Исход - Виктория Гетто

Она кивает, шепчет в ответ.

– Спасибо.

Выпрямляюсь, взъерошиваю её мокрые волосики:

– Всё, милая. Я пошёл.

Вода набирается очень быстро, и я плюхаюсь в воду…

Выхожу, как и Аора, в халате. Кухня пуста. Из комнаты дочери негромкий голос. Только слов не разобрать.

Похоже, мама укладывает дочь спать. Снизу из-под щели сочится слабый свет ночника. Включаю микроволновку, оглядываюсь – удивительно, но посуда вымыта, стоит в сушилке. Догадалась? Не похоже на высокородную баронессу… А может, я просто её и не знал хорошо… Звонок таймера. Ем. Всё очень вкусно… Затем мою посуду, выхожу на крыльцо покурить перед сном. Устраиваюсь в кресле-качалке, вытягиваю ноги. Как же хорошо…

Щёлкает дверь дома, появляется головка баронессы. Увидев меня сидящим на веранде, женщина прячется. Ну, как знаешь… Не тащить же тебя опять в постель силой… А может, и придётся… Увидим… Тушу окурок, бросаю его в урну, стоящую рядом с верандой на земле. Захожу – и вижу сидящую на диване Аору. При виде меня женщина поднимается. Она по-прежнему в моём халате.

– Почему не спите, баронесса?

Она зло отвечает:

– Вы выделили отдельную комнату моей дочери. Но не позаботились о таковой для меня. Мне спать здесь или на коврике перед дверью? И что меня ждёт дальше? Буду вашей служанкой? Ублажающей своего хозяина по ночам?

Чувствую просыпающуюся во мне ответную злость. Я ей жизнь спас, а дама кочевряжится. Строит из себя невесть что…

– В этом доме у меня для вас есть только одно место, Аора. Моя постель. И только одна должность. Но о ней чуть позже.

Тишина. Пауза затягивается. Наконец та решительно бросает:

– Тогда показывайте. Я уже устала ждать.

Оп-па!!! Но отступать будет просто глупо! Иду наверх, она за мной. Распахиваю двери спальни. Всё осталось так же. Только кровать другая. Но, как и прежняя, тоже громадная. Женщина перешагивает через порог, осматривается, прищурив глаза. Затем вдруг облегчённо выдыхает:

– Большая… А там? – Показывает на правую стенку.

– Детская. Для детей.

Её руки тянутся к поясу. Эт-то что такое?! Она решительно скидывает с плеч пушистую толстую ткань, оставшись… в коротенькой, практически прозрачной комбинации, подарке Иры. Оборачивается. Затем тянется к подолу, скидывает и её. На этот раз она не поворачивается ко мне, а деловито бросает:

– Вы же всё видели тремя неделями раньше, эрц. И, думаю, с той поры во мне мало что изменилось.

Идёт к кровати. Полные ягодицы соблазнительно ходят из стороны в сторону. Забирается под одеяло, натягивая его по самое некуда. Только зелёные глаза выглядывают. Пожимаю плечами, выключаю свет. Скидываю своё одеяние, ложусь к Аоре. Та, чувствуется, мелко дрожит. Испугалась собственной смелости?

– Эрц… – слышу её шёпот.

– Да?

Она молчит, только дыхание становится чаще.

– Я хотела вам сказать, что…

Пауза. Терпеливо жду продолжения.

– Я… я…

Молчу. Потом не выдерживаю:

– Что на этот раз, Аора? Чем ты недовольна?

Она отворачивается. Потом говорит в сторону:

– Хорошо, что детская так близко…

– Зато нянек у нас нет.

И тут до меня доходит. Я приподнимаюсь, нависаю над ней. Женщина сжимается.

– Давно?

– Две недели… Я ждала-ждала… У меня такое было лишь раз. Когда я ходила с Юницей… Что теперь будет, эрц? Что мне делать?! Как объяснить дочери? Тем, кто придёт к нам и увидит?..

Она всхлипывает. Ну что тут поделаешь…

– Проще всего с Юницей, – отвечаю я. Потом улыбаюсь.

Женщина рядом со мной напрягается.

– Смотри, она уже давно зовёт меня папой. Так?

– Да… – шёпотом соглашается Аора, тихонько хлюпая носом.

– Ну а ты – её мама.

– Да… – снова тихий ответ сквозь всхлипывания.

– А папа и мама спят вместе. Так?

– Так… – Спохватывается: – Ты ей так и скажешь?!

– Ну да. Думаешь, она будет против?

– Вообще-то, нет. Она и так спрашивала уже не один раз, ещё там… Почему я с тобой не сплю, если ты папа… – Тем более, – говорю я, довольный.

Но тут она вновь вскидывается:

– А твои знакомые?

Я негромко смеюсь:

– Да вообще-то все уже знают, что я вернулся с Панъевропы с женой и дочерью…