит обалдевшим. Раз, два. Я застёгиваю резиновые жгуты «пауков», удерживающих груз на месте, захлопываю крышку.

– Поехали.

Водитель было лезет на моё место, но я удерживаю его за руку:

– Куда? Рановато ещё. На соседнее!

Он послушно кивает и устраивается рядом. Качнувшись на мягких сиденьях, изображает такую мечтательно счастливую гримасу, что я невольно улыбаюсь. Ему где-то под тридцать. Вряд ли старше. Скорее младше. С удивлением смотрит на приборную панель, покрытую множеством непонятных кругляков со стрелками и торчащими клавишами и тумблерами. Я бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Все дамы расселись на заднем диване. Взрослые – по бокам, девочки в середине. Перехватываю детский испуганный взгляд, и меня словно обжигает огнём. Такие же глаза я видел на войне у себя… Поворачиваю ключ, стартер крутит двигатель, который мгновенно, уже на втором обороте схватывает. Дизель в салоне буквально шуршит. Он ещё не успел остыть, и я включаю печку. На улице уже заморозки. Термометр на навигаторе, вмонтированном в консоль, показывает минус один. Вроде немного, но у девчушек синие от холода губы. Когда из печки потянуло теплом, замерли все. У шофёра вообще открылся рот.

– Рангер, – говорю я вслух.

Монитор вспыхивает, и встроенный в машину компьютер чертит мне карту. Разумеется, очень и очень приблизительную. Наши технари себе все мозги набекрень вывернули, но кое-как перешили автомобильные и прочие компы на русский. Благо нашёлся среди нас один любитель…Правда, точность заставляет мечтать о спутниках. Пока навигация ведётся по рисованной карте, компасу и пробегу… Так. Значит, нам в сторону Ырова до небольшого городка под названием Рутов. А там уже Великий тракт. Не ошибёмся. Две тысячи километров пути.