Планета Ка-Пэкс - Джин Брюэр

Перед самым приходом прота на нашу следующую беседу я стоял у окна моего кабинета, наблюдая развернувшееся на лужайке соревнование по крокету. Кивком указав проту на корзинку с фруктами, я спросил его, в какие игры он играл, когда был мальчишкой.

– У нас на КА-ПЭКСе нет никаких игр, – ответил он, уплетая сушеный инжир. – Они нам не нужны. Так же как и то, что вы называете «анекдотами». Я заметил, что люди часто смеются, даже над тем, что не смешно. Поначалу меня это озадачило, пока я не понял, до чего грустная у вас жизнь.

Я пожалел, что задал этот вопрос.

– Между прочим, на этом инжире налет от пестицидов.

– Почему вы так решили?

– Я вижу его.

– Видите? – Я совсем забыл о его «ультрафиолетовом» зрении. При том, что времени у нас было в обрез, я не мог удержаться и не спросить прота, каким он видит наш мир. И он минут пятнадцать описывал мне невероятную прелесть и красочность цветов, птиц и обычных камней, которые в его глазах переливались как драгоценные. Небо же сквозь призму его зрения представлялось ему ярко-фиолетовой аурой. Создавалось впечатление, что необычайно приподнятое состояние прота было подобно тому, в котором находятся люди, принимающие те или иные психоделические препараты. Я подумал: не испытывал ли подобное состояние в свое время Винсент Ван Гог?

Пока прот мне подробно рассказывал о своих исключительных способностях, он положил на место «отравленный» плод и, выбрав себе другой, по вкусу, принялся тщательно его прожевывать, а я тем временем осторожно приступил к делу:

– В прошлый раз под гипнозом вы рассказали мне о своем друге, земном существе, о смерти его отца, о его коллекции бабочек и еще кое о чем. Вы это помните?

– Нет.

– Но у вас был такой друг?

– Да.

– Он все еще ваш друг?

– Конечно.

– А почему вы не рассказывали мне о нем раньше?

– Вы не спрашивали.

– Понятно. А вы знаете, где он сейчас?

– Он ждет. Я собираюсь взять его с собой на КА-ПЭКС. Если, конечно, он все еще этого хочет. Он часто колеблется.

– А где ваш друг вас ждет?

– Он в безопасном месте.

– Вы знаете, где это?

– Разумеется.

– Можете мне сказать?

– Нетушки-нет.

– Почему?

– Потому что он просил меня никому не рассказывать.

– Можете, по крайней мере, сказать мне, как его зовут?

– Простите, но не могу.

Учитывая сложившиеся обстоятельства, я решил пойти на риск.

– Прот, я хочу рассказать вам что-то, чему вы, наверное, с трудом поверите.

– Что бы вы, люди, ни придумали, меня уже ничем теперь не удивишь.

– Вы и ваш друг – одно и то же лицо. То есть вы и он – две разные, не похожие друг на друга личности одного и того же человека.

Прот казался искренне потрясенным.

– Это полный абсурд.

– Это правда.

– Это одно из тех убеждений, которые ваши существа выдают за правду? – сказал он раздраженно, но не теряя контроля.

Я метил в десятку, но промахнулся. Я никак не мог доказать свое утверждение, и не было никакого смысла терять на это время. Когда он покончил с фруктами, я спросил его, готов ли он к гипнозу. Он кивнул, подозрительно взглянув на меня, но не успел я дойти до четырех, как он уже «заснул».

– В прошлый раз вы рассказали мне о вашем земном друге, начав со смерти его отца. Вы помните?

– Да.

Прот способен был вспомнить прошлые гипнотические сеансы, но только под гипнозом.

– Хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы вернулись к вашему прошлому, но не такому далекому, как в предыдущий раз. Вы с вашим другом заканчиваете школу. Вы ученики двенадцатого класса. Что вы видите?

И тут прот вдруг ссутулился, принялся теребить свои пальцы и жевать воображаемую резинку.

– Я не кончал школу. Я вообще не учился в школе.

– Почему?

– У нас на КА-ПЭКСе нет школ.

– А ваш друг? Он ходит в школу?

– Ходит, дурак такой. Никак не мог отговорить его от этого.

– Почему вы хотели отговорить его от этого?

– Вы что? Ходить в школу – это попусту терять время. Они там учат чушь какую-то.

– Например, какую?

– Например что америка – великая страна, что она самая лучшая страна в мире, и, чтобы защитить свои свободы, надо воевать, и всякую другую муть.