Сожгите всех! - Алексей Бессонов

– Окажите любезность, ваша милость.

– Ваша честь, я слышал, как доктор Огоновский вошел в приемную. Я видел, как он попытался войти в мой кабинет – он уже почти вошел, но тут его вытащили обратно. Я подтверждаю его заявление о том, что на нем была форменная куртка со знаками различия полковника флотской медслужбы. Я подтверждаю его заявление о том, что его избивали офицеры караула.

– Вы это видели, мастер Бэрден?

– Я это слышал, ваша честь.

Блинов в отчаянии развел руками.Судья поглядел на висевшие на стене часы и шарахнул молотком:

– Прения сторон продолжатся завтра!

Вокруг серого здания суда метались представители прессы. Даль, Маркелас и остальные тут же оказались в плотном кольце людей, размахивающих записывающими видеоголовками.

– Джентльмены, как вы расцениваете поведение ответчиков?

– Джентльмены, каковы, по вашему мнению, шансы компании «Элмер Хиллз»?..

– Сенатор, как вы оцениваете свои шансы?.. Даль величественно обнял Маркеласа и начал вещать:

– Как выразился наш уважаемый судья Додд, главной задачей суда является установление истины. Я обещаю вам, господа, – истина будет установлена. Наша цель – помочь несчастным людям, которых норовят ограбить в их собственном доме...

Морщась, Андрей пробрался к кару. В машине его ждал улыбающийся Иннес.

– Экспертиза подтвердила подлинность записи, – сообщил он. – Завтра будет настоящее шоу.

– Да, – устало согласился Андрей, – они у нас попрыгают.

Машины направились к отелю «Джереми Янг». В лифте, везущем всю компанию наверх, Даль то и дело похлопывал по плечу сумрачного Бэрдена и хитро улыбался Трюфо. Бэрден молчал. После своего выступления он чувствовал ужасающую усталость, такую, словно ему довелось вкатить на гору огромный камень. Андрей понимал, сколько ему понадобилось мужества.

В клубе уже сидел Шэттак.

– Ну вы им и дали, джентльмены, – произнес он. – Я такого и не ожидал, а уж они-то тем более. Не следует педалировать эту тему с мятежом, нам это сейчас не нужно... Мы их и так напугали, завтра мы их свалим. Вы извините меня, мастер Бэрден...

– Да, сенатор?..

– Я позволил себе смелость прослушать вашу запись... – Шэттак проводил взглядом официантку, расставлявшую на столе тарелки с ужином, потом глянул на сомелье, суетившегося с винами, и криво усмехнулся: – Там столько мата, что я просто не знаю, как выставлять ее на всеобщее обозрение.

– Я, кажется, не выражался, – обиделся Бэрден.

– Вы – нет, а вот остальные...

– Мы предупредим судью, – вмешался Даль. – Он не сможет отвести такое доказательство, что бы там ни происходило.

– Не сможет, Вальтер. Но боже мой, я представляю себе, какой поднимется шум! Вы знаете, этот шум может быть нам не очень-то и выгоден.

– Но Момбергер...

– Вот в нем-то все и дело. Просто сейчас я знаю немного больше, чем вы, и никак не могу решить, что нам делать дальше.

– Вы хотите отказаться от демонстрации записи? – поразился Андрей.

– Да нет, доктор. Запись, безусловно, будет продемонстрирована. Я пытаюсь просчитать последствия скандала, который, без сомнения, разразится завтра же.

– Здесь я вам не советчик.

– Увы. Мастер Ник, – позвал он Маркеласа, – через час у вас интервью... Я хотел бы попросить вас поменьше нажимать на связь между Хатчинсоном и армейскими чинами. Получается так, что вы слышали об этом от третьего лица, понимаете? Рассказывайте об ужасах нашествия разбойников, посетуйте на нехватку рабочих рук, а в конце – прихватите невежливых солдат, только без подробностей. Идет?

– Как скажете, сенатор. Я все понял.